Его зовут «Сасна црер» («Неистовые сасунцы»), и он хорошо известен, можно сказать, даже в широких кругах общественности. А теперь и в международном масштабе. Это — оппозиция действующему президенту и его сторонникам, инициатор захвата полицейского участка в Ереване, за которым должно было последовать свержение ненавистного, и не только ему одному, режима Сержа Саргсяна. Однако ни в Ереване, ни в Москве, ни в европейских столицах не спешат назвать происходящее противозаконной акцией, откровенным терроризмом.

Схватка в ереванском тупике


Нелюбимый, отвергаемый неистовыми сасунцами, диктатор сделал то, что делали до него тысячи других диктаторов во всем мире, и вне всякого сомнения, еще не раз поступят точно таким же образом в будущем. Это только в популярной азербайджанской комедии герои поют, мол, кто ты есть там за воротами, открывай немедленно двери и мы тебя быстренько прикончим! Ничего похожего бесстрашным cасунцам никто не говорит, не поет и даже не помышляет. Саргсян, не особенно церемонясь с вооруженной фрондой, кого пристрелил, кого угостил полицейской дубинкой, кого бросил за решетку и спокойно направился на Олимпиаду, а затем, как ни в чем не бывало, наплевав на истошные крики своих радикальных противников, уехал отдохнуть.

«В то время, когда 80% населения Армении вынуждено каждый день решать проблему хлеба, наши власти наслаждаются своими отпусками в Европе. Мы должны сделать все, чтобы вернувшись из отпусков, они сели не на свои президентские или министерские кресла, а прямиком отправились в тюрьму», — предложила, как на былых партсобраниях, выход из создавшегося положения режиссер и общественный деятель Гаяне Гаспарян. Несмотря на отсутствие президента Саргсяна в Ереване, ей не дали до конца развить свои идеи по решению властной проблемы и выключили микрофон.

Дальнейшее развитие событий показало, что режиссеру еще повезло. Потому как находящийся на отдыхе президент показал, что у него самого имеется режиссерская заготовка, не блещущая новизной, но достаточно эффективная. «Пусть себе кричат! Нашим передайте, чтобы не мешали. Остальных — за решетку!» — пришла шифрограмма из-за границы. «Наши» — эта карабахская агентура властей, умело прикидывающаяся на митингах и демонстрациях то неистовыми сасунцами, то возмущенными демократами. Отличающиеся повышенной толерантностью ереванцы дружно высказались за то, чтобы все карабахцы во главе с карабахцем №1 Сержем Азатовичем отправились после отдыха в свой Карабах.

Однако филиппика госпожи Гаспарян и других митингантов представлена в Москве и других столицах Саргсяном и его дипломатией как подтверждение того, что действующей власти противостоит не оппозиция в европейском понимании слова, а кучка вооруженных молодых людей, которые не заслуживают ничего, кроме дубинки и решетки. И с ними быстро будет покончено.

Разумеется, президентская позиция не лишена основания. Но как быть с тем, и что будет с теми, кого принято называть молчаливым большинством? А они, как известно, молчаливая часть народа, становится большей частью, когда с ней слишком долго разговаривают с помощью дубинок, решеток и автоматов. И потом, в Ереване нынче говорят, что большинство — понятие относительное. И приводят пример, как свежий анекдот: один армянин — это президент, два — партия, а три — уже непримиримая оппозиция. Подтверждение тому — революция по-армянски, которая разлилась в эти дни по улицам насмотревшегося на всякое Еревана.

С обрезом у виска Сержа Азатовича

«Мы создадим в Армении правительство народного доверия», — это из последнего заявления политического совета «Сасна црер». Что же в том плохого?— спросит читатель где-нибудь в Москве или Париже. — Вполне демократично, тем более, что этот Саргсян, смещения которого сасунцы добиваются, и так самым бессовестным образом цепляется за власть и не собирается уходить подобру-поздорову, следуя примеру своих предшественников — Тер-Петросяна и Кочаряна.

Интересно, как сасунцы и затесавшиеся в их ряды карабахцы предполагают добиваться этой своей вполне благородной и вполне демократической цели? Не будем копаться в многочисленных заявлениях, которыми молодые люди с обрезами забросали Армению и все зарубежные голоса в период круговой вооруженной обороны в полицейском участке.

Достаточно ознакомиться с одним абзацем последнего заявления члена упомянутой руководящей группировки «Сасна црер», некоего Алека Енигомшяна. Вот послушайте: «Начальная работа будет поручена теневому правительству, в которое войдут конструктивные силы из Армении и диаспоры». В предгрозовой атмосфере Еревана повис вполне естественный вопрос, требующий немедленного и обстоятельного ответа: «А что, в Карабахе конструктивных сил не осталось?». «Там никого не осталось! Вот я и хочу обратиться ко всем карабахцам, которые пришли сюда в Ереван и все у нас отняли, убирайтесь обратно в свой Карабах!». Понять организаторов митинга можно. Если бы на этом самом высоком излете мысли Гаспарян они ее не прервали, неизвестно, что бы она наговорила из того, что в последнее время судачат на ереванских кухнях. Впрочем, и так все понятно: коротко, ясно, убедительно…

Тем более, что руководители «Сасна црер» в отличие от политизированного режиссера, представили общественности свой конкретный план смещения действующей власти и формирования новой, которая, надо полагать, будет столь же неистовой, что и ее создатели. Поскольку вооруженное выступление «Сасна црер» вызвало гул одобрения в недрах армянского общества, неистовые сасунцы — и те, что залечивают раны в госпиталях, и те, что за решеткой, и митингующие выражают уверенность: «Создание на такой представительной основе правительства придаст ему высокий авторитет, опираясь на который можно будет предъявить властям действенный ультиматум».

«А это зачем?» — спросит наивный европеец, мыслящий старыми категориями типа «Винтовка рождает власть». На этих-то старомодных европейцев и рассчитана уловка сасунцев: «Это откроет дорогу к референдуму, последующему принятию новой Конституции и формированию истинно национальной власти». В этом заявлении, которое можно было бы назвать и политическим завещанием «Сасна црер» ключевой является формула: «Действенный ультиматум». Надо полагать, под этим подразумевается, что автор сего изобретения, приставив к виску ненавистного Сержа Азатовича испытанный в переворотах обрез, продиктует ему короткий и понятный как выстрел текст о безоговорочной капитуляции. Короче, как говорил в другой революционной ситуации классик, история повторяется — сперва в виде трагедии, затем — типичного фарса.

Армяне, вам привет от Ширака

Покопавшись в своем журналистском архиве, я без труда нашел несколько информаций, отслеживающих аналогичные события в Ереване, имевшие место в начале февраля 1998 года. Суть их сводилась к неожиданной отставке первого президента РА Тер-Петросяна, к чему его вынудили премьер-министр Роберт Кочарян, министр обороны Вазген Саркисян и министр внутренних дел и национальной безопасности Серж Саргсян. И все это из-за плана действующего президента Тер-Петросяна по урегулированию карабахского конфликта, который предполагал помимо прочего, возвращение Азербайджану ряда населенных пунктов.

То, что продиктовали Роберт Кочарян и Серж Саргсян в феврале 1998 года Левону Тер-Петросяну, теперь действующему президенту предстоит услышать из уст боевика Алека Енигомшяна. Разница состоит лишь в том, что карабахский тандем Кочарян-Саргсян действовали не публично, а испытанным методом политической интриги — при закрытых дверях. Сказывался специфический опыт комсомольско-партийного прошлого. Впрочем, главное не в этом.

Суть обозначившегося в Армении политического противостояния состоит в том, что впервые правящей партии националов (а других в Армении просто нет) брошен открытый вызов сил, признаваемых в стране и за ее пределами армянской оппозицией. Что же предлагает так называемая оппозиция, она же «Сасна црер»,что в переводе означает неистовые сасунцы. стране, окончательно запутавшейся в дебрях национальной идеологии, овладевшей, казалось бы, умами большинства нации. Чем, кстати, немало восхищались с первого дня выхода на авансцену политической жизни в Москве, Париже и Вашингтоне.

Как тут не вспомнить сакраментальную фразу Жака Ширака, обращенную к азербайджанцам: «Мы их (т.е. армян — прим. автора) знаем двести лет, а с вами только познакомились». Интересно, знал ли о существовании террористической организации «Сасна црер» не чуравшийся, как вскоре оказалось, мздоимства французский президент? Если не знал, то наверняка догадывался. Ведь в свое время с такой же благожелательностью европейцы отнеслись к созданию Армянской революционной федерации «Дашнакцутюн», провозгласившей главным средством политической борьбы терроризм, что не помешало ей стать членом Социалистического Интернационала. Чего же удивляться тому, что Ж.Ширак великодушно предлагал Азербайджану подождать эдак лет 200, чтобы Франция согласилась с тем очевидным фактом, что обожаемая ею Армения оккупировала территории соседней республики?! Послушать ораторов в центре Еревана, так оказывается, что их бывший кумир Серж Саргсян на закрытых переговорах с президентом АР Ильхамом Алиевым обсуждает вопрос возвращения оккупированных территорий.

То есть, речь не идет о Нагорном Карабахе, речь идет об отказе от решения проблемы силовым путем путем поиска мирных решений. Наиболее короткий путь к миру — возвращение районов, находящихся за пределами собственно бывшей НКАО. В самом подходе уже обозначен компромисс со стороны Азербайджана, который с учетом установления ожидаемого мира не педалирует тот простой юридический факт, что НКАО такая же оккупированная территория, как, скажем, Кельбаджары. Еще раз подчеркнем, что предмет спора — не согласованный, не подготовленный к подписанию документ, а всего лишь слухи, о которых достоверным является лишь то, что ведутся переговоры и азербайджанская сторона настаивает на деоккупации зоны, называемой в Армении буферной. В Ереване по сему поводу уже пролилась кровь, есть убитые и раненные.

Надежда умирает последней

Последние заявления политсовета «Сасна црер», получившие поддержку и в ряде политических организаций, и среди армянского социального массива, свидетельствуют о том, что мнения относительно карабахского урегулирования разделились. Можно с определенной долей уверенности утверждать, что точка зрения неистовых сасунцев разделяется если не большинством армянского общества, то значительной частью его. Собственно говоря, на этой бескомпромиссной идеологии, хорошо известной под названием «Великой Армении», пришел к власти и сам Саргсян. Как сепаратист, он в свое время открыто заявлял, что присоединение Нагорного Карабаха к Армении является лишь первым шагом к реализации планов национального движения, ставшего идеологией всего армянства. Под сим подразумевалось, что в последующем предполагается присоединить к Армении территории Турции, Азербайджана, Грузии с выходом к Черному морю и обширным территориям Северного Кавказа и юга России. Заметьте, что вся это беспрецедентная перекройка государственных границ суверенных, международно признанных государств, поддержанная Москвой, Брюсселем и Вашингтоном, обосновывалась и обосновывается правом народов на самоопределение (?!). Словно бы не существует известного ооновского принципа о территориальной целостности государств и документов о нерушимости существующих границ.   

Ни Саргсян, ни кто либо из представителей власти ничем не проявил своего критического отношения к политике территориальных претензий, официально практикуемой Арменией на протяжении почти ста лет. Хуже того, к этой идеологии и политической практике на Западе принято относиться с пониманием, сочувствием и часто с благожелательностью. С точки зрения этих чуждых современному миропониманию идей никакой разницы между правящей командой Саргсяна и «Сасна црер» не было и нет. И все же отчаянье разуверившихся людей и ненависть к правящему классу, которыми пропитаны речи ораторов на ереванских митингах, свидетельствует и о другом. Люди  впервые почувствовали себя обманутыми. И чем дольше во главе Армении будет находиться жиреющий класс бывших террористов, изображающих из себя радетелей национальной идеи, тем больше вероятность вызревания в обществе сомнений в истинности самой доктрины «Великой Армении», во имя которой пролито столько крови. На данном этапе глобального переустройства мировых отношений с Арменией произошло худшее, что можно было ожидать. Национальная идея еще недавно сплотившая в единый кулак республику армян и диаспору, ныне противоречит планам ведущих мировых сил по переустройству обширного региона, где Армения, смешно сказать, вознамерилась создать национальный очаг всех армян. Говорить громко об этом в Ереване уже сейчас является признаком дурного тона. И в этом нет ничего нового.

Политические идеи, если они не реализовываются, затухают, и рано или поздно погибают. Как и поколения, посвятившие им свои жизни. Из этого вовсе не следует, что армянская нация готова расстаться с иллюзиями о своем призрачном величии. Это фактически часть веры ее элит. Кто знает, может, это и есть кара небес за все несчастья, которые они принесли своему и окружающим народам. Ведь и то правда, что народ сам когда-то восторженно возмечтал о былом величии. Надежда на бога может спасти в трудную минуту. Но вера в иллюзию, в призраки кончается самообманом и не прощается ни на Земле, ни на небесах.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.