Прошло восемь лет с тех пор, как Косово провозгласило независимость от Сербии, но пять стран Евросоюза по-прежнему отказываются признавать эту страну. Они должны сменить гнев на милость. Эти страны способствуют сохранению настоящей выгребной ямы в самом сердце Европы — как в плане экономики, так и в вопросах безопасности. А судя по истории, это плохая идея.

Во время состоявшегося на прошлой неделе разговора с косовским премьер-министром Исой Мустафой (Isa Mustafa), когда он был проездом в Великобритании, между делом выяснилось, что его страна не может вступить в Европол, и что у нее есть масса проблем со вступлением в Интерпол. А это наносит ущерб тем самым странам, которые не желают признавать Косово.

Я не утверждаю, что отделение Косово от Сербии — хорошее дело. Напротив, решение президента США Джорджа Буша признать в 2008 году косовскую независимость было одним из худших. Это была очень высокая планка. Оно противоречило той логике, основываясь на которой международное сообщество осуществило военную интервенцию в бывшей Югославии: воспрепятствовать изменению границ посредством силы. Россия воспользовалась косовским прецедентом и стала применять его у себя на практике, начав спустя несколько месяцев с Грузии.


Но все это теперь удел истории. Косово не вернется в состав Сербии. Более половины всех стран мира признали государственность этой бывшей провинции. В Европе так поступили 80% стран, сделав это с полным на то основанием. Непризнание и отказ от интеграции Косово могли создать угрозу их собственной безопасности.

Косово — страна с населением 1,8 миллиона человек. Косово в процентном отношении занимает первое место в Европе по количеству граждан, воюющих в рядах джихадистов в Сирии и Ираке. Год назад таких людей было 232, а сегодня их вне всяких сомнений больше. Там укоренилась трансграничная организованная преступность, расцветающая при содействии коррупции, а в некоторых случаев и при помощи преступных сговоров на самом высоком уровне. Поэтому нет никакого смысла оставлять это звено вне поля деятельности европейской разведывательной и информационной цепи. Вот как об этом говорит Мустафа:

Люди отправились в Сирию и Ирак, и мы должны быть готовы к последствиям, когда они вернутся. Для этого нам нужно региональное сотрудничество, нам нужен доступ к международным организациям, таким как Интерпол. Но для нас процесс вступления затянулся.

Что касается принятия Косово в Европол, то здесь помехи создают пять стран-членов ЕС, которые не признают его в качестве государства: Кипр, Греция, Румыния, Словакия и Испания. А с Интерполом проблема — еще шире:


На международном уровне Россия и Китай создают для нас проблемы в Совете Безопасности, и на их сторону встают некоторые другие страны. То же самое можно сказать и о членстве в ЮНЕСКО.

Россия вряд ли изменит свою точку зрения в этом вопросе — по крайней мере, пока мир не признает Крым российским, а оккупированные Россией грузинские территории Абхазию и Южную Осетию независимыми. Так что этого наверное не будет никогда. Но здесь важнее другое, чему Россия помешать не может: интеграция Косово в программы и структуры ЕС.

Время для осуществления таких действий ограничено. На Балканах и в других частях Европы усиливаются националисты. В Косово они создали партию «Самоопределение», которая требует отставки правительства Мустафы, потому что оно при посредничестве ЕС заключило соглашение о предоставлении ограниченной автономии косовским сербам, живущим рядом с сербском границей. Эта партия также возмущена согласием правительства урегулировать пограничные споры между Косово и Черногорией. Оппозиционные депутаты неоднократно пускали в парламенте слезоточивый газ.

Когда премьер-министры стран региона говорят друг с другом, все они указывают на усиление националистических тенденций, которые сегодня весьма заметны. Нам надо проявлять осторожность, чтобы они не взяли верх.


Популистские призывы находят отклик. Безработица в Косово составляет 35%, а среди молодежи моложе 25 лет этот показатель просто ошеломляющий: 61%. Косово стала беднейшей страной на Балканах, отчасти из-за того, что она изолирована в плане торговли, инвестиций и туризма. Это заставляет сотни тысяч косоваров отправляться на поиски работы за рубеж — в Евросоюз.

Мустафа приехал в Лондон на встречу с руководством Европейского банка реконструкции и развития, который помогает строить автомагистраль в Сербию и модернизировать железную дорогу, связывающую Сербию, Косово и Македонию. Он также хочет подать заявку на вступление Косово во Всемирную торговую организацию, хотя это вряд ли возможно, так как голосовать по этому вопросу должны все страны-члены ВТО.

Недавно Косово попыталось вступить в ЮНЕСКО (орган ООН по вопросам образования, науки и культуры). Россия помогла Сербии заблокировать эту заявку, и Косово не хватило трех голосов до получения необходимых двух третей. 90% населения Косово составляют этнические албанцы, но там есть множество древних памятников, нуждающихся в защите и восстановлении, и большинство из них — сербские православные церкви.

Трудно себе представить, чтобы Испания, которая столь неправильно обходится со своим собственным сепаратистским движением в Каталонии, согласилась на одностороннее отделение Косово, даже сейчас. Но как минимум, Испания и прочие друзья Сербии в ЕС могут прекратить блокировать вступление Косово в жизненно важные для него организации. И здесь речь идет не о символах, а о реальных потерях.

Содержание статьи может не отражать точку зрения редакции, компании Bloomberg LP и ее владельцев.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.