Reflex: Были ли эти выборы действительно выборами столетия, как говорят? После избрания Трампа мы слышали даже катастрофические прогнозы, что якобы произошла общемировая трагедия, а на американских улицах прошли манифестации…

Ефим Фиштейн: Наше столетие пока непродолжительно. Мы не знаем, что нас ожидает. Однако пока более значительных событий еще не происходило. Недавние президентские выборы действительно стали поворотными и революционными. Уже хотя бы потому, что впервые протест выражают не какие-то локальные второстепенные силы — протестует самая верхушка иерархии власти на том политическом уровне, на котором реально принимаются решения, важные для всего мира.

Средства массовой информации обоснованно полны траурных интонаций. Свои комментарии они публикуют в черных рамках в духе лозунга «Правда не побеждает». Конечно, они пытаются поспешно извлечь из неожиданного результата выгоду, но в целом это очень печальная картина: как будто мы взираем на покойника, который танцует на собственных похоронах. Менее посвященным скажу, что из 185 американских изданий Дональда Трампа поддерживало только пять, а из авторитетных журналов — вообще ни одного. Для СМИ и их способности отражать действительность все это провал невероятных масштабов.

— Является ли избрание Трампа ответом «белого человека» на экзальтированную, политически корректную политику Барака Обамы и Хиллари Клинтон?

— Действительно есть мнение, что триумф Трампа — это на самом деле Пиррова победа, битва при отступлении «стареющего белого человека», который в Америке вымирает. На этом была основана целая политологическая школа. Она исходила их убеждения, что демократы Обамы способны активизировать избирательный потенциал разных, прежде всего этнических, меньшинств. И поскольку доля нацменьшинств — афроамериканцев, латиноамериканцев и прочих — все растет, а доля белых все сокращается, то высказывались заносчивые предположения, что отныне и всегда править будет только Демократическая партия, а республиканцам уже ничего не светит. На фоне того факта, что теперь в руках республиканцев вся власть — и исполнительная, и законодательная — и не исключено, что они возьмут под контроль и судебную, подобная самоуверенность экспертов граничит, как мне кажется, с патологической дебильностью.

С самого начала вся эта теория «стареющего белого человека» казалась ошибочной и схоластической. Она нарушала традиционную политику, которая, как известно, воплощает соперничество идей и программ, а не соотношение сил разных рас. Веру в грядущее доминирование одних кланов и племен над другими я считаю подлинным расизмом. Обама говорил о необычайном интеллектуальном и политическом вкладе «новых граждан», то есть переселенцев и других новоиспеченных американцев. Эти представления, по сути, возвращали нас в дополитические времена, в период племенной лояльности. Другими словами, сближали Америку и Ближний Восток. Хотите знать, почему ничего не получилось?

— Разумеется. Почему?

— Изучите структуру избирателей Трампа, и вам сразу станет ясно, что вся эта конструкция искусственна. Доля афроамериканцев в американском населении удивительным образом сокращается. На встрече с лидерами афроамериканских организаций Дональд Трамп задал риторический вопрос: «Большинство из вас до сих пор выбирало демократов, потому что они уже 30 лет обещают повысить вам за голоса социальные пособия. Но лучше ли вам живется, чем раньше? Ваши сыновья реже попадают в тюрьму? Меньше принимают крэка и героина? Тогда почему вы их избираете? Я не обещаю вам пособия — я обещаю работу. Я предлагаю не рыбу, а удочку».

И представьте себе, что многих он этим привлек. Так или иначе целые девять процентов из тех, кто голосовал за Трампа, были афроамериканцами. А с каких пор латиноамериканцы не считаются белыми? Пусть они и являются так называемыми латиносами (метисами и креолами), но социальные законы для них те же, что и для остальных. Как только они начинают ходить на работу, платить налоги и выплачивать ипотеки, у них появляется менталитет американского налогоплательщика, и исчезает племенная лояльность. Об азиатах и говорить не стоит: это чрезвычайно успешная группа переселенцев, не зависящая от социальных пособий, а значит, неподкупная.

— А что женщины? Хиллари Клинтон полагалась на их голоса, подчеркивая, что может стать первой в истории женщиной-президентом в Белом доме. Что пошло не так?

— Да, Хиллари ошибочно полагала, что их голоса у нее в кармане, потому что сама тоже выглядит как женщина. Но в итоге более 40% американок проголосовало за Трампа. Феминистические организации уже объявили их половыми изменницами, заслуживающими наказания. Лучше бы они молчали, ведь таким образом эти организации демонстрируют свое понимание демократии и плюрализма. Кроме сексистского скандала штаб Клинтон больше ничего не смог найти на Трампа, но и это не помешало ему победить. Почему? Да потому что феминизм — не то же самое, что здравый смысл.


— Но ведь не нужно быть воинствующей феминисткой, чтобы возмутиться своеобразным поведением Трампа в отношении женщин.

— Тем, что он кого-то без позволения хлопнул по попе? Это, конечно, плохо и неприлично, но я открою вам страшную тайну: что должна в такой ситуации сделать настоящая женщина, которую подобное унизило, хотя не было ни попытки изнасилования, ни домогательств начальника? Вызвать полицию? Назло развратнику проголосовать за Клинтон? Написать протестное письмо в ООН? Да что вы — она должна дать наглецу хорошую пощечину. Или ударить его в пах. Это поможет лучше, чем обращение с жалобой к широкой общественности. Делать из межчеловеческих отношений проблему для всего общества — верный признак отчуждения и дегуманизации.

— Однако подавляющим большинством избирателей Трампа были те самые «белые люди», обнищавшие из-за глобализации. Или нет?

— Среди сторонником Трампа белые люди были в большинстве, и тут вы правы, однако их было чуть более половины (52%). Мифом оказалась первоначальная байка о том, что типичный избиратель Трампа — это обедневший работяга, синий воротничок, чей завод нехорошие парни перевезли в Китай. Нет, более половины электората Трампа — это семьи с доходом более 50 тысяч долларов в год, то есть типичный средний класс. Еще говорили, что исход выборов решили провинциалы, «красношеи» с ферм, необразованные деревенщины. Но здравому смыслу лучше на свежем воздухе, чем в городе.

Так что все идеи экспертов о полном политическом перерождении Америки оказались отсталым марксистским бредом. Переделка Соединенных Штатов в образцовое социальное государство по образцу скандинавских стран, как мечтали социальные инженеры Обама и Клинтон, откладывается на неопределенное время.

— Трамп говорил в ходе кампании о «забытых мужчинах и женщинах», которым его Америка даст работу. Может ли он предложить какой-то новый курс, который обеспечит эту работу, или Трамп просто втирался в доверие? Ведь в экономических вопросах Трамп противоречив. С одной стороны, ему хочется либерализации местных условий, скажем снижение налогов, а с другой, он говорил о жестком протекционизме во внешней торговле.

— Простые американцы остро и обоснованно ощущают себя покинутыми, забытыми цивилизацией. Трамп сумел этим ощущением воспользоваться, а Клинтон свысока посмеялась над ними. Для нее эти люди — убогие «лузеры» глобализации, которые когда-то хорошо построили Америку, но теперь должны покорно ее сдать самозваным победителям. Экономическая программа Трампа — это смесь разных консервативных положений и трудно выполнимых обещаний. К первым относится поголовное снижение налогов, а ко вторым — повышение минимальной зарплаты и торговый протекционизм.

Безработица в этот раз играла второстепенную роль, потому что фактически ее нет. Существующая безработица — структуральная, то есть она связана с потребностью экономической модернизации. Иными словами, переворот совершили не бедняки. Это либеральные элиты, скорее, поплатились за свой эгоцентризм, идеологическую тупость и невосприимчивость к реальным событиям. Трамп — крепкий бизнесмен, и он умеет преодолевать трудности, но, определенно, он не обещает одного — руководить страной, как фирмой.


— Кто еще, как по-вашему, остался в лагере побежденных?

— Помимо экспертного сообщества, СМИ и агентств социологических исследований, в проигравших, несомненно, остался истеблишмент. Сегодня ясно, что с трудностями столкнулись обе главные партии, хотя агонию предсказывали только одной из них. «Старой доброй партии», как называют себя республиканцы, придется отправиться в Каноссу, чтобы как-то искупить тот факт, что ее лидеры не только не поддержали нового президента, но даже сформировали ядро протестного движения #NeverTrump. В ближайшие недели многие из них, вероятнее всего, попытаются запрыгнуть в последний вагон уходящего поезда.

— Глубокие раны зализывают, прежде всего, побежденные демократы, не так ли?

— Да, Демократической партии, которая уже собиралась править вечно, придется пройти, что парадоксально, через не менее сложную перестройку. Оказалось, что внутри партия насквозь прогнила, и что процесс самоопределения не обойдется без множества кадровых жертв. В конце концов, главным победителем выборов мы можем, пожалуй, считать американское общество в целом. Именно от него зависит, как будет использован внезапный исторический шанс. При этом оно же является главным проигравшим, потому что разбитую чашку трудно склеить.

Констатация того, что американское общество сегодня разделено глубокими рвами, уже стала общим местом, но обратите внимание, что еще накануне выборов мало кто хотел это замечать, и что крайне успешный кандидат Клинтон клеймила своего оппонента за то, что он преподносит ситуацию в слишком мрачных красках, хотя на самом деле все якобы замечательно.

— Если уж мы говорим о Хиллари Клинтон. Дональд Трамп обещал, что посадит ее. Попытается ли он это сделать?

— Скорее всего, не посадит. На самом деле о Трампе нам известно крайне мало. А того, что известно, недостаточно, чтобы составить контрастный и хорошо распознаваемый образ. Его любовь к женщинам, конечно, делает его понятнее и сближает его с Биллом Клинтоном, однако мало что говорит о его политических воззрениях. Нельзя полностью исключить, что у него либо нет никаких воззрений, либо до сих пор не было. И теперь Трамп будет их формировать. Скорее, мы можем составить представление о том, какие движущие силы привели его к власти, тем не менее личностный портрет на основе этого мы не составим.

Не остается ничего другого, как ждать его первых шагов. Некоторые английские лорды назвали его идиотом. Интересно будет посмотреть на их лица, когда Трамп встретится с ними, если примет приглашение Терезы Мэй. О возможной ориентации нового президента нам также многое скажет порядок стран, куда Трамп намерен отправиться в первую очередь. И необязательно, что это будут Россия или Китай, как опасаются некоторые. Первым может быть, скажем, Израиль. Вообще, у меня стойкое ощущение, что Трамп, даже вне сравнений с Клинтон, будет действовать намного спокойнее и менее импульсивно, чем во время кампании.

— Но ведь в ходе кампании Трамп обозначил некоторые направления своей будущей политики! Например, изоляционизм или враждебность к мусульманам…

— Он не сделал сенсации. Консервативный ренессанс происходит почти везде. Черепная коробка его противников до верху полна интеллектуальными клише. Ярлыки, которые вешались на Трампа, были негативно окрашены, но имели непонятное содержание. У кого из настоящих расистов настолько интернациональное семейство? Какой нацист не верит в нюрнбергские законы и открыто симпатизирует Израилю? Почему сказать об автомобиле, что он «секси», значит сделать хорошую рекламу, а сказать то же о женщине — проявить сексизм? Изоляционизм так же плох, как и нарциссизм. Но все это второстепенно по сравнению с единственно важным: Трамп победил в праймериз, а потом и на выборах только потому, что везде, куда бы ни пошел, нарушал правила политической корректности и левого либерального хорошего тона, а также прямым ударом бил по слабым местам правящей идеологии.

Глобальное потепление? Может, оно есть, может, нет, а может, это очередные отклонения вечно меняющегося климата. А вот исламский терроризм стопроцентно существует. Проблемы с потоком переселенцев с Ближнего Востока? Они действительно есть и весьма серьезные. И именно потому, что правящие либералы не могут дать ясного ответа на неприятные вопросы, им не оставалось ничего другого, как облепить Трампа ярлыками. И если на лице Хиллари Клинтон была прилеплена бодрая комсомольская улыбка, то Трамп выглядел, как старый чемодан, облепленный ругательствами.

— Не кажется ли вам неправильным, что в ходе кампании Трамп призвал закрыть Соединенные Штаты для мусульман?


— Уже сейчас несколько процентов американского населения — мусульмане. И даже Трамп не собирается депортировать их на прежнюю родину. Выборы показали, что примерно половина американских избирателей, которые не являются ни нацистами, ни исламофобами, не видит ничего ужасного в предложении приостановить переселение мусульман в США, пока не будет создан механизм люстрации. Ведь что еще американцам делать с тем фактом, что 70 — 90% населения ближневосточных стран поддержало нападение на «близнецов» в Нью-Йорке и буквально танцевало, глядя на телевизионные экраны? А ведь речь идет не о кровожадных джихадистах, а о миролюбивом большинстве мусульманского населения. Политически корректная пропаганда не смогла учесть этот факт.

— Видите ли вы глубинную связь между избранием Трампа и Брекситом?

— Конечно. Это звенья одной цепи. Победа Трампа — не первая в своем роде и, конечно, не будет последней: круги по воде будут расходиться еще долго. На Европу его победа окажет чрезвычайное влияние: многие внесистемные движения воспримут ее как выстрел с «Авроры». Их лидеры уже почуяли кровь, но может случиться, что они крайне разочаруются, если Трамп вернется в устоявшиеся рамки. Между тем политические элиты Европы, вероятно, поймут, как работает демократия — так, как продемонстрировали неожиданные американские выборы, а не так, как думают штабисты в политических центрах. 


Кстати, был нанесен удар и по поклонникам теорий заговоров, которые считали, что победа Клинтон была проработана до мелочей, а население с его настроениями — не более чем фон. Эти выборы также преподнесли урок тем, кто любит нести бред о тоталитарном характере американской системы, о всемогущих СМИ и обмане на выборах. Их результаты подтвердили, что пропаганда, не подкрепленная реальностью, не способна оболванить избирателей, что рядовые американцы не готовы принести свой здравый смысл на алтарь политической корректности. 


Словом, избиратели сделали выбор, избирательные комиссии подсчитали голоса, и оказалось, что страна требует перемен — лучше всего радикальных. А это значит, что обеим главным партиям придется переоценить свое отношение к идеологическим инструментам, которые, на удивление, не столь всемогущи и востребованы.

— А как вы объясняете себе ту радость, с которой Трампа приветствуют все диктаторы мира, а среди наших политиков  прежде всего, те, кто поддерживает авторитаризм?


— Сегодня новый американский президент — как говорится, чистый лист, на который все проецируют свои собственные идеи и желания. В первую очередь это касается поклонников авторитаризма. Я считаю, что именно они разочаруются первыми. Ведь победа Трампа не отменяет демократии, а наоборот, наполняет ее. Но демократия должна функционировать. Неработающая демократия вызывает напряженность, которая может привести к взрыву. Революция Брексита — это форма общественного взрыва.


— Но существует масса примеров, когда демократические выборы прокладывали путь «нелиберальным демократиям». Посредством выборов к власти пришли многие политики, ставшие впоследствии диктаторами.

— Это так. Но считать Дональда Трампа гениальным стратегом, который теперь встанет на путь диктатуры, и при этом видеть в нем детину-переростка, невозможно. Тот, кто так считает, должен что-то выбрать. На мой взгляд, американская система ничего подобного не допускает. Идейно Америка расколота на две половины, и эти выборы — не последние. Кроме того, Трамп совершенно не кажется мне человеком, пронизанным непреодолимым желанием власти. Эпикуреец, шоумен, болтун, острослов, бабник, харизматичный человек — все это, несомненно, он, а любители женщин, вина и песен редко бывают кровожадными диктаторами. 


Сибарит Черчилль был автором лучшего определения демократии, хотя любил курить и с удовольствием выпивал. А массовым убийцей был вегетарианец и абстинент Гитлер. Из современных лидеров только один не пьет, не курит, не любит женщин и считает свое здоровье национальным достоянием, и зовут его Путин. Восхищение Трампом среди наших мнимых автократов основано на полном непонимании и сбивчивом сознании. Результат их разочарует.

— А что вы скажете об отношении Трампа к России и Китаю? Можем ли мы ожидать большой взаимной симпатии? По крайней мере, российский президент и Трамп отзывались друг о друге положительно.

— Здесь тоже решающую роль сыграют законы социальных групп, а не вспышки чувств. В душу пекинских товарищей мне не заглянуть, но я думаю, что и они руководствуются основным правилом: стабильность — это условие сохранения власти. В целом неважно, что сегодня Трамп чувствует или не чувствует по отношению к Путину. Известно, что когда Джордж Буш посмотрел в поросячьи глазки Владимира Путина, на их дне он увидел чувствительную и ранимую душу. Однако это открытие совершенно не помешало Бушу проводить в отношении России политику сдерживания и успешно пресекать ее экспансию.

Если допустить, что Дональд Трамп — не изменник родины, и он действительно радеет за величие Америки, то стоит поверить, что рано или поздно он признает правоту изречения: «У США нет друзей — у США есть интересы». Интересы Соединенных Штатов вскоре начнут сталкиваться с интересами экспансивной России, а это положит конец симпатии, если таковая когда-то была. Америку не сделать вновь великой без укрепления ее власти. У сторонников Владимира Путина скоро пройдет их сегодняшнее похмелье, потому что они признают: Трамп превозносил до небес решимость Путина как лидера и его смелость только для того, чтобы на его фоне еще резче выделялась слабость Барака Обамы. В общем, бесстрашный Путин — это призрак, который создал травоядный Обама своей программной податливостью.


— То есть отныне соперником Трампа будет не Обама, а Путин?

— Разумеется. И в целом то же справедливо для НАТО: Трамп точно не распустит ее и не ослабит, однако он гарантированно заставит малые страны больше заботиться о собственной безопасности. Время для этого уже пришло. Любой другой результат в глазах американцев означал бы провал. Кстати, уже сегодня мы видим первые признаки того, что оборона при Трампе вернется в центр внимания новой администрации.

— То есть 45—й президент США никакого конца истории не ознаменует?

— Победа Трампа, конечно, же ничего такого не принесет. И без хрустального шара я могу предсказать, что в ближайшие два года правящие круги, которые президент сформирует вокруг себя, либо научат его действовать в приоритетных интересах США, либо немилосердно сбросят его за борт. Уже сегодня в американском английском прижилось очаровательное словечко impeachability. Под ним подразумевается высокая вероятность того, что новоизбранный президент подвергнется нелицеприятному процессу импичмента. Одно ясно: отныне американская политическая элита будет более восприимчива к мнениям и настроениям избирателей.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.