Польская разведка признала человека, который после смоленской катастрофы обратился в посольство Польской республики в Москве, провокатором российских спецслужб.

«Поэтому его данные передали россиянам. Это был типичный элемент игры спецслужб, задача которой — посеять хаос и дезинформировать противника», — объясняет бывший офицер Агентства разведки.

О «передаче информатора в руки ФСБ», то есть российской контрразведки, говорил в Сейме координатор спецслужб Мариуш Каминьский (Mariusz Kamiński), подводя итог работы правительства «Гражданской платформы» и Польской крестьянской партии. Россиянин якобы располагал информацией о том, что 10 апреля 2010 года в Смоленске произошел теракт. В посольстве он появился 10 мая, но, как говорит Каминьский, польская резидентура не только не придала этому контакту значения, но и передала сведения об информаторе Федеральной службе безопасности.

В правых СМИ появились обвинения в измене и требования наказать виновных. Тем более что Каминьский назвал фамилии: в «изменники» — это Петр Юшчак (Piotr Juszczak) и Марек Стемпень (Marek Stępień) — на тот момент заместители руководителя Агентства разведки.

Gazeta Wyborcza поговорила с офицером Агентства, который в 2010 году контролировал резидентуру польской разведки в Москве. «После каждого трагического события в посольства стран, которых коснулась трагедия, приходят люди, утверждающие, что они располагают важными сведениями. Это нормально: катастрофы и теракты действуют на воображение людей с нестабильной психикой, любителей теорий заговоров. Обычно их легко выявить уже на входе, охрана обучена таким образом, чтобы их не пропускать», — говорит наш источник.

Однако россиянин прошел через «первый шлюз», где дежурят сотрудники Бюро охраны правительства, и встретился с сотрудницей политического отдела посольства, в котором неофициально работает группа офицеров Агентства разведки.

Россиянин: произошло покушение

«Это была руководительница резидентуры. Сначала она встретилась с ним в общей переговорной, а затем они переместились в специальное помещение, защищенное от прослушивания. По итогам беседы был составлен отчет, который сразу же в зашифрованном виде отправили в Варшаву», — объясняет офицер.

Россиянин, как он рассказывает, предлагал сведения о причастности к катастрофе «третьих лиц». Хотел ли он получить за это вознаграждение, неизвестно. Руководство Агентства разведки поручило проверить информатора. Результат проверки был таков: россиянин связан с ФСБ, а его миссия — это дезинформирующая акция, призванная запутать польские спецслужбы. «Поэтому по официальному каналу для контактов мы сообщили о его визите россиянам. В мире спецслужб это знак: „мы знаем, что вы задумали, вы провалились“», — указывает наш собеседник. Он добавляет, что ответных сообщений от ФСБ не последовало.

Офицер также отмечает, что он не считает этот шаг Агентства разведки ошибкой: «Если под решением стоят подписи Юшчака и Стемпеня, значит, дело тщательно изучили. Оба заместителя редко соглашались друг с другом и вели между собой борьбу. Если это решение было принято ими совместно, значит, мы знали, что делаем».

Засланный провокатор


Нормально ли передавать российским спецслужбам данные о человеке, который пришел с информацией, даже если это психически неуравновешенный человек? «Кого-то такого мы бы защищали, но в данном случае мы были уверены, что имеем дело с засланным провокатором. Впрочем, посольство находится под пристальным российским наблюдением, входящие и выходящие оттуда фиксируются. Серьезный информатор знал бы это и выбрал другой способ связаться с нами», — говорит офицер.

Официально бывшее руководство Агентства разведки не дает комментариев. Зато свое мнение высказал Петр Немчик (Piotr Niemczyk) — советник Комиссии по вопросам спецслужб и один из основателей Управления охраны государства (предшественника Агентства внутренней безопасности). Немчик убежден, что «выданный информатор» был провокатором. «Российские спецслужбы могли рассчитывать на эскалацию эмоций в Польше, создание конфликтов вокруг смоленской катастрофы, стараться выставить Польшу в смешном свете на международной арене», — написал он в своем блоге. «Телефонные звонки и вход каждого человека в посольство фиксируются. Звонки и электронные письма перехватываются, а входящих и выходящих людей фотографируют. Человек, который решил пойти на контакт с посольством, должен быть сумасшедшим, чтобы этого не осознавать. Следует предположить, что это был провокатор, а цель операции состояла в том, чтобы спровоцировать в Польше более или менее значительные политические последствия в зависимости от того, насколько всерьез воспримут переданную информацию», — пишет далее Немчик.

Цель: атака на польскую разведку

По его мнению, «предложение» также могло служить тому, чтобы получить информацию о неизвестных ранее российским спецслужбам офицерах разведки, работающих под дипломатическим прикрытием, и методах их работы. Подводя итог, Немчик констатирует, что после выступления Каминьского, «даже если российская провокация шесть лет назад провалилась, то, вероятно, теперь ФСБ радостно потирает руки».

К теме «московской измены» со всей серьезностью отнеслась Gazeta Polska. Симпатизирующий партии «Право и справедливость» (PiS) еженедельник поднял ставки, заявив, что россиянам выдали не одного, а трех информаторов, один из которых якобы передал полякам сведения о подмене тел жертв катастрофы. «О других мне ничего не известно, но я хочу обратить внимание, что о путанице с телами польской стороне первой сообщила российская прокуратура», — комментирует наш источник.

Вошло ли дело «московского информатора» в список уведомлений о якобы совершенных правительством «Гражданской платформы» преступлениях, о передаче которого в прокуратуру заявил Каминьский, неизвестно.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.