На церемонии смены командования НАТО, которая состоялась 3 мая, министр обороны Эш Картер усомнился в кремлевской тактике разжигания военной истерии. Резкие заявления Москвы о ядерном оружии направлены на то, чтобы запугать Запад. Это привело к неблагоразумным предположениям на тему ответных действий США и Североатлантического альянса, которые следует проигнорировать. Но Картер должен был пойти дальше и вполне конкретно дать отповедь неверным представлениям российского руководства о балансировании на грани ядерной войны.

Параллельно своей агрессии на Украине Кремль пытается запугать Запад, в том числе ядерными угрозами. Президент Владимир Путин регулярно говорит о России как о ядерной сверхдержаве. Он даже сделал эксцентричное заявление о том, что был готов привести ядерные силы в состояние боевой готовности, когда российские военные в 2014 году захватили Крым. Его несдержанные разговоры привели к тому, что российский посол в Дании в прошлом году пригрозил этой стране ядерным оружием.

По словам Картера, такое разжигание военной истерии «вызывает тревожные вопросы о преданности российского руководства делу стратегической стабильности, о соблюдении им норм неприменения ядерного оружия, а также о том, насколько оно привержено той глубочайшей осторожности, которую лидеры в ядерную эпоху проявляют по отношению к демонстрации ядерной мощи».

Такая российская риторика вызывает тревогу, особенно в свете проходящей в России модернизации оперативно-тактического ядерного арсенала и доктрины «эскалации в целях деэскалации». Данная доктрина вызывает вопрос о том, считает ли российское военное командование, что может успешно применить небольшое количество маломощного ядерного оружия, дабы положить конец конфликту на выгодных для Москвы условиях.

Это, в свою очередь, ставит вопрос о том, как должна реагировать НАТО. Но когда в июле в Варшаве состоится саммит лидеров альянса, на повестке у них будет множество вопросов: Украина, укрепление неядерного оборонительного потенциала НАТО и нестабильность на южном фланге Европы. Скорее всего, лидерам не хватит времени, чтобы рассмотреть вопрос о ядерных силах.

Основой ядерного потенциала Запада являются стратегические ядерные силы США и Британии, обеспечивающие критические гарантии безопасности НАТО. 200 американских бомб В61 в ядерном снаряжении, которые находятся в Европе, это символ преданности Америки делу обороны альянса. Соединенным Штатам не нужно усиливать свой ядерный потенциал на европейском континенте (а в более спокойные времена они могут и должны сокращать свое ядерное присутствие).

Но кое-кто предлагает развернуть в Европе новые системы ядерного оружия либо перебросить бомбы В61 из мест их сегодняшнего складирования в центральноевропейские страны, такие как Польша. В этих идеях нет ничего положительного.

Во-первых, европейские члены НАТО не очень-то хотят размещать у себя американское ядерное оружие. Во-вторых, переброска бомб В61 в Центральную Европу ближе к России это дорого, и это создаст нежелательные последствия, состоящие в том, что в случае кризиса ядерные бомбы и авиационные средства их доставки окажутся гораздо менее защищенными при нанесении упреждающего удара. Более того, это представляет собой серьезную провокацию (вспомните 1962 год, когда Советы разместили ракеты на Кубе). Многие союзники в этом случае начнут сомневаться в здравомыслии Вашингтона.

НАТО не нуждается в дополнительном ядерном оружии, чтобы ответить на российские вызовы. Альянс уже давно видит в тактическом ядерном оружии больше политической ценности, нежели военной целесообразности. В своей доктрине НАТО воздерживается от идеи ведения тактической ядерной войны, понимая, что такое развитее событий не будет приветствовать ни один союзник. Если бомбы В61 и будут когда-нибудь применены, то главная цель такого применения будет состоять в том, чтобы подать политический сигнал, предупредить о возможном выходе ситуации из-под контроля и о том, что НАТО может задействовать стратегическое ядерное оружие.

Хотя США и НАТО не нужно дополнительное ядерное оружие в Европе, они обязаны отговаривать российское руководство от мыслей о возможном применении такого оружия с низким либо приемлемым риском.

И здесь свое веское слово должен сказать министр обороны. Ему пора выступить с важной речью на тему ядерного сдерживания и дать отпор тем несдержанным заявлениям, которые звучат из Москвы. Картер большую часть своей профессиональной карьеры занимался проблемами и вызовами со стороны ядерного оружия. Никто лучше него не сможет рассказать о рисках его применения и об опасностях неуклюжего балансирования на грани ядерной войны.

В своей речи Картер может подчеркнуть то, что ядерное оружие есть ядерное оружие, и точка. Никто не должен думать о том, что применение ядерного оружия малой мощности (или в небольшом количестве) имеет какие-то отличия. Даже маленькая ядерная бомба станет нарушением красной черты и того ядерного порога, который никто не переступал вот уже 70 с лишним лет. Она откроет ящик Пандоры, и последствия в этом случае будут непредсказуемыми и губительными.

Именно такой сигнал надо донести до Путина и до Москвы. НАТО не хочет, чтобы Кремль каким-то образом убедил себя в том, что «маленький» ядерный конфликт будет управляемым. Пора освободить российское руководство от иллюзий и показать, что бряцание ядерным оружием это опасная, неприемлемая и обреченная на неудачу тактика.

Стивен Пайфер — старший научный сотрудник Института Брукингса (Brookings Institution).