Долгожданное событие — освобождение Надежды Савченко из российского плена — на день приковало к себе внимание всей Украины. Но уже после обеда наравне с искренней радостью начали появляться столь же искренние вопросы: почему?

— Почему Путин, который в течение почти двух лет избегал любой конкретики по освобождению Савченко и даже заявлял о его нежелательности, теперь пошел на уступки Киеву?

— Почему «нормандская четверка», которая, оказывается, еще в понедельник договорилась об обмене Савченко на двух ГРУшников, сначала ни словом об этом не упомянула? Может, Кремлю пообещали что-то дополнительное, о чем не стоит говорить?

— И, наконец, почему освобождение Савченко состоялось именно 25 мая — в годовщину выборов Порошенко? Неужели Путин «за просто так» сделал украинскому лидеру такой подарок?

Это — не полный перечень вопросов, которые активно обсуждались в течение дня в социальных сетях, но прочие в основном сводились к трем перечисленным. У нас есть на них ответы. И должны отметить, что большинство из них — приятные для Украины.

За день до крайнего срока

Как ни удивительно, но проще всего ответить на последний вопрос. Дата 25 мая — не случайна, и она выгодна не Украине так, как Кремлю. Среда была последним днем, когда РФ могла предоставить ключевые аргументы за смягчение западных санкций. Объяснение простое.

В публичном пространстве — и не только украинском, а в мировом — распространено ошибочное мнение, что судьба экономических санкций ЕС против РФ будет решена на саммите Евросоюза, который состоится в Брюсселе 28-29 июня. Формально санкционное решение действительно будет одобрено именно там. Но — просто одобрено, а не разработано. На это в Брюсселе, во время встречи лидеров, не хватило бы времени.

Вспомним повестку дня июньского саммита. На нем, возможно, придется обсуждать процедуру выхода Британии из Евросоюза; пути противодействия миграционному кризису и отношения с Турцией; надо найти формат взаимодействия ЕС с НАТО и т.д. Было бы странно рассчитывать, что на этом фоне у глав государств-членов ЕС будет много времени для дискуссии по России.

И вторая преграда: санкции ЕС теряют вес, если не будут синхронизированы с государствами по ту сторону Атлантики — США и Канадой. Согласитесь, голос Люксембурга или Мальты в международной политике значительно менее важен, чем голос Вашингтона. И поэтому в реальности судьба санкций будет решена уже на этой неделе в небольшом японском городе Сима, где в четверг начался саммит «большой семерки».

Более того, Туск уже признал, что санкции против РФ будут одной из тем переговоров в Японии, а также — что решение об их продлении должно быть принято еще до саммита ЕС. Дипломаты, с которыми общалась «Европейская правда», признают, что все их санкционные усилия направлены именно на «семерку». Напомним состав G7: это четыре ключевых экономики ЕС: Германия, Франция (участники «нормандского формата»), Великобритания и Италия; США с Канадой, а также Япония. Кроме них, в саммите G7 принимают участие первые лица Евросоюза — президенты Евросовета и Еврокомиссии Дональд Туск и Жан-Клод Юнкер. На «семерку» ориентировался и Путин — для него было крайне важно продемонстрировать «жесты доброй воли» перед встречей мировых лидеров.

Сделать это раньше Кремль не мог, поскольку сам загнал себя в жесткие временные рамки, доведя процесс Савченко до обвинительного приговора и выбрав ее обмен вместо освобождения. Далее стороны были вынуждены придерживаться юридических формальностей и сроков. Источники «Европейской правды» подтверждают, что юридический механизм обмена Надежды на двух ГРУшников был согласован еще месяц назад, 18 апреля, и был привязан к дате, когда вступил в силу приговор в отношении российских военных Ерофеева и Александрова. Это произошло 23 мая; а значит, именно тогда у Порошенко появилась юридическая возможность помиловать россиян, которых Россия согласилась обменять на Надежду Савченко. Дальше было дело техники: финальный разговор «нормандской четверки» в ночь на вторник, подготовка обмена, а в среду утром — сам обмен.

Так что с санкциями — их отменят или продлят?

Сначала — основополагающий момент. Отмена санкций против РФ — как бы этого не хотелось Кремлю — в этом году не обсуждалась и не предполагалась. На Западе наконец-то осознали, что Россия не ставит целью выполнять свои обязательства, а лишь пытается избежать их выполнения.

В ЕС рассматривали четыре варианта развития событий:

1) Усиление экономических санкций

Этот вариант рассматривался как возможный в случае серьезной эскалации ситуации на Донбассе, на которое европейцы уже не могли бы закрывать глаза. Сейчас, по мнению западных лидеров, этого не произошло.

2) Продление санкций на год в нынешних объемах

На этом варианте настаивала Украина и это на самом деле — самый желанный для нас вариант

3) Продление санкций на полгода

Компромиссный вариант, который позволит ЕС пересмотреть санкции уже в декабре. Для Киева он не очень желателен, но решает здесь не Украина.

4) Смягчение санкций

Вариант России, причем у РФ есть четкие приоритеты — что нужно смягчать в первую очередь.

Сейчас выбор сделан, хотя есть важные детали, которые остаются несогласованными. Можно с уверенностью говорить, что ЕС и США согласуют сохранение санкций в нынешнем объеме. Лидеры ЕС уже выступили с официальными заявлениями о том, что Россия не выполнила условий, при которых давление может быть ослаблено.

«Наши отношения с ЕС, включая экономические санкции, останутся неизменными до полного выполнения Минска. К сожалению, прогресс в его исполнении значительно меньше, чем мы рассчитывали в прошлом году», — заявил Туск перед началом саммита в Японии. Это — не личное мнение президента Евросовета, а согласованная позиция, с которой ЕС будет выходить на дискуссии в Японии. В ее поддержку уже высказался президент Европарламента, с ней согласился президент Еврокомиссии Юнкер, который давал пресс-конференцию вместе с Туском. Но это не означает, что действия Кремля вообще не дали эффекта.

Благодаря освобождению Савченко, РФ свела к нулю шансы, что санкции продлят на год. А значит, в декабре нас ждет новая санкционная эпопея со значительно более высокими шансами, что давление будет снижено. И уже сейчас в Кремле работают над декабрьским пересмотром, готовя почву для него. Сразу несколько источников «Европейской правды» — в украинском МИД и в европейских структурах — подтвердили, что Россия работает над снятием «финансового блока» санкций, то есть запрета на кредитование российских госбанков. «Другие санкции имеют скорее символическое значение. Например, запрет на экспорт в РФ технологий нефте— и газодобычи, конечно, бьет по российскому нефтесектору, но лишь в длительной перспективе, через 5-10 лет. А недостаток финансовой ликвидности и невозможность перекредитоваться — это то, что является проблемой уже сейчас», — пояснил один из собеседников «Европейской правды».

Как известно, сейчас в ЕС действуют жесткие ограничения на выделение средств для российских государственных банков и рекомендация не покупать российские гособлигации. Под запретом — все финансовые инструменты длительностью более 30 дней. Как следствие, даже для негосударственных российских компаний выход на внешний рынок заимствований крайне затруднен. Тем не менее, в Киеве и сейчас звучат надежды на ужесточение санкций. Правда, лишь их «крымского блока» (ведь ограничения, введенные против России за Донбасс» и «за Крым», приняты разными решениями).

После официального запрета Меджлиса ситуация в Крыму действительно ухудшилась, а преследование проукраинских активистов усилилось, поэтому у Киева есть аргументы за усиление санкций. Хотя в то же время есть опасность, что в ЕС найдутся голоса за то, чтобы усилением «крымского направления» компенсировать смягчение секторальных санкций, и этого необходимо избежать. Линия же России и на «нормандских переговорах», и в диалоге с другими европейскими партнерами остается такой: «мы пошли навстречу Украине в вопросе заложников, теперь ждем шагов навстречу в вопросе выборов». Именно на этом будет основываться позиция РФ к декабрьскому пересмотру санкций.

Так что, в обмен на Савченко мы пообещали выборы? Нет, дополнительных обязательств Украина в этом вопросе не брала, и лучшим доказательством является расхождение публичных позиций Украины и РФ после последнего раунда «нормандских переговоров» — именно того, где подтвердилась договоренность об освобождении Савченко. Напомним, речь шла об одном из ключевых условий для проведения этих выборов. Порошенко заявил, что РФ согласилась на «развертывание полицейской миссии ОБСЕ на Донбассе«, а Россия вскоре опровергла эту информацию, заявив, что не считает нужным создавать полицейскую миссию, а вместо этого выступает за большие полномочия для гражданской СММ. Так что переговоры по выборам как были, так и остаются в тупике.

К слову, в МИД в среду вечером также заявили, что дополнительных условий освобождения Савченко не было. «Нет, ничего, кроме Ерофеева и Александрова, мы России в обмен на Савченко не обещали. Нет, в ЕС освобождение не воспринимают как повод смягчать санкции против РФ. Нет, Россия не дала заднюю в войне. Она просто проиграла еще одну битву. Война продолжается», — написал на своей Facebook-странице посол Украины в Совете Европы Дмитрий Кулеба. И хотя дополнительных обещаний сторон, похоже, действительно не звучало, некоторые намеки на обещания все же имели место.

Прежде всего, «Европейская правда» неоднократно слышала от дипломатов, что на уровне главы МИД РФ Сергея Лаврова практически достигнута договоренность об освобождении РФ еще двух заложников — Геннадия Афанасьева и Юрия Солошенко, которые серьезно больны. В среду их возвращение на Украину также анонсировал Петр Порошенко. «За этим последует освобождение Солошенко и Афанасьева, которые находятся в чрезвычайно тяжелом состоянии здоровья — рак, сепсис», — сказал он. Более того, президент рассчитывает на возвращение из России и других заключенных: «Мы ждем прогресса в течение трех-четырех недель. Не позже». Но это, скорее, больше похоже на желание Украины, чем на готовность Кремля.

И здесь все будет зависеть от того, готов ли Путин активно включиться в борьбу за пересмотр санкционного решения, которое «большая семерка» примет уже в ближайшие сутки.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.