Где-то в середине интервью, проходившего в Овальном кабинете (Белого дома), Дональду Трампу задают вопрос: а не сожалеет ли он по поводу каких-либо из своих резких сообщений в Twitter относительно союзников, политических противников и ситуации в мире? Господин Трамп делает паузу, а затем говорит: «Я ни о чем не сожалею, потому что ничего сделать в этом отношении уже нельзя. Вы знаете, если вы размещаете сотни твитов, и иногда у вас происходит какой-то сбой, то это не так плохо».


Президентство Трампа не похоже ни на какое другое за всю 230-летнюю историю Американской Республики. Он является первым верховным главнокомандующим, не занимавшим до этого никакой государственной или военной должности, а еще этот магнат в области собственности и ведущий программы реалити-ТВ пять раз менял свою партийную принадлежность.


Будучи номинально популистом, он создал самое богатое правительство в истории. Его главные помощники в Белом доме, включая его зятя, имеют в сумме активы, стоимость которых превышает два миллиарда долларов. На выборах в прошлом году г-н Трамп привел в замешательство представителей элиты («Вы проиграли, я выиграл», — так он обратился вначале к своим гостям). Сегодня этот заново родившийся республиканец считает, что его мейнстримовские критики вновь оказались неправыми. Доверие бизнеса растет, а показатели индекса Dow Jones устремились вверх.


Господин Трамп требует доверия. Франклин Рузвельт делал это с помощью радио, Джон Кеннеди и Рональд Рейган делали это с помощью телевидения, а нынешний президент считает себя мастером по общению с массами. И у него есть доказательство. «Где Дэн? Скажите мне, пожалуйста, где находится Дэн Скавино (Dan Scavino)?» — громко спрашивает он в Белом доме. Через несколько секунд г-н Скавино — раньше он подавал клюшки и мячи в гольф-клубах; во время президентской кампании 2016 года он занимался социальными сетями, и теперь в уже Белом доме занимается тем же самым — появляется со своим ноутбуком и сообщает о том, что общее количество фолловеров у президента составляет 101 миллион. «Без твитов меня бы здесь не было… У меня больше 100 миллионов подписчиков в Facebook, Twitter и Instagram, — с гордостью говорит господин Трамп. — Больше 100 миллионов. Мне не нужно обращаться к фальшивым средствам массовой информации».


Общение в Twitter воплощает собой господина Трампа: он — дерзкий, хотя и иногда уходит в оборону; он настроен решительно и хочет показать, что он здесь хозяин. Иногда он может быть обаятельным, в другой раз — устрашающим, а в стиле его руководства много нестандартных вещей. Однако все это оказывает крайне дестабилизирующее влияние — как дома, так и за границей. С учетом пламенных обвинений по поводу того, что администрация Обамы приказала организовать прослушивание Башни Трампа во время президентских выборов, а также затянувшегося обсуждения контактов членов его президентской команды с Москвой, у некоторых наблюдателей возникает вопрос: а сможет ли администрация Трампа продержаться у власти в течение всего срока?


Но по мере того как господин Трамп приближается к своим первым 100 дням в должности президента, появляются возможные признаки того, что за его безумием скрывается больше метода, чем думают критики. Господин Трамп и члены его команды считают, что характерными чертами мира в 2017 году являются экономический национализм, а также такие сильные лидеры как Владимир Путин в России, Нарендра Моди в Индии и председатель КНР Си Цзиньпин. Они видят сегодняшний мир как место, где Соединенные штаты должны активно отстаивать свои собственные интересы. «Я, на самом деле, верю в альянсы. Я верю в отношения. И я верю в партнерство. Однако альянсы иногда оказывались не очень хорошими для нас», — говорит он.

© AFP 2016, Martin Bernetti
Председатель КНР Си Цзиньпин, президент РФ Владимир Путин и министр иностранных дел Филиппин Перфекто Ясай

Неопределенные альянсы


Для таких союзников как Соединенное Королевство, Германия и Япония подобный деловой подход является крайне тревожным, поскольку он игнорирует ту роль, которую Соединенные Штаты играют в поддержании мира — от западной Европы до Корейского полуострова и западной части Тихого океана. Они опасаются того, что Соединенные Штаты, являвшиеся в течение последних семи десятилетий защитником основанного на либеральных правилах порядка, совершают исторический сдвиг и из бескорыстной сверхдержавы превратятся в корыстную сверхдержаву. Более оптимистичная — хотя и циничная — интерпретация состоит в том, что господин Трамп просто использует свою внушающую страх президентскую кафедру для выполнения подготовительных упражнений — это как начальный гамбит в переговорах, в которых он уступит после того, как добьется ограниченных экономических и финансовых целей в области торговой политики и международной безопасности. Этот президент настаивает на том, что он не блефует.


«Это очень, очень серьезная проблема, с которой мы сталкиваемся в современном мире. А у нас не одна проблема, и это не упражнение… это не разговоры. Соединенные Штаты достаточно долго говорили, и вы видите, куда это нас привело — это никуда нас не привело, — говорит он. — Если вы скажете, что это было блестящее упражнение, то это не блестящее упражнение… В то же время, я не говорю вам о том, что я делаю».


Он очень ясно изложил одну вещь, относящуюся к его желанию сделать ровным международное игровое поле. По его мнению, оно слишком сдвинулось в пользу союзников, которые пользуются преимуществами свободной торговли под американским военным зонтиком, а также в сторону развивающихся экономик — в частности, Китая, — которые эксплуатируют правила международной торговли. В его представлении Америка является слишком доверчивой. «Это не работало у наших предшественников. Посмотрите, где мы сегодня находимся. Наш торговый дефицит составляет 800 миллиардов долларов», — говорит господин Трамп (По данным Министерства торговли, торговый дефицит Соединенных Штатов в 2016 году лишь немного превысил 500 миллиардов долларов).


В четверг и в пятницу господин Трамп будет принимать председателя Си в своей шикарной резиденции Мар-а-Лаго (Mar-a-Lago) во Флориде. Эта встреча, судя по всему, является самым сложным испытанием для его политики «Америка прежде всего». Дефицит Соединенных Штатов в торговле с Китаем составляет 347 миллиардов долларов; а одно из обещаний, сделанное господином Трампом во время его предвыборной кампании, состояло в том, чтобы назвать Пекин валютным манипулятором. Подобный шаг рассматривался предыдущими администрациями США, но был отвергнут. Китай, восходящая держава в этом регионе, является жизненно важным потенциальным партнером в том, что касается сдерживания соседней Северной Кореи. Но перед вступлением в должность господин Трамп намеренно поговорил с президентом Тайваня.


Этот контакт заставляет сомневаться в приверженности Америки принципу «одного Китая», согласно которому Вашингтон признает Пекин в качестве единственного законного правительства Китая. Однако господин Трамп в прошлом месяце сказал господину Си, что он будет уважать эту политику. Кроме того, в последнее время он усердно демонстрирует свое вежливое отношение к своему будущему гостю. «Я его очень уважаю. Я очень уважаю Китай. Я совершенно не удивлюсь, если мы сможем достигнуть чего-то очень важного и хорошего для обеих наших стран».


Многие эксперты обеспокоены тем, что президент Трамп будет опасно волатильным при проведении своей внешней политики. Однако сочетание некоторых сильных фигур в его команде по национальной безопасности, включая министра обороны Джеймса Мэттиса, с успокаивающей ролью Джареда Кушнера, влиятельного зятя господина Трампа, кажется, оказывает стабилизирующее воздействие на корабль. Господин Трамп перестал говорить о своем желании перевести посольство США из Тель-Авива в Иерусалим, однако он возобновил разговоры о возможном решении конфликта между Израилем и палестинцами на основании принципа существования двух государств.


Помимо этого, он смягчил свою критику в адрес союзников по НАТО. Остается неизменным то, что он решительным образом отказывается говорить что-то плохое по поводу господина Путина. Поскольку господин Трамп никогда не извиняется, он способен совершить многочисленные сдвиги в духе способного менять свой облик Протея. В своем интервью газете Financial Times он ясно дал понять, что не держит зла на федерального канцлера Германии Ангелу Меркель, хотя он отказался пожать ей руку перед работающими телекамерами в своем Овальном кабинете.


«У меня состоялась замечательная встреча с канцлером Меркель, — сказал господин Трамп. Я около пяти раз пожал ее руку, а потом мы сидели в разных креслах.. и, кажется, кто-то из журналистов сказал „пожмите руки". Я этого не слышал». Что касается Брексита, то он также хочет опровергнуть предположения относительно того, что Соединенные Штаты с удовольствием будут наблюдать за развалом Евросоюза. На вопрос о том, какие государства могут последовать за Соединенным Королевством, он отвечает так: «Когда это произошло, мне казалось, что многие могут последовать примеру Великобритании, однако я, на самом деле, считаю, что Европейский Союз способен улучшить свою структуру».


Никакого блефа по поводу торговли


Что касается торговой политики, то господин Трамп, кажется, выступает с более прагматичной позиции, чем многие наблюдатели вначале предполагали. Раньше его администрация обвиняла Мексику, называя ее главным источником незаконной иммиграции и несправедливой торговой практики в рамках Североамериканского соглашения о свободе торговли (НАФТА), но теперь Белый дом переходит на другую передачу. Так, например, Уилбур Росс (Wilbur Ross), министр торговли и многолетний друг, пытается разрешить давний спор по поводу сахара, и он понимает, что провал переговоров будет на руку Андресу Мануэлю Лопесу Обрадору (Andrés Manuel López Obrador), представителю радикальных левых, который будет участвовать в президентских выборах в Мексике в 2018 году. Господин Росс, присоединившийся к интервью, говорит о том, что не следует недооценивать господина Трампа.


«Жесткая риторика, несомненно, является полезной накануне переговоров, однако президент не блефует» — говорит он. Если внешняя политика господина Трампа является менее революционной, чем поначалу было принято считать, то внутренняя его повестка продолжает оставаться спорной. Он был вознесен на должность президента с помощью популистской волны, когда республиканцы, а также достаточное количество «синих воротничков» среди сторонников демократов поддержали его позицию и лишили поддержки Хиллари Клинтон, фаворита истеблишмента в президентской гонке. В своей инаугурационной речи под названием «Бойня в Америке» (Carnage in America) господин Трамп отдал должное своим сторонникам и заявил, что «забытые мужчины и женщины нашей страны больше никогда не будут забыты».

© AP Photo, Evan Vucci
Президент США Дональд Трамп и его жена Мелания Трамп

Нынешний президент Соединенных Штатов выступает за то, чтобы товары производились на территории страны, и предлагает иностранным и американским корпорациям вновь подумать о размещении своих производственных мощностей в Америке. Однако этот самозваный специалист по сделкам постепенно начинает понимать, что управлять страной сложнее, чем он предполагал, хотя Республиканская партия и обладает большинством в Палате представителей и в Сенате. Это стало заметным в тот момент, когда он попытался использовать исполнительную власть для контроля над эмиграцией, однако обе его попытки были блокированы судами. Более важной оказалась недавняя неудачная попытка отменить реформу президента Обамы в области медицинского обслуживания.


Республиканские лидеры отказались от голосования после неудачной попытки обеспечить поддержку наспех подготовленного законопроекта. «Я не хотел проводить голосование. Я спросил: Зачем нужно голосовать?» — сказал господин Трамп, обещавший отменить программу президента Обамы по предоставлению доступной медицинской помощи сразу после прихода в Белый дом. Он все еще болезненно воспринимает эту неудачу: «Да, я не проигрываю.. Я не люблю проигрывать». Он подчеркивает, что республиканские законодатели все еще пытаются согласовать эту сделку. Но, по его словам, «все будет в порядке», если группа непримиримых консерваторов под названием Freedom Caucus, члены которой являются активными противниками реформы здравоохранения бывшего президента Обамы и были недовольны первым законопроектом, продолжит уклоняться от обсуждения этого законопроекта.


«Если мы не получим того, что мы хотим, мы заключим сделку с демократами и тогда, на мой взгляд, мы будем иметь не такой хороший вариант здравоохранения, — говорит президент. — Но у нас будет очень хороший вариант здравоохранения. Это будет двухпартийная форма здравоохранения».


Белый дом поначалу рассматривал реформу программы президента Обамы в области здравоохранения как «ключ для открытия двери» и собирал средства, необходимые для того, чтобы облегчить разработку первой крупной реформы налогообложения в Соединенных Штатах с 1986 года и продвинуть новую программу в области инфраструктуры стоимостью 1 триллион долларов. Однако теперь не ясно, каким образом нынешняя администрация сможет разработать такой законопроект в области налогообложения, который бы удовлетворил консерваторов в фискальной области тем, что дефицит не будет увеличен.


Господин Трамп пока не раскрывает свои карты. «Я не хочу говорить относительно сроков. У нас будет весьма масштабная и очень мощная реформа налогообложения», — говорит он. Ничего не было сказано о том, что его команда отчаянно ищет новые способы финансирования налоговых сокращений, которые должны быть нейтральными с точки зрения доходов для того, чтобы быть одобренными в Сенате простым большинством. Если господин Трамп не сможет спасти реформу здравоохранения, то тогда его первые 100 дней нахождения на посту президента не будут отмечены таким-то крупным успехом. Его выбор Нила Горсача (Neil Gorsuch) в качестве кандидата на пост члена Верховного суда приветствуется республиканцами, однако демократы угрожают заблокировать соответствующее голосование в Сенате.


Советники господина Трампа работают над тем, как можно было бы обойти Конгресс — в основном с помощью серии указов президента и других действий. Это именно то, что Стив Бэннон (Steve Bannon), главный стратег Белого дома, угрожающе называет «разрушением административного государства». Господин Бэннон создал «командный пункт» (war room) в Западном крыле (Белого дома), где он на большой белой лекционной доске перечислил все обещания господин Трампа, сделанные им во время избирательной кампании. Вот вопросы на миллиард долларов: сможет ли господин Трамп выполнить свои обещания, особенно обещание «сделать Америку вновь великой»? Сможет ли он отделить свои деловые интересы от своих официальных дел. Господин Трамп очень хочет развеять все способные ввести в заблуждение параллели в мировой истории.


После позирования перед портретом Эндрю Джексона, первого популистского американского президента, он проводит своих гостей в соседнюю комнату, где висит портрет Теодора Рузвельта, которого он хвалит и называет президентом, обладавшим способностью изменять правила игры. Все это верно, но один посетитель вежливо напоминает господину Трампу, что существует важное отличие. Теодор Рузвельт хвастался тем, что носит большую дубинку, но он также получал выгоду от мягких речей.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.