Падение царского самодержавия спровоцировал не революционный авангард рабочего класса, не большевистская партия, а спонтанная массовая демонстрация женщин в марте 1917 года (по юлианскому календарю — в феврале) в Петрограде. Женщины протестовали против плохого продовольственного снабжения. Манифестации начались восьмого марта, когда празднуется Международный женский день. Однако протесты не имели к нему отношения. Местная левая оппозиция негативно отнеслась к демонстрациям. Они переросли в явный кризис власти, когда насильно разогнать женщин отказались некоторые элитные подразделения. После этого царь Николай II принял решение отречься от престола в пользу своего брата Великого князя Михаила. Но и тот через несколько часов отказался от трона.

 

Начался странный период парламентской российской демократии длиной в несколько месяцев, конец которому положила не ноябрьская (по григорианскому календарю более известная как Октябрьская) революция, а роспуск нового законодательного собрания совета после следующих дошедших до нас слов: «Охрана устала. Расходитесь, господа». Возвращения заслуживающей доверия парламентской системы страна ждала несколько десятков лет. И снова это возвращение — пусть демократические порядки и продержались чуть дольше, чем сто лет назад — оказалось мнимым.


Женский вопрос Сталина


Начало крушению правившей в России 300 лет монархии Романовых положили демонстрации женщин. Однако на протяжении десятков лет на картинах, изображавших революционные события, фигурировали крайне эксцентричные мужчины-революционеры во главе с Лениным. Женщин изображали мало. Не то чтобы их не было среди революционеров: была и Надежда Константиновна Крупская, и близкая к Ленину Инесса Арманд, которая, быть может, была не так уж полезна, зато красива. Однако Сталин вычеркнул их всех одним махом. Он отдавал предпочтение мужскому обществу, а женщинам отводил второстепенную, вспомогательную роль. Сталин был не единственным лидером с подобным подходом в России, да и не только в ней.

 

Лидер, далекий от революции


С того момента, как лидер большевиков Владимир Ильич Ленин узнал, что в России под давлением манифестаций пало самодержавие, он отчаянно искал возможность вернуться из швейцарской эмиграции. Он знал, что если не попадет на место событий, то не сможет участвовать в борьбе за власть. Его отчаянные попытки найти выход вылились, к примеру, в странную идею отправиться в путь под видом глухонемого с фальшивым шведским паспортом. Рядом с будущим символом мировой революции, к его собственному счастью, была более практичная женщина, которая посчитала эту идею безрассудной. Это была Надежда Константиновна Крупская. Она напомнила Ленину, что он постоянно говорит по-русски во сне, поэтому запланированный маскарад был заранее обречен на провал.


Возможность поехать в Россию появилась, когда некий эстонец Александр Кескюла первым предложил разведке Германии заняться возвращением Ленина. Так Берлин получал шанс вывести Россию из войны и благодаря этому перебросить освободившиеся силы с восточного фронта на западный.


Идея понравилась, но переговоры заняли несколько недель, потому что Ленин настаивал на жестких условиях: для возвращения в Россию трех десятков эмигрантов через Германию он требовал бронированный вагон с особым статусом, чтобы путешествующих не проверяли.


Ничего приятного в поездке не было, потому что и в поезде Ленин требовал большевистской дисциплины: путешественники спали посменно и были поделены на две категории для пользования туалетом. Все восемь дней, потребовавшихся для преодоления более трех тысяч километров, им приходилось спорить о том, кто и когда будет занимать туалет и курить. Как метко заметил один британский историк, конфликт разворачивался на уровне двух важнейших видов физиологических потребностей.


Последним препятствием могла стать проверка на российской границе. Но преграду успешно устранило Временное правительство в Петрограде, которое пришло к выводу, что демократическая страна не может помешать своим гражданам в возвращении на родину. Тогда демократы у власти тоже не могли себе представить, что у сектантов типа Ленина в голове только одна цель — воспользоваться демократическим устройством для свержения демократии.


Конечно, в то время цели большевиков не были так очевидны, как через несколько лет, потому что, даже несмотря на уничтожение оппонентов в Гражданской войне, еще несколько лет после революции среди большевиков не было идейного единства. Оно воцарилось только после начала сталинской диктатуры.


На эту эру больше всего и ссылается нынешняя российская власть, которая связывает со Сталиным не лагеря и десятки миллионов жертв диктатуры, а подъем страны, которая победоносно прошла Вторую мировую войну, а потом на протяжении десятков лет, будучи сверхдержавой, могла мериться силами с Соединенными Штатами. Отсюда — и фраза Путина о том, что распад Советского Союза был величайшей трагедией XX века.


Переворот на деньги кайзера


Германии было важно доставить Ленина в Россию. Но еще важнее была последовавшая огромная финансовая помощь, которая позволила партии большевиков развиваться и, главное, проводить масштабную кампанию в газетах. Октябрьский переворот в 1917 году наконец-то способствовал выполнению первоначальной стратегической цели империи Вильгельма II вывести Россию из войны. Правительство большевиков предоставило Германии еще и «бонус»: через год после свержения царя, поддавшись давлению изможденного фронта, большевики подписали Брест-Литовский мирный договор и отказались от большей части территорий на западе.


По всей видимости в этом и кроется одна из основополагающих причин того, что Кремль не хочет возвращаться к 1917 году. И не он один: так же настроена православная церковь, которую Путин превратил в один из столпов своего режима, а Ленин притеснял из-за связи с самодержавием. Ленина также упрекают в том, что он пришел к власти с чужой помощью и ослабил Россию на мировой арене.


Проблема истории


Современный российский режим испытывает проблемы с самим собой из-за истории собственной страны. Ведь как иначе объяснить, что правительство Путина, у которого есть четкая позиция по любому вопросу (и Кремль умело заполоняет ею контролируемые государством СМИ), не выражает публично никакого мнения о важнейшей для страны годовщине? Наиболее красноречиво о противоречии свидетельствует забальзамированное тело вождя революции, которое по-прежнему находится в Мавзолее на Красной площади в Москве. В официальных выступлениях российских политиков имя Ленина практически не звучит, а скульптурные изображения Владимира Ильича до сих пор стоят во многих городах по всей стране. Его имя носят множество площадей, улиц и парков. Почему нынешний российский режим, возглавляемый человеком, воспитанным при коммунизме, базовым мифом которого на протяжении 70 лет была Великая Октябрьская социалистическая революция, сторонится ее?


Причина молчания и промедления очевидна. Путинская система относится с недоверием практически ко всему, что может бесконтрольно подняться снизу. Так и царизм рухнул сто лет назад под давлением снизу, когда правительство было неспособно удовлетворить элементарные потребности общества — к примеру, в обеспечении продовольствием.


Владимир Путин настолько одержим недавними цветными революциями, которые свергли правительства в Грузии и на Украине, что не может допустить общественной дискуссии о революции, которая сто лет назад привела к падению самодержавия. Точно так же Путин не мог понять всеобщей неприязни к восточной части Германии, контролируемой коммунистами, последствие которого российский лидер наблюдал собственными глазами, будучи рядовым офицером советской спецслужбы.


Нынешние правители России не любят возвращаться к событиям столетней давности, хотя их ритуально отмечали всю советскую эпоху, а их последствия ощущал весь мир. Намного более удобным поводом для торжеств российской власти кажется другая дата — аннексия Крыма, случившаяся три года назад. Спикер Государственной Думы Вячеслав Володин даже предложил провести следующие президентские выборы, которые должны уже в четвертый раз сделать Владимира Путина президентом, 18 марта, когда в 2014 году был подписан договор о присоединении Крыма к Российской Федерации. Лучший способ вытеснить старую историю — это состряпать новую.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.