The New York Times назвала «экстраординарным шагом» заявление директора ФБР Джеймса Коми на слушаниях в конгрессе 20 марта, где он сказал, что его ведомство проводит контрразведывательное расследование возможного сговора между штабом Трампа и Россией. Но на самом деле, экстраординарным является то, что средства массовой информации и демократы в конгрессе, рассматривают очень серьезные вопросы, связанные с российским вмешательством в выборы 2016 года, безответственно, нечестно и несамокритично, хотя они не заслуживают такого подхода.


То, что директор Коми признал факт проведения расследования, это даже не новость. Американцам уже несколько месяцев известно о том, что ФБР расследует причастность России к выборам и ее связи со штабом Трампа. 6 января 2017 года, то есть, два с лишним месяца тому назад 17 американских спецслужб опубликовали открытый доклад по этому вопросу. Если бы Коми сказал, что никакого расследования нет, или что оно завершено, это была бы действительно новость.


Кроме того, Коми говорил о контрразведывательном расследовании, которое является обычной и вполне закономерной реакцией на обеспокоенность по поводу российских действий. Контрразведывательное расследование имеет целью выяснить, что произошло, и извлечь из случившегося уроки с целью укрепления американской безопасности, а также определить, были ли совершены какие-то преступные действия. The New York Times, как и любое другое ведущее издание основного направления, точно так же могла опубликовать сообщение о том, что директор ФБР не упомянул ни о каком уголовном расследовании, сказав, что бюро не нашло доказательств противоправных действий. Но это не соответствует предопределенной повествовательной линии. На самом деле, The New York Times просто похоронила эту мысль внутри своего материала, ограничившись заявлением о том, что такие «расследования редко приводят к предъявлению обвинений в совершении преступлений».


Кроме того, примитивные и контрпродуктивные твиты президента Трампа о том, что его штаб якобы прослушивали, а также опровержения Коми не должны затмевать собой тот факт, что агенты на самом деле тайно фиксировали переписку и разговоры генерал-лейтенанта Майкла Флинна, а затем подготовили и разослали письменные отчеты о его разговорах, которые немедленно попали в СМИ. Несмотря на громкие жалобы и возмущения по поводу слежки Агентства национальной безопасности, ни демократы в конгрессе, ни средства массовой информации не обеспокоены такой практикой, хотя нет никаких доказательств того, что беседы Флинна оказали какое-то влияние на выборы или на политику США. Не беспокоит их и то, что сотрудники американских спецслужб во время правления Обамы выборочно организовывали утечки секретной информации по политическим соображениям — ведь в отсутствие доказательств противоправных действий только так можно объяснить их поведение. Поскольку утечки информации явно представляют угрозу национальной безопасности США и репутации Америки, а также мешают американским властям заниматься дипломатией и другими важными делами, конгресс обязан активно расследовать факты этих утечек, по возможности задействовав в расследовании представителей обеих партий, а при необходимости проведя его под руководством правящего большинства.


Такое расследование под руководством большинства явно необходимо, поскольку член палаты представителей и старший демократ в составе постоянного комитета по разведке Адам Шифф всё никак не повзрослеет. Возможно, Шифф думает, что своим обменом репликами с директором Коми он снял обвинения в маккартизме, которым попахивают нападки на администрацию Трампа и на остальных. Но на самом деле, попытки Шиффа привязать контакты между штабом Трампа и российскими официальными представителями, в которых на сегодня не найдено ничего противозаконного, к политическим взглядам президента очень сильно напоминают маккартизм и по форме, и по содержанию. Постоянно звучащий вопрос о том, случайность ли это, является политической инсинуацией, и ничем больше.


Одним из самых важных и содержательных моментов в ходе слушаний стало выступление члена палаты представителей от Республиканской партии техасца Майка Конэуэя (Mike Conaway), который настойчиво расспрашивал Коми и директора АНБ Майка Роджерса о возможных мотивах России при осуществлении вмешательства в американские выборы. Конэуэй попросил Коми и Роджерса объяснить, почему их аналитики считают, что российский президент Владимир Путин хочет «унизить» бывшего госсекретаря Хиллари Клинтон. В конце концов, Клинтон руководила обамовской «перезагрузкой» с Россией, хотя Конэуэй об этом не упомянул. Отвечая на заданный вопрос, Коми и Роджерс подтвердили оценку спецслужб о том, что (слова Конэуэя) «Путин хотел дискредитировать госсекретаря Клинтон, поскольку с 2011 года он публично обвинял ее в подстрекательстве к массовым протестам против его режима, которые прошли в России в конце 2011 и начале 2012 годов». Особо отмечая персональную роль Клинтон в российских протестах, начавшихся в 2011 году после выборов, а также ее высказывания того времени, Путин давно уже подозревает, что американские действия по продвижению демократии в его стране в действительности имеют целью свергнуть его и его режим. В этой связи можно заметить, что хотя американские лидеры почти наверняка не намереваются устранять самого Путина, в их политике явно наметилась цель изменить систему государственной власти в России.


Почему это так важно? Похоже, многим в Вашингтоне все равно, что думает Владимир Путин, особенно об американских попытках продвижения демократии в России. Более того, многие совершенно верно считают, что хотя такие попытки это своеобразная форма внешнего вмешательства во внутренние дела другого государства, существует большая нравственная разница между американским продвижением демократии и российскими усилиями по подрыву этой самой демократии в США. Проблема такой точки зрения заключается в том, что наша высокая мораль не очень-то помогает понять поведение России. Если американская армия нападет на Россию, удержит ли Москву от адекватного ответа очевидная моральная разница между двумя системами? Конечно, нет.


Таким образом, российские попытки вмешательства в американскую политику это вполне предсказуемое следствие давнего и хорошо известного недовольства России американским вмешательством в ее внутренние дела. Расследование надо провести по вопросу о том, почему ни администрация Обамы, ни конгресс, который в общем составе поддерживал ее политику, даже не попытались предугадать непреднамеренные последствия такого вмешательства и подготовиться к ответным действиям России. Американское правительство уделяет огромное внимание, затрачивает колоссальную энергию и вкладывает большие средства в военный потенциал страны, в планирование и подготовку. Однако оно не делает почти ничего, чтобы подготовиться к политическим ответным действиям, хотя это очевидный элемент того, что Москва явно расценивает как политическое соперничество, а то и как политическую войну, развязанную США после распада Советского Союза.


Поражает то, что член палаты представителей Шифф и многие другие демократы очевидно хотят расширить и углубить конфронтацию между США и Россией, совершенно не задумываясь о возможных последствиях и о том, что понадобится Вашингтону для достижения победы в этом противостоянии. Насколько далеко в конфронтации с Москвой готовы зайти Шифф и остальные демократы из конгресса? Какие ассигнования на оборону они поддержат? Какие внутренние программы они сократят ради этого? И каков их план действий по достижению успеха, если они не хотят ставить под угрозу другие американские приоритеты и создавать опасность ядерной войны? Именно об этом обязаны думать ответственные политики.


— —--------------


Комментарии читателей


C D Xbow
Боже, сколько в этой статье увиливаний! Так или иначе, наш президент это явный и опытный лжец, у которого много доказанных связей с Россией, как финансовых, так и на уровне его аппарата, хотя он продолжает их отрицать. Один высокопоставленный руководитель из его штаба, который позже стал советником по национальной безопасности, из-за этого был вынужден положить голову на плаху. Во время кампании Трамп восхищался Путиным и говорил, что хочет с ним подружиться. Разве это не основание для проведения расследования? Мне кажется, вы слишком явно показали свою сущность.
По какой-то причине вы спутали энергичное расследование связей Трампа и России с объявлением войны. Это не одно и то же.
Не могу не согласиться с вами по поводу вмешательства в дела других стран. Здесь как аукнется, так и откликнется.


dorotea
«…многие совершенно верно считают, что хотя такие попытки это своеобразная форма внешнего вмешательства во внутренние дела другого государства, существует большая нравственная разница между американским продвижением демократии и российскими усилиями по подрыву этой самой демократии в США». Вот ключевой абзац этой редакционной статьи. Итак, «внешнее вмешательство во внутренние дела другого государства» считается высоконравственным для одной страны и безнравственным для другой. Прошло 25 лет, и США полностью поменялись ролями с СССР. Кто мог подумать, что ведущие СМИ начнут проталкивать идеи Троцкого о мировой революции?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.