Эти мушкетеры царской эпохи стали новыми героями страны. Они воспитываются в духе культа великой России в кадетских школах и формируют военизированные ультранационалистические отряды.


Вадим — 12-летний подросток с ангельским личиком и патриотическим пылом бывалого солдата в глазах. На нем военная форма и противогаз через плечо, как у всех учеников местной кадетской школы, которым уже больше 10 лет. Как и они, он учится маршировать, на время разбирать и собирать автомат Калашникова, ползать по окопам и сражаться врукопашную.


Одни выбрали секцию спецподразделений, тогда как других интересует национальная гвардия и десантные войска… Вадима же привлекает казачество, переживающее настоящий подъем в России, которая обращена в прошлое и представляет этих воинов царских времен как новых героев.


Белокурый мальчик с георгиевской ленточкой (националистический символ) на груди мечтает стать гетманом, главным в иерархии этих донских рыцарей. «У тебя все получится», — громогласно заявляет его инструктор-казак, настоящий великан с изрытым угрями лицом, хлопая его по плечу.


Этим утром в вестибюле школы проводятся соревнования по бегу с настоящими автоматами АК-47 вместо эстафетной палочки. Здесь каждый день начинается с православной молитвы, а урок — с оглушительного «Слава Богу», «потому что без веры нет выхода», — утверждает директор Алексей Анатольевич Хитров, указывая на вывешенный на стене школьный девиз «Завтра начинается сегодня».


Рядом с целой галереей православных икон и портретом Путина взгляду предстает следующий наказ:


1. Ты будешь верен России.


2. Ты будешь уважать традиции.


3. Ты поставишь превыше всего ценность труда.


«Мы стремимся вернуть детям перспективы, — подчеркивает Алексей Хитров, в полной мере принимая наставления этого традиционного учебного заведения. — 20 лет навязанной вами нам демократии показали, что наш менталитет к ней не приспособлен. Ваши западные ценности нам чужды. Вы пришли с жвачками и либеральными ценностями, и это не дало ничего хорошего. Вам отдали ГДР и Прибалтику… И что потом? Нужно вернуться к нашей культуре, истории, к тому, что мы представляем собой по нашей сути».


Добро пожаловать в школу имени генерала Ермолова (эта романтическая военная фигура России XIX века послужила источником вдохновения Пушкину). Речь идет об одной из первых муниципальных кадетских школ, которые начали создаваться в России с 2002 года (сейчас их насчитывается 150). 1 000 учеников от 5 до 18 лет (в основном из небогатых семей) получают там образование на старый манер: дисциплина, патриотизм, православие и спорт. Директору хотелось бы принимать у себя и еще более молодых «новобранцев», детсадовского возраста.


По его словам, «чем раньше с ними начинаешь заниматься, тем проще их воспитывать». В школе Ермолова пытаются создать нового русского человека. Не все ученики стремятся к военной карьере. «Но мы на всю жизнь делаем из них мужчин, которые готовы защитить родину и границы», — продолжает директор.


Здесь в Ставрополе, у рубежей регулярно вспыхивающего огнем Кавказа, вопрос границ является крайне чувствительным и питает силу казаков, которые были вознесены в ранг национальных героев. На площади Ленина, рядом с нетронутым величественным памятником Ильичу и впечатляющей колонной с золотым ангелом наверху (символ города), виднеется памятник бурке, традиционному казацкому плащу, который покрывает одновременно лошадь и всадника. Считается, что в нем находятся ключи от города.


Эти взявшие в руки оружие крестьяне (зачастую бывшие крепостные) были отправлены Иваном Грозным в XVI веке на защиту границ империи. Именно они заложили «город Креста» в 1777 году. Эти своеобразные мушкетеры отличались независимостью, их было дешевле содержать, чем регулярную армию, и они пользовались покровительством царя, который даровал им земли в обмен за службу. Большевистская революция стала для них роковой. Они были приравнены к кулакам (ставшие первыми жертвами чисток богатые крестьяне) и объявлены пособниками монархии: те, кто не успел бежать из страны, оказались уничтожены.


После 70 лет «расказачивания» первый робкий подъем наметился после перестройки, в ельцинские годы. Посреди постсоветского хаоса они взяли на себя патрулирование улиц для восстановления хотя бы видимости порядка. Они вернулись к роли гражданского ополчения и стали воплощением наиболее националистически настроенного слоя общества. Владимир Путин полностью поддерживал отстаиваемые ими ценности и предложил им новый золотой век.


Новый российский «царь» делает упор на защите традиций, семейных ценностей и православной веры, которые, по его мнению, представляют собой залог восстановления стабильности. Казаки же приняли эстафету у «Наших» (это молодежное движение под патронажем Кремля угасло на рубеже 2010-х годов из-за коррупции) и стали новыми крестоносцами. «Их преимущество в том, что они представляют более аутентичное, глубинное и традиционное движение», — полагает журналист «Российской газеты» Роман Кияшко. Их ценности в полной мере соответствуют духу времени.


«После распада СССР людям было нужно за что-то ухватиться, вернуться к корням, восстановить связи с родиной», — говорит командир казацких бригад Юрий Фоменко.


Путин — их герой. «Его поддерживают, потому что он защищает родину, — объяснят отец Владимир, священник казацкой школы из расположенного неподалеку от Ставрополя Михайловска, где в перерывах между занятиями по слесарскому и строительному делу учащиеся упражняются с шашкой и нагайкой. — Долгое время было стыдно быть русским. Гораздо лучше было быть евреем, туркменом, казахом — кем угодно, только не русским. Сегодня нам больше не стыдно. После присоединения Крыма, после Сирии у нас снова появилась гордость. Путин — наш капитан, неважно, нравится он нам или нет, он приведет нас в порт. То, что его не любят в Европе, лишь подтверждает, что он — хороший президент».


Администрация нашла для них особое место. С 2008 года для казаков зарезервированы специальные дивизии в армии и полиции. Указом они были признаны как община, которая вносит вклад в строительство современной истории страны. В результате они получили право на форму, герб и самоорганизацию в отряды. Их прославляют на телевидении, а во многих регионах им предоставляются бесплатные земли.


В начале февраля 1 500 казаков были с размахом приняты представителем Путина, который передал им предельно дружеское послание президента. Они не участвуют в крупных и технологически сложных конфликтах вроде Сирии и Ирака, однако целый ряд из них были вовлечены с 2014 года в войну в Донбассе на стороне пророссийских сепаратистов: там они удерживают пограничные посты и проводят гуманитарные миссии.


Все это не отменяет главный вопрос, ответа на который у казаков до сих пор нет: кто они такие? «На этот счет ведутся бесконечные споры», — признает Юрий Фоменко, начальник городских патрулей. Нация? Народность? Каста? Или же… чистая фантасмагория? Чтобы получить статус казака, на самом деле достаточно принять кредо общины: православие, патриотизм, уважение к традициям. «Присоединиться может каждый при условии принятия здорового и спортивного образа жизни», — подчеркивает Юрий Фоменко.


Маленькие казаки могут вступить на этот путь с 3 лет. Взрослые же должны в принципе присягнуть гетману, однако тут все не так просто: гетманов много, а их иерархический статус довольно туманный. В любом случае, в настоящий момент в стране насчитывается 700 организаций, которые включают в себя от 4 до 6 миллионов казаков или псевдоказаков. Они организуют уличные патрули, помогают полиции и пожарным. Большинство делают это на добровольных началах.


Как бы то ни было, некоторые города вроде Ставрополя, Краснодара и Ростова-на-Дону решили пойти дальше. Так, в Ставропольском крае 248 казаков дублируют полицию за зарплату порядка 20 000 рублей в месяц (примерно столько получают и сами полицейские). Они могут брать с собой слезоточивый газ, травматические пистолеты и дубинки, поскольку, «как любым другим гражданам», им запрещено носить боевое оружие, отмечает Юрий Фоменко. Они не могут никого задерживать и составлять протоколы, а при необходимости должны лишь звать находящихся неподалеку полицейских. Их задача в том, чтобы бороться с алкоголизмом, мелкой преступностью, хулиганами и «любыми формами провокации», подчеркивает Юрий Фоменко.


Разумеется, не обошлось без эксцессов: в 2014 году в Сочи участницы феминистской группы «Пусси Райот» получили нагайками от казаков, которые отправились туда, чтобы обеспечить безопасность Олимпиады. В 2016 году оппозиционера Михаила Касьянова, по его словам, закидали помидорами и яйцами сторонники Путина. Как бы то ни было, такие случаи — редкость. «Они стараются оставаться в рамках закона, и это не трудно, так как в провинции оппозиции практически не существует», — говорит Роман Кияшко. В Ставрополе митинг в поддержку Навального собрал не более 100 человек. В обстановке всеобщего безразличия.


В целом, отношение к казакам хорошее. «Граждане уважают их, зачастую больше, чем полицейских», — считает глава ставропольского комитета по делам национальностей и казачества Сергей Пальчиков. Поцеловав стоящую в комнате большую икону, чиновник начинает петь дифирамбы этим городским патрулям, число которых ему бы хотелось увеличить. Да, они обходятся ему в сумму порядка 110 миллионов рублей в год, но зато мелкая преступность сократилась втрое. Город стал намного безопаснее. «Казаки тут всерьез и надолго. Они представляют самую патриотическую часть населения. Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь их развитию», — уверяет он.


Долгополое пальто, кожаные сапоги и папаха (каракулевая шапка с православным крестом) — в такой парадной форме принимает нас Валерий Викторович Надеин, командир финансируемых губернатором народных бригад. «Мы — лучшая часть русской нации», — с гордостью заявляет он.


Чтобы узнать его взгляды на мир, особых усилий не требуется. СПИД — «не вирус». Православие — «единственная христианская религия в мире», и «именно поэтому американцы стремятся ее уничтожить». «Это не просто мое мнение, а факт», — подкрепляет он каждую истину. Осенью 2011 года с этой целью собрались в одном нью-йоркском здании 11 000 человек (или 1 100, как он уточнит на следующий день). Не дает ему покоя и вопрос гомосексуалистов, которых он предлагает либо сжигать, либо перевоспитывать. Помимо этих истин, он мог бы сообщить нам и немало других, если бы смущенные пресс-атташе не попытались его остановить.


«Все это просто смешно, — вздыхает адвокат и специалист по правам человека Андрей Сабинин. — Правда в том, что казаков не существует. Они — просто инструмент, которым пользуется власть. Народная сказка».


По его словам, казаки — верхушка пирамиды, отражение страны, которая, за исключением Москвы и Санкт-Петербурга, все еще отличается гомофобским настроем, отсутствием интереса к политике и безразличием к правам человека.


Разумеется, если речь не идет о беженцах из Донбасса. В 50 километрах от Ставрополя в селе Сенгилеевском (было основано в степи казаками менее десяти лет назад) это бежавшее из-под обстрелов украинской армии русскоязычное население приняли с распростертыми объятьями. 55-летняя Светлана оказалась там с мужем и сыном, оставив позади все имущество: «Хорошо, что тут были казаки. Они приютили и накормили нас. Спасибо им и слава Путину. Храни их Бог».


Сидя за столом с пирожками, фруктами и сыром, они рассказывают о своей войне и, без сомнения, той, что видели по телевидению, которое изливает нескончаемый поток пропаганды на эту тему: «народ травили хлором», «инвалидов убивают украинские нацисты, которые ведут себя хуже, чем немцы во время войны». Среди 2 500 жителей села их — 90 (они пришли сюда с 2014 года). Все остальные — казаки.


Неподалеку стоит построенная их собственными руками церковь с блестящей маковкой, а сами они хотят сделать село центром своей культуры и традиций вдали от «западных извращений». «Мне было больно, когда распался СССР, — говорит гетман Александр Куливов. — Сегодня же начался новый подъем. Наша цель — восстановить страну. На свой лад».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.