Владимир Путин утверждает, что Турция покупает нефть у так называемого Исламского государства и что даже лично президент Эрдоган имеет с этого выгоду. С территории исламистов действительно течет немало «черного золота» в направлении Анкары.

После того, как турецкие ВВС сбили российский бомбардировщик, Россия обвинила Турцию в нефтяном бизнесе с «Исламским государством». Больше того, по мнению Москвы, в этом бизнесе участвует лично президент Реджеп Тайип Эрдоган. Турция эти обвинения решительно отвергает. Однако ситуация, как и во всем сирийском кризисе, чрезвычайно запутанная.

Насколько важен нефтяной бизнес для ИГ?

ИГ считается богатейшей террористической группировкой в мире. Эксперты и западные спецслужбы едины во мнении, что главным источником доходов ИГ является нелегальная торговля нефтью. Хотя группировка и зарабатывает также на выкупах за заложников, на продаже античных предметов искусства, а также на принудительном налогообложении, о чем немецкое правительство ответило на соответствующий запрос левых сил в парламенте в марте этого года: «С христиан в принудительном порядке под угрозой распятия взимается особенный налог».

Еще несколько миллионов долларов террористы ИГ заполучили при нападении на филиал иракского Центрального банка в Мосуле в прошлом году. Но все эти прибыли не идут ни в какое сравнение с доходами от продажи нефти. Насколько для них важна нефть, показал прошлогодний захват месторождения в окрестностях города Киркука. Тогда террористы незамедлительно свезли туда множество бензовозов и персонал. До того момента, как иракские правительственные войска через год отвоевали эти нефтеносные поля обратно, ИГ удалось заработать несколько сотен миллионов долларов.

Какие месторождения контролирует ИГ?


Под контролем джихадистов находятся все крупные месторождения в Сирии, а также несколько месторождений в Ираке. В общей сложности их запасы составляют, по оценкам немецкого правительства, более 1,1 миллиарда баррелей (1 баррель=159 л). Цены за нефть ИГ, в зависимости от качества нефти и от конкретного месторождения, составляют от 15 до 40 долларов, что существенно ниже, чем нынешняя официальная цена в 43 доллара за баррель.

Многие буровые установки и нефтеперерабатывающие заводы на подконтрольной ИГ территории устарели и в условиях войны, а также из-за недостатка персонала и запасных частей не могут быть модернизированы. Поэтому объем добываемой нефти далек от оптимального.

Правительство США оценивает прибыли ИГ в миллион долларов в день. Газета Financial Times писала недавно со ссылкой на официальных лиц и посредников о полутора миллионах в день.

Как работает нефтяной бизнес ИГ?


Частично на нефтяных полях ИГ работает персонал, работавший там еще до прихода исламистов. В некоторых местах прибыли делятся между ИГ и нефтяными компаниями. Бензовозы забирают нефть с месторождений и развозят по перерабатывающим заводам, а оттуда — доставляют покупателям. Спрос на эту нефть весьма велик: по информации местных источников, бензовозам приходится по несколько дней стоять у месторождений в очереди в ожидании загрузки.


Нельзя сказать, что ИГ играет всеобъемлющую роль: группировка зарабатывает, в первую очередь, на оптовой торговле сырой нефтью и дизельным топливом — в качестве прямого экспортера исламисты практически не были замечены. Эту роль играют посредники, транспортирующие нефть грузовиками через территорию «халифата» ИГ на севере Сирии к рынкам сбыта.

Дизельное топливо с территории ИГ используется не только для автомобилей, но и для генераторов, которые во многих регионах являются единственным источником энергии для местного населения. Другой важный рынок сбыта нефти находится в городе Аль-Каим на западе Ирака.

Как осуществляется незаконный экспорт нефти в Турцию?

При нелегальном экспорте нефти в Турцию ИГ и посредники полагаются на «зарекомендовавшую» себя на протяжении десятилетий сеть контрабандистов. Частично дизельное топливо перевозится через границу в 20-литровых канистрах на мулах. Кроме того, турецкие спецслужбы недавно обнаружили «нефтяную переправу» через пограничную реку Оронтес в провинции Хатай. В некоторых местах к тому же проложены небольшие трубопроводы между Сирией и Турцией.

Контрабанда осуществляется с территорий, подконтрольных не только ИГ, но и другим группировкам. Ужесточение контроля со стороны турок, а также падающие цены на нефть на мировом рынке оказали негативное влияние на контрабанду нефти. По данным турецкого правительства, с января на границе было конфисковано около 600 тонн нелегальной нефти.

Почему бы Западу не разбомбить пути транспортировки нефти?


С чисто военной точки зрения, это не было бы проблемой. Однако военные стратеги откладывают принятие такого решения. Во-первых, разрушение нефтяной инфраструктуры непосредственным образом отразилось бы на сирийском мирном населении, проживающем на севере страны, для которого дизельное топливо с территории ИГ в последнее время стало жизненно необходимым. Кроме того, если бы Запад перекрыл этот канал поставки, то это усилило бы антизападные настроения, а также поток беженцев в Турцию. Еще одной причиной, по которой Запад сдерживается, является расчет на сохранение нефтяной инфраструктуры в Сирии после уничтожения ИГ. Кроме того, некоторые критики обвиняют Запад в том, что он сам «положил глаз» на сирийскую нефтяную промышленность.

Что кроется в обвинениях России в адрес Турции?

Российское руководство обвиняет турецкого президента Эрдогана, а также членов его семьи в участии в экспорте нефти с территории ИГ. В российских СМИ были опубликованы фотографии сына Эрдогана Билала якобы во время его встречи с главарями ИГ. По их данным, Билал занимается морской транспортировкой нефти ИГ из турецких портов на рынки в различных регионах мира. Билал Эрдоган является настоящим «министром нефтяной промышленности ИГ», утверждают российские СМИ.

Президент Путин обвинил Анкару в том, что самолет Су-24 был сбит 24 ноября с целью обезопасить от разрушения пути транспортировки нефти. По его словам, российские воздушные атаки на Сирию серьезно осложнили «Исламскому государству» экспорт нефти, и поэтому Эрдоган был настроен против операции российских ВВС.

Большинство наблюдателей в Турции считают обвинения со стороны Москвы частью ее пропагандистской стратегии. Эрдоган, в свою очередь, отвергает любые обвинения в свой адрес и выдвигает встречные обвинения в адрес Москвы в нефтяном бизнесе с ИГ.

Сотрудничает ли сирийский режим с ИГ в нефтяной сфере?

Эрдоган выдвинул обвинения в адрес некоего Джорджа Хесуани (George Haswani) — предпринимателя с двойным сирийско-российским гражданством. Хесуани — христианин из города Ябруда (Yabroud) на границе с Ливаном, а также его фирма Hesco находятся в санкционных списках ЕС и США — за посредничество между ИГ и сирийским правительством в нефтяном бизнесе.

Хасвани поддерживает также тесные связи с российскими партнерами, с которыми у него были совместные проекты в Алжире и Судане, и с которыми он два года назад установил буровую установку в центральной части Сирии, которая теперь находится в руках ИГ. По утверждениям ЕС, эта установка работает под совместным контролем ИГ и сирийских властей, которые официально считаются злейшими врагами.

Согласно этим утверждениям, Хесуани является посредником по организации поставок нефти из ИГ сирийскому правительству. Ливанский информационный портал Now в прошлом году писал, что, таким образом, «вырисовывается картина циничных махинаций между двумя монстрами с участием христианского посредника». Хесуани, впрочем, отвергает любые обвинения в свой адрес.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.