В своем последнем политическом послании он мог бы хоть немного расправить крылья. Обратиться к французам с торжественным призывом. Оставить левым духовный завет. Придать им сил, передать факел. Но что мы увидели вместо этого? Прискорбную попытку самооправдания, произнесенную невыразительным голосом, словно его мысли находились в этот момент где-то очень далеко.

Печальный итог пустого и несостоявшегося пятилетнего срока: под давлением Манюэля Вальса (Manuel Valls) и совершенно очевидной личной и политической катастрофы (беспрецедентный случай для V Республики) Франсуа Олланд даже не пытался сохранить видимость. В очередной раз он ничего не решает сам, а лишь подчиняется обстоятельствам. И уходит с политической сцены так же, как и появился на ней: в съехавшем на сторону галстуке и в слишком большом для него костюме.

Что запомнят французы из периода его несчастного правления? Кадры небывалого падения президентского статуса: выходки Леонарды в телеэфире, украденное фото на скутере и, конечно же, книгу, тягостный коктейль цинизма и самодовольства, отражение Нарцисса в зеркале прессы.
 

Останутся в их памяти и символы, которые тесно переплетены с официозом Жана-Марка Эро (Jean-Marc Ayrault) и бахвальством Манюэля Вальса. Нелепый «инструментарий» для окончательного разбора того, что было плохо сделано с самого начала. Смешное и противоречащее фактам «Стало лучше».
Знаменитая «кривая» безработицы, которая «меняет направление», почему-то никак не желая снижаться. Агрессия против демонстрантов из «Manif pour tous». Крики «фрондеров» и неподчинение министров. Балаган с лишением гражданства и драма вокруг трудовой реформы. Разумеется, теракты: было бы несправедливо винить его в них, но они слишком поздно (и не до конца) раскрыли ему глаза на исламистскую угрозу.

По всему остальному — ничего. Или крайне мало. Франция ослабла в Европе и по всему миру. Безработица никуда не делась. Дефицит и долг не думают уменьшаться. В политике левые расколоты, как никогда, а «Национальный фронт» стал первой партией Франции.

Как так получилось, что человек, которого все считали таким умным (он, безусловно, таковым является), настолько погряз в нелепости и небрежности, стал президентом без размаха и видения? Историки, наверное, попытаются дать ответ на этот во многом психологический вопрос. Но Франция уже перевернула страницу. Она прекрасно понимает, что вчера вечером Франсуа Олланд не отказался от притязаний на второй мандат. Потому что на самом деле президентом он никогда не был.