Убийство члена муниципального совета Рио-де-Жанейро Мариэль Франко (Marielle Franco), произошедшее 14 марта 2018 года, — это жестокая политическая расправа над одной из главных активисток нового левого движения Бразилии. Кто стоит за этим преступлением? Каковы мотивы убийц? Приведет ли гибель Мариэль Франко к ужесточению военными мер безопасности в Рио-де-Жанейро? Поймут ли, наконец, власти, что очередная карательная операция против бедняков не поможет борьбе с преступностью? Политическое насилие только усугубит кризисную ситуацию в Бразилии.

 

Эта трагическая смерть потрясла Бразилию. Жители многих стран Латинской Америки и всего мира осудили это жестокое преступление, ставшего результатом творящегося в Рио-де-Жанейро беззакония и общего упадка демократических институтов в стране.


Мариэль родилась и выросла в фавеле Маре (Maré), одной из самых крупных трущоб Рио-де-Жанейро, где проживает около 130 тысяч человек. С ранних лет она стала свидетельницей постоянных нарушений прав человека и торжества насилия. Людей запугивали, угрожали оружием, а виновные оставались безнаказанными. Мариэль очень рано родила и с молодых лет защищала права женщин, в особенности чернокожих жительниц трущоб. Ей не только удалось получить среднее образование, но и, что редко удается жителям фавел, поступить в университет, где она получила степень магистра. Учеба в университете сподвигла ее на борьбу за повышение качества государственного образования и большую доступность обучения в университете.


Она потеряла много близких людей. В 2005 году во время перестрелки полицейских и наркоторговцев от шальной пули погибла ее подруга. Под впечатлением от трагической смерти близкого человека Мариэль занялась правозащитной деятельностью. Гражданские права в Рио нарушаются ежедневно, даже самые базовые: на свободное перемещение и даже на существование. Соблюдение прав человека в Бразилии зачастую зависит от его социального статуса, а также цвета кожи, пола и сексуальной ориентации.
Пули, прервавшие жизнь Мариэль и ее водителя Андерсона Гомеса (Anderson Gomes), не были шальными. Убийцы целенаправленно расстреляли чернокожую женщину-политика из трущоб. В 2006 году Мариэль вступила в только что созданную Партию социализма и свободы (PSOL). Тогда она приняла участие в предвыборной кампании депутата Марсело Фрейшо (Marcelo Freixo), а 10 лет спустя, в 2016 году, была избрана членом муниципального совета Рио-де-Жанейро. За нее проголосовали 46 тысяч человек. Она заняла пятое место среди членов совета по числу голосов избирателей.


Мариэль занимала активную политическую позицию. Она не переставала критиковать власть и была одним из самых активных противников армейской операции в Рио-де-Жанейро, одобренной в середине февраля правительством Мишела Темера (Michel Temer).


В конце февраля Мариэль была назначена членом комиссии муниципального совета Рио-де-Жанейро по контролю за армейской операцией. За несколько дней до убийства Мариэль раскритиковала действия военной полиции в фавеле Акари (Acari). На своей странице в «Фейсбуке» (Facebook) она написала: «Сколько еще нужно смертей, чтобы эта война прекратилась?»


Расправа над Мариэль потрясла многих бразильцев. Боль утраты сменилась возмущением: по всей стране прошли массовые манифестации. Люди требовали справедливости и соблюдения гражданских прав. Мариэль боролась против расизма и бедности, за права женщин и разоружение полиции. Простые горожане готовы продолжить ее борьбу.


По данным Центра мониторинга насилия, в 2017 году в Бразилии жертвами умышленных убийств стали 4473 женщины. Согласно статистике за 2017 год наибольшее число погибших в результате насильственных приходится на молодых граждан негритянского происхождения с низким уровнем образования. Из 100 убитых бразильцев 71 — чернокожий.


Правозащитная организация «Эмнести Интернэшнл» (Amnesty International) в отчете за 2017/2018 год сообщает, что в Бразилии зафиксированы усиление полицейского произвола, рост насилия и числа убийств. Проводятся реформы законодательства, ущемляющие гражданские права. Отмечен рост числа убийств правозащитников.


Расправа над Мариэль увеличит эти трагические показатели. Но ее смерть — не просто статистика. Принимая во внимание ее биографию и убеждения, гибель Мариэль имеет огромное символическое значение. В Бразилии не принято, чтобы политические посты занимали молодые чернокожие женщины, бедняки с окраин или феминистки.


Поэтому очень важно осмыслить достижения этой женщины и политические последствия ее убийства для Рио-де-Жанейро и Бразилии в целом. Еще не утихла глубокая боль утраты, переживаемая друзьями, коллегами, соратниками и близкими, но мы должны дать оценку этому преступлению в контексте политической ситуации в стране.


Кризис, раскол и гражданские протесты в Рио-де-Жанейро и Бразилии


Уже несколько лет Бразилия, как и многие другие государства, переживает политический раскол, который усугубляет деградацию общественной жизни и мешает решению накопившихся в стране проблем. Раскол препятствует развитию новых политических сил, которые могли бы переломить ситуацию в стране. Острое противостояние полярных политических сил приводит к вытеснению из активной политической жизни любых не связанных идеологически с ними сил.


В отличие от прежних форм мирового устройства (например, Холодная война), сегодняшняя поляризация происходит между близкими по идеологии силами. Оба противоборствующие лагеря придерживаются капиталистических воззрений и, несмотря на некоторые различия между ними, не стремятся к демонтажу деградирующей системы. Они пытаются воспользоваться многосторонним кризисом (экономическим, политическим, экологическим и прочими) для того, чтобы перегруппироваться и укрепить свои позиции или, по крайней мере, попытаться свести на нет реформы и ограничить завоёванные обществом гражданские права.


Политический кризис в Бразилии, начавшийся с массовых протестов в 2013 году, за последние 5 лет только обострился. Подъем протестного движения в стране, уже проанализированный автором в других статьях, привел к критическому переосмыслению путей развития бразильской политической системы и, как следствие, к расколу в обществе, который усугубился во время избирательной кампании 2014 года и стал еще глубже в 2015 году. Несмотря на победу Дилмы Русеф (Dilma Rousseff) на президентских выборах, Партия трудящихся (Partido dos Trabalhadores) потеряла свои лидирующие позиции в Национальном конгрессе. Впервые со времен государственного переворота 1964 года консерваторы получили значительный перевес в парламенте.


Настроения людей на улицах и в соцсетях усугубили политическую нестабильность. Появились многочисленные движения правого толка, призывавшие людей к протестам и ревизии моральных ценностей, а также пересмотру социальной и экономической политики в стране. Правые силы, несмотря на определенные разногласия, выступили единым фронтом против Партии трудящихся под лозунгом борьбы с коррупций и добились отстранения Дилмы Русеф от власти. Под прикрытием процедуры импичмента при поддержке крупных промышленных, финансовых и медиа- групп был осуществлен государственный переворот. Это стало возможным благодаря сговору депутатов конгресса и бездействию судебной системы.


Партия трудящихся и их политические сторонники ушли в глухую оборону. Их главный аргумент — успешная деятельность их правительств. Не вдаваясь в анализ ошибок и просчетов, они приписывают себе исключительные заслуги по развитию ведущих отраслей экономики, а несогласных обвиняют в пособничестве правым.


Не стоит также забывать, что политический раскол в стране привел к исчезновению с политической сцены демократических сил, которые в 2013 году стали главным двигателем протестов по всей стране. Левые силы в стране разобщены. Единственный лозунг, который их объединяет — «Долой Темера». На этом фоне нелегитимное и непопулярное правительство Мишела Темера преуспело в сокращении госрасходов на социальную сферу и ограничении прав трудящихся в рамках программы приватизации. Правительство объясняет эти меры необходимостью навести «порядок».


Самые уязвимые слои населения сразу же ощутили на себе действие реформ. Рабочие, женщины и бедняки первыми расплатились за последствия кризиса. Но в скором времени проблемы охватили и другие сферы общественной жизни. Началась радикализация и криминализация протестного движения.


На фоне этих событий штат Рио-де-Жанейро пережил свой собственный кошмар. После десятилетия непомерных трат и мегапроектов, которые должны были сделать из Рио мегаполис мирового уровня, городу пришлось расплачиваться за безответственную политику властей, структурные проблемы и исторические просчеты. Сокращение промышленного производства и чрезмерная зависимость от нефти вкупе с расходами на подготовку к чемпионату мира по футболу-2014 и олимпийским Играм 2016 года стали причиной огромных долгов. Отсутствие какого-либо планирования и всеобщая коррупция усугубили ситуацию. Губернатор Сержиу Кабрал (Sergio Cabral), возглавлявший штат с 2007 по 2014 год, был приговорен к длительному тюремному заключению.


Профессор Государственного университета Рио-де-Жанейро Марианна Кавальканти (Mariana Cavalcanti), в статье, опубликованной ресурсом «ОпенМувментс» (OpenMovements), пишет, что олимпийские объекты Рио-де-Жанейро слишком быстро пришли в негодность. Они начали разрушаться еще до окончания олимпийских игр. Правительство Рио-де-Жанейро объявило, что это случилось из-за технических просчетов и управленческих проблем, и в рамках политики экономии и сокращения расходов попыталось привлечь средства из федерального бюджета.


Появление в 2016 году на этой полуразрушенной сцене Мариэль стало глотком свежего воздуха. Она привлекла на свою сторону сотни горожан, разочарованных политикой властей. Предвыборная кампания Мариэль отличалась редкими для политика чертами: открытостью, искренностью и симпатией к избирателям. Во время кампании она получила огромный опыт общественной деятельности и смогла вселить в людей уверенность в пользе коллективной борьбы. На выборах она получила огромную поддержку. Став муниципальным депутатом, Мариэль осталась верна простым горожанам. Она поддерживала забастовки и протесты госслужащих Государственного университета Рио-де-Жанейро, которые месяцами не получали зарплат. Университет до сих пор ощущает на себе последствия безответственной политики властей, которые презирают образование, науку и технологический прогресс. Мариэль поддерживала развитие системы городского транспорта и создание детских садов. Боролась против решения властей упразднить государственное дошкольное образование.


Мариэль внесла огромный вклад в развитие феминистского движения и защиту права ЛГБТ в Рио-де-Жанейро. Она поддерживала негритянских активистов и боролась за права жителей фавел. Привлекала общественное внимание к положению чернокожих женщин — жертв расизма и мужского шовинизма. Она также занималась сохранением истории коренных народов, негритянской культуры и обычаев. Боролась против незаконных выселений людей и беспредела властей.
В первый год членства в муниципальном совете Рио-де-Жанейро она была признана самым эффективным депутатом. Мариэль высоко ценила коллективный труд, открытость, была внимательна к нуждам горожан. Поддерживала творческие инициативы и проекты общественных движений, связанные с борьбой за гражданские права. Ее работа в муниципальном совете проходила на фоне раскола в левом движении и роста социального напряжения в Рио и стране в целом.


Убийство Мариэль Франко: версии, последствия, наследие


Мариэль убили в непростой для Бразилии момент. Бывший президент страны Лула да Силва (Lula da Silva) находится на грани ареста после затяжного судебного разбирательства. В октябре 2018 года Бразилии предстоит выбрать президента, и в стране уже начинается предвыборная кампания.


Возможный арест Лулы и всеобщие выборы только усугубят раскол в стране. Жестокая политическая расправа над Мариэль вызывает множество вопросов.
Кто и зачем ее убил? Приведет ли это к ужесточению мер безопасности в Рио-де-Жанейро или смерть Мариэль полностью дискредитирует военную операцию, превратив ее в фарс? Попробуют ли элиты, придерживающиеся расистских и мачистских убеждений, выдать ее смерть за несчастный случай, чтобы свести на нет политическое значение убийства Мариэль? Выйдут ли на улицы жители фавел? Произойдет ли подъем левого движения, которое из-за антикапиталистической идеологии оказалось за рамками политической дискуссии в стране? Удастся ли наладить между различными прогрессивными силами Бразилии равноправный диалог, в котором так нуждается страна? Независимо от того, какие ответы мы получим, наследие Мариэль и реакция на ее гибель высвечивают одновременно лучшие и худшие стороны бразильского общества. Пока не утихла боль утраты, наша реакция должны быть сдержанной, однако общественная полемика уже разгорается.


С одной стороны, рост ненависти, недоверие к государственным органам, страх, милитаризация сил общественного правопорядка, несоблюдение гражданских прав властями вызывают глубокую обеспокоенность.


Cоциальные сети пестрят презрительными комментариями, а некоторые журналисты, политики и прочие оппортунисты используют убийство Мариэль как повод оправдать увеличение численности полицейских и их дальнейшее вооружение.


Другие, например, Мишел Темер, цинично называют расправу над Мариэль «нападением на демократию». Но мы не должны обманываться: 1) убийство Мариэль — это результат запутанных отношений между полицией, незаконными вооруженными группами преступных сообществ и официальными властями; 2) исторический опыт нам подсказывает, что армия не сможет решить проблему общественной безопасности в Рио-де-Жанейро;


3) Бразилия все меньше напоминает демократическое государство.


С другой стороны, смерть Мариэль сплотила людей. Жители фавел выступили на защиту своего человеческого достоинства. Чернокожие женщины, молодые парни и девушки, — все хотят изменений. Гибель Мариэль пролила свет на положение вещей в Бразилии. В стране процветает невежество, происходят государственные заговоры, политический раскол углубляется. Стране нужны перемены. Об этом писала и сама Мариэль в статье, опубликованной в начале года в бразильском издании «Монд дипломатик» (Le Monde Diplomatique).


В эти траурные дни часто можно услышать, что Мариэль подавала большие надежды и в будущем могла бы стать успешным общественным деятелем. Это не так. Она уже была состоявшимся политиком. В разгар кризиса народного представительства в Бразилии и в мире в целом Мариэль представляла интересы женщин, негритянок, лесбиянок, правозащитниц и всех тех, кто верит, что страна может выбрать иной путь политического развития. Она представляла и тех, кто обычно критикует политиков за формальный подход к своим обязанностям. Эти люди чувствовали симпатию к Мариэль не только потому, что она вышла из народа. С ее приходом исчезла дистанция между представителем народных интересов во властных структурах и простыми гражданами.


После убийства Мариэль на улицах Рио и других городов стали раздаваться лозунги, известные со времен протестов 2013 года (например, требование расформировать военную полицию).


Оппозиционные активисты и участники протестного движения 2013 года, не участвовавшие в политической жизни страны последних лет, снова вышли на улицы бразильских городов. Неизвестно, как долго продлятся эти протесты и каков их политический потенциал. Но ставки очень высоки. На кону — тысячи жизней и будущее страны. И поэтому провести детальное объективное расследование убийства под пристальным контролем международного сообщества. Народные общественные движения из разных стран мира должны сплотить свои ряды.


Рио-де-Жанейро иногда называют «разделенным городом». Жесткие границы (культурные, экономические, понятийные, географические и социальные) разделяют город на разные миры. Мариэль была мостом между этими мирами. Она была связующим звеном между трущобами на окраинах (в одной из которых она родилась) и Южной зоной города (там располагаются туристические достопримечательности и престижные районы). Она разрушала постыдные разделительные стены, которые существуют не только в мире символов, но и в реальной жизни. Одна из таких стен отделяет фавелу Маре от шоссе, которое ведет в международный аэропорт Рио-де-Жанейро. Мариэль пыталась связать феминизм и борьбу за права чернокожих женщин. Она с уважением относилась к разнообразию мнений и различиям во взглядах и методах ведения борьбы.


Она боролась за то, чтобы властные структуры стали доступны для граждан и делала все возможное, чтобы общественные движения не рассматривали государственные учреждения, как чуждые им пространства. Она стремилась убедить горожан, что в них тоже можно вести политические дискуссии и призывала к диалогу с властями. Мариэль занималась как общественной, так и научной деятельностью. Работу в муниципальном совете и общественную деятельность она совмещала с социологическими исследованиями.


Но она не разделяла эти два поля деятельности, также, как и не разделяла вышеупомянутые миры. Она была исследователем-бойцом. Ее магистерская диссертация посвящена проблемам охраны правопорядка. В этой работе она пишет о том, как подразделения миротворческой полиции Рио-де-Жанейро вместо решения проблем безопасности способствовали укреплению полицейского государства, встроенного в неолиберальную систему. Она считала, что университетам пойдет на пользу сближение с политическими активистами, которым тоже будет полезно такое сотрудничество. Мариэль была уверена, что таким образом политическая жизнь избавится от клише и догм и станет более осмысленной.Такой была Мариэль. Вернее, не была. Она есть. Пули не в силах разрушить опоры этого моста. Она останется в народной памяти и будет жить в сердцах безымянных соратниц, которые продолжат ее путь и борьбу. Обязательно появятся новые ростки протеста против темных сил, которые захватили Бразилию.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.