Один из популярных журналистов, поддерживающих новое правительство «изменений к лучшему», опубликовал недавно поразительный комментарий. Он полагает, что Ярослав Качиньский (Jarosław Kaczyński) (председатель правящей партии «Право и Справедливость», — прим. пер.) и Антоний Мачеревич (Antoni Macierewicz) (министр обороны, — прим. пер.) войдут в историю благодаря вводу в Польшу американских войск. Пугающий тезис. Почему? Потому что ввод такого символического количества союзнических сил может стать историческим событием, только если произойдет какая-нибудь огромная катастрофа.

Конечно, сейчас предвестий катастрофы не видно. К счастью, сложно вообразить, что Россия решит дать какой-то серьезный ответ на присутствие у нас американских войск. Конечно, мы услышим ворчание и окрики, но россияне не дураки: они понимают, насколько малым военным потенциалом обладает приехавшее к нам американское подразделение. Они понимают, что это символический жест, так что их реакция тоже, скорее всего, будет символической.

Тревогу вызывает нечто другое. Наши политики и их журналистские приспешники, называя приезд американцев великой переменой и самым важным для Польши со времен Ялтинской конференции или даже первого раздела страны (да-да!) событием, как кажется, совершенно не осознают, как мало на самом деле значит этот жест. Они не понимают, что войска, которые так легко пришли, могут так же легко уйти, когда это станет выгодно США. А нам? Если мы внушаем народу, будто американцы служат гарантами нашей безопасности, то после их ухода часть народа может почувствовать, что мы оказались под угрозой.

Как Трамп договорился с Тайванем

Чтобы лучше понять, какая опасность таится в надежде на союзников, заглянем на другой конец света, где новоизбранный президент Соединенных Штатов много месяцев говорил о необходимости торговой конфронтации с Китаем. И, действительно, еще перед вступлением в должность он начал внедрять новую политику давления на Китай посредством сближения с Тайванем. Раньше американцы старались, чтобы забота о тайваньском союзнике не повредила их отношениям с Китаем. Тайваньцам это, разумеется, не мешало, потому что они знали, что лучшая гарантия их безопасности — это спокойствие. Может показаться, что сейчас президент Трамп решил отказаться от хороших отношений с Пекином, чтобы усилиться поддержку Тайваня, но это лишь иллюзия, а пострадает в итоге как раз последний.

Сложно ожидать, что на Тайвань отправятся масштабные конвои с оружием и военные, которые понадобились бы в случае войны, чтобы остров получил реальный шанс одержать победу над китайцами. Ведь Трамп вообще не говорит о войне с Китаем, он говорит только о том, что эту страну нужно заставить изменить торговые соглашения. Будучи бизнесменом, Трамп прекрасно понимает, что торговля — процесс двусторонний. Что Америка может предложить Пекину взамен на экономические уступки? Не так много, ведь это американцам нужны китайские товары, а не наоборот. Только если как раз… Тайвань. США могут уступить Китаю Тайвань. Им необязательно даже делать это дословно. Крупные державы могут договориться о сохранении статус-кво. Нужно только, чтобы Вашингтон, как 40 лет назад, мог сделать в отношении Пекина какой-то заметный символический жест. В прошлом им стало признание законным коммунистического руководства Китая. Но дважды тот же самый жест сделать нельзя. Сначала нужно создать ситуацию, в которой Америка может пойти на какие-то уступки, например, на Тайване. Трамп определенно к этому готов. Ведь его избрали американцы, а не тайваньцы, так почему он не может принести тех в жертву ради интересов собственных избирателей?

Зарекомендовавшие себя образцы

Тактика, которую мы здесь видим, не нова: ее часто используют россияне. Кратко ее можно описать так: когда противник стоит на месте, мы делаем полтора шага вперед, а после этого предлагаем вместе отступить на два шага назад.

Например, когда в 1960-х годах россияне начали строить на Кубе ракетные базы, неужели они верили, что смогут этим перевесить чашу весов в холодной войне? Некоторые из них — наверняка, да. Но можно предположить, что большинство советских политиков стремились к менее амбициозной цели: заставить американцев убрать свои базы из граничащей с Советским Союзом Турции. Строительство ракетных баз на Кубе, как учит нас единственная верная версия истории, завершилась международным позором СССР. Однако в итоге американцы действительно согласились вывести из Турции свои базы…

Что стало с Турцией и Кубой? Союзники оставили их ни с чем. Гавана, судя по всему, в ответ на сокращение советского присутствия решила стать для своего союзника еще более незаменимой. Раз она не могла играть роль непотопляемого авианосца, она стала экспортером революции. Кубинские войска появлялись в Анголе, в восточной Африке — везде, где россияне не хотели развивать особенной активности. Подоплека, возможно, была идеологической, но с той же вероятностью это мог быть трезвый расчет: раз мы слабы, мы сможем выиграть только при помощи услужливости.

Другое дело Турция — государство, сильно превосходящее Кубу по размерам. Турки уже обладали хорошей армией, но сделали ставку на ее модернизацию, то есть, рассчитывали на самих себя. Если бы СССР в какой-то момент решил напасть на вторую армию в НАТО, без применения ядерного оружия одержать победу он бы не смог (если победа вообще была реальной). Эффектом такой последовательной политики стало то, что сегодня Турция может вести самостоятельную политику региональной державы и не оглядываться на Америку.

А мы?

Остается лишь один вопрос: как поступим мы сами, когда Трамп решит на что-нибудь разменять присутствие американских войск в Польше? Это будет для него тем проще, что вводил их не он, так что такая операция даже не повредит его имиджу. Произойдет ли ожидаемая большая «перезагрузка» в отношениях с Россией ценой отказа от американского присутствия на польской территории? А почему нет? Ведь именно так выглядела «перезагрузка» Обамы.

Раз мы, к сожалению, и совершенно справедливо не верим в собственный оборонительный потенциал без поддержки союзнических войск, что мы будем делать, когда они уйдут? Если так случится (что кажется очень вероятным), это станет ушатом холодной воды для правительства. Ему придется каким-то образом доказывать полякам, что оно продолжает гарантировать их безопасность. Пойдем ли мы путем Кубы, стараясь добиться от американцев новых жестов при помощи угодливости и полного подчинения? Или, скорее, опомнимся и займемся реальным укреплением своей обороноспособности?

Польские истребители F-16, выполняющие миссию в Сирии, часто оказываются поблизости от Турции. Но можно ли сказать, что она также близка тем, кто отправил туда эти самолеты? Ведь Сан-Эскобар (несуществующая страна, возникшая из оговорки главы МИД Польши и превратившаяся в символ слабости польской внешней политики, — прим. пер.) лежит, скорее, где-то неподалеку от Кубы…