На улицах Пхеньяна в эти дни наблюдается непривычная картина — даже с учетом ущербности местной экономики: перед немногочисленными заправочными станциями в городе выстраиваются очереди из автомобилей. При АЗС, носящие названия «Дипломат», «Семь звезд» или Korea Airline, сами по себе заведомо предназначены для привилегированных представителей общества. По словам корреспондента китайской газеты Global Times Мань Джучена (Mang Jiuchen), начиная с понедельника, продажи бензина ограничены. Без проблем купить его могут лишь иностранные дипломаты или водители, имеющие специальные талоны.


По словам китайского корреспондента, автозаправки перестали получать топливо. Его коллега из агентства Associated Press, единственный аккредитованный западный журналист в Пхеньяне, наблюдал за поведением цен на бензин, и оказалось, что за выходные прошлой недели они выросли с 0,70-0,80 доллара за литр на 70% до примерно 1,25 доллара.


Режим Ким Чен Ына, судя по всему, готовится к новым санкциям. Представители США, Японии и Южной Кореи, участвовавшие в замороженных в 2009 году шестисторонних переговорах с КНДР, потребовали от Пхеньяна отказаться от собственных ядерной и ракетной программ. Президент США Дональд Трамп выступает за ужесточение мер, принимаемых Советом безопасности ООН в отношении Северной Кореи. Со стороны ближайшего соседа и союзника — Китая — давление, похоже, тоже усиливается.


По Северной Корее ездят 240 тысяч легковых машин — и почти все китайские


Global Times недавно открыто предупредила, что Китай собирается перекрыть поставки нефти в Северную Корею: «Если Северная Корея произведет шестое ядерное испытание, Пекин поддержит более жесткие санкции со стороны ООН, в частности, нефтяное эмбарго». При этом именно китайскому правительству необходимо продемонстрировать твердость, потому что именно из Поднебесной Пхеньян получает почти все энергоносители.


В 2015 году, по данным таможни, южнокорейского торгового ведомства и Торгового центра Объединенных Наций, поставки из Китая в Северную Корею составили 525 тысяч тонн сырой нефти. К ним добавились 218 тысяч тонн очищенной нефти и бензина, что составляет в шесть раз больше российских поставок в том же году. По данным северокорейского интернет-сайта North Korean Economy Watch, в стране насчитывается порядка 240 тысяч легковых автомобилей, в частности, несколько тысяч частных машин и такси. Почти все они произведены в Китае.


Общий товарооборот Северной Кореи в 2016 году несколько вырос по сравнению с предыдущим годом и достиг шести миллиардов долларов. Из них 5,5 миллиарда (то есть 91,5%) пришлись на Китай. Таким образом, режим Кима в экономическом плане почти целиком и полностью зависит от великого соседа. За ним следуют Индия (140 миллионов долларов) и бывшие союзники из России (всего около 76 миллионов долларов).


Пекин отправил обратно северокорейские корабли с углем


Так что Китай, будучи крупнейшим торговым партнером и гарантом энергообеспечения Пхеньяна, имеет возможности повлиять на того. В частности, в 2006 году китайцы поддержали санкции ООН, когда КНДР произвела свое первое ядерное испытание, нарушив тем самым резолюцию Объединенных наций. Тем не менее товарооборот между странами продолжал расти. Лишь в начале этого года Пекин, похоже, решил серьезно воплощать в жизнь свои обещания относительно санкций.


19 февраля Китай до конца этого года полностью отказался от импорта северокорейского угля. 7 апреля таможенная служба Поднебесной дополнительно потребовала отправить обратно все, даже уже прибывшие в китайские порты северокорейские корабли с антрацитом в трюмах. Это было непосредственно в день переговоров президента США Дональда Трампа и председателя КНР Си Цзиньпина во Флориде, в ходе которых они договорились остановить вооружение КНДР.


В качестве дополнительной предупредительной меры в адрес Пхеньяна Пекин приостановил официально организуемые поездки китайских граждан в Северную Корею. В качестве третьего шага с целью заставить руководство КНДР сесть за стол переговоров и прекратить провокации предусмотрена остановка поставок нефти и нефтепродуктов в соседнюю страну.


Китайским банкам и компаниям грозят санкции


Впрочем, руководство Поднебесной действует не совсем добровольно. Дело в том, что китайским компаниям в случае отказа от санкций против Пхеньяна грозят штрафные меры. В начале апреля, непосредственно перед встречей Трампа и Си Цзиньпина, отвечающий в американском Совете национальной безопасности за азиатское направление Мэттью Поттингер (Matthew Pottinger) в ходе пресс-конференции предупредил о возможных новых «санкциях для второго ряда».


В первую очередь, они коснулись бы китайских предприятий, которые тайно продолжили бы торговлю с КНДР, игнорируя решения ООН. В свою очередь, Казначейство США также подготовило списки китайских финансовых институтов, которые подверглись бы наказанию в случае деловых отношений с Северной Кореей.


Причиной для сомнений в честности Китая стали его собственные противоречивые статистические данные, приведенные в начале апреля. Тогда представитель таможни сообщил, что импорт угля из КНДР в первом квартале этого года сократился по отношению к первому кварталу прошлого на 51,6%, составив всего 2,67 миллиона тонн. При этом, по его словам, общий объем торговли с Северной Кореей за это время вырос на 37,4% до 8,4 миллиарда юаней (порядка 1,13 миллиарда долларов).


Импорт текстильной продукции из КНДР резко вырос


Северная Корея поставила в Китай различных товаров на 462 миллиона евро (рост более чем на 18%). Китай, в свою очередь, поставил соседней стране товаров на 668 миллионов евро (рост на 54%). Таким образом, отказ от северокорейского угля не сыграл особенной роли для общего товарооборота. В то же время общее положительное сальдо Поднебесной выросло, составив 1,52 миллиарда юаней, превысив показатели первого квартала 2016 года в 3,9 раза.


Представитель китайской таможни не стал уточнять, как такое стало возможным. В то же время надо сказать, что многие товары, оборот которых достаточно велик, не подпадают под санкции ООН. В частности, речь о продукции текстильной промышленности. По данным соответствующих интернет-сайтов, Китай в 2014 году купил у КНДР текстильной продукции на 800 миллионов долларов. Четырьмя годами ранее эта цифра составляла всего 190 миллионов.


Последние статистические данные китайская сторона не обнародовала. Неизвестен также объем импорта золота, меди, цинка и редкоземельных металлов. Вообще-то, они подпадают под санкции, но, по данным North Korean Economy Watch, торговля ими продолжается.


Снабжение за счет частных рынков


В свою очередь, китайские потребительские товары активно поступают на северокорейские рынки. Корреспондент австрийского телеканала ORF в Пекине Раймунд Лёв (Raimund Löw) был немало удивлен, когда в начале апреля ему было дозволено посетить в Пхеньяне частный рынок Тонг-Иль (Tong-Il), и он увидел товары, продающиеся там.


На рынке Тонг-Иль установлено в общей сложности 1700 прилавков, на которых можно увидеть практически все — от одежды и продуктов питания до компьютерной техники. Продавцы утверждали, что произвели все эти товары сами или закупили и местных семейных предприятий.


Однако было очевидно, что большинство этой продукции произведено именно в Китае. Лёву было строго запрещено производить на территории рынка какую-либо съемку. Тем не менее, это не была «потемкинская деревня» на северокорейский манер. В конце 2016 года южнокорейский исследовательский институт KINU, основываясь на показателях службы Google Earth и показаниях свидетелей, насчитал на территории северного соседа в общей сложности 404 официальных крупных рынка и еще намного больше регулируемых на государственном уровне крестьянских рынков.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.