Каков внешнеполитический подход левых по отношению к России? Задолго до избрания президентом Дональда Трампа среди прогрессистов раздавались голоса критики действий США за рубежом. Тем не менее, мало кто размышлял на тему, какой должна быть внешняя политика в случае вероятного прихода в Белый дом в 2020 году демократа с левыми взглядами.


Кто бы ни стал следующим президентом, для него или для нее одним из первоочередных станет вопрос, как строить взаимоотношения с Россией, на которую большинство демократов, включая Берни Сендерса, возлагают ответственность за вмешательство в президентские выборы 2016 года с целью помочь Дональду Трампу. Даже несмотря на это явное вмешательство, построение взаимоотношений с Россией будет в любом случае находиться среди главных приоритетов новой администрации. Следующему президенту придется немедленно столкнуться с давлением со стороны укоренившейся в Вашингтоне элиты спецслужб, отвечающих за национальную безопасность, требующей более жесткого подхода по отношению к России в сравнении с курсом Трампа. Этот подход может включать в себя новые, строго соблюдаемые санкции, увеличение поставок оружия на Украину, возобновление расширения НАТО, усиление давления на режим Башара Асада в Сирии, новые операции против России в киберпространстве в ответ на ее действия в 2016 году, а также скрытую поддержку оппозиционных движений в самой России и ее бывших сателлитах.


Подобная повестка дня вряд ли сделает Америку и весь мир более защищенными, а, скорее всего, еще больше усилит напряженность в отношениях с Россией и повысит риск будущих нападений на различные американские институты. Так что же тогда следует делать будущему президенту?


Покупай российских олигархов, покупая американских


Расследование Роберта Мюллера в отношении предполагаемого сговора Трампа с Россией не было полностью опубликовано, однако из обнародованных к настоящему моменту обвинений, а также из записей о недавней повестке дня «Трамп организейшн» (Trump Organization, основная компания Дональда Трампа — прим. ИноСМИ) становится ясно, что основной проблемой является отмывание денег. Бывший руководитель предвыборной кампании Трампа Пол Манафорт и его заместитель Рик Гейтс обвиняются в нарушении Закона о регистрации иностранных агентов (FARA), работе в качестве нелицензированных лоббистов, отмывании миллионов долларов, уклонении от уплаты налогов и банкротстве банков. То, что многие в Вашингтоне изображают как новую холодную войну, очень напоминает нечто иное: крупномасштабный преступный сговор белых воротничков.


Не следовало поднимать международный политический скандал, чтобы привлечь виновных к ответственности. К сожалению, многое из того, в чем якобы обвиняют Манафорта и Гейтса, является обычным делом для Вашингтона и Нью-Йорка, где иностранные правительства — как союзники США, так и противники — регулярно используют деньги для продвижения своих интересов. Рассмотрим пример зятя президента Джареда Кушнера, который находится под пристальным наблюдением Мюллера не только за свои контакты с Россией, но и потому, что на него имеют влияние должностные лица Объединенных Арабских Эмиратов, Китая, Израиля и Мексики. В этом контексте вмешательство России видится уже не как беспрецедентная атака на американские институты, а как особенно впечатляющий пример уязвимости институтов США для манипуляций со стороны иностранных правительств и финансовых интересов.


Властям США недорого будет стоить осудить российских олигархов. В то же время администрация Трампа открыто оповещает общественность о проекте налоговой реформы, призванной помочь самым богатым американцам.


Большинство демократов и республиканцев в Конгрессе являются сторонниками наказания Владимира Путина и олигархов из его окружения за вмешательство в выборы путем расширения режима санкций, которые впервые были введены администрацией Барака Обамы после присоединения Крыма к России в 2014 году. Конгресс попытался связать Трампу руки, вводя новые санкции в ответ на вмешательство в выборах, но Белый дом проявлял слабость, занимаясь обеспечением их соблюдения. Однако даже надлежащим образом приводимые в жизнь санкции не решат лежащую в основе проблему: Россия с функциональной точки зрения является клептократией, и Соединенные Штаты несут определенную ответственность за решение этой проблемы.


В 1990-х годах Вашингтон поощрял быструю и откровенно подтасованную приватизацию российской экономики, что привело к стремительному росту неравенства, обнищанию миллионов людей и появлению немногочисленной элиты, состоящей из миллиардеров. В то же время, в 2000-е Путин провозгласил восстановление стабильности и рост благосостояния, во многом обусловленные высокими ценами на энергоносители, что со временем позволило ему консолидировать власть на вершине всецело коррумпированный системы. Соединенные Штаты стали одним из наиболее популярных мест, где российская элита стремится «припарковать» свое состояние. На крупных рынках недвижимости, таких как Нью-Йорк, это часто происходит за счет американцев среднего класса с помощью банков и юридических фирм, которые с радостью закрывают глаза на коррупцию за рубежом. Отмывание россиянами денег через элитную недвижимость также является серьезной проблемой в Лондоне, где лидер британской лейбористской партии Джереми Корбин предложил решить ее в ответ на недавнюю попытку отравления Сергея Скрипаля и его дочери. Преследование российских денег гораздо более эффективно, чем высылка дипломатов, стратегия, которой до сих пор придерживались Соединенные Штаты и их европейские союзники.


США не имеют права осуждать российских олигархов, пока администрация Трампа открыто грабит народ законопроектом о налоговой реформе, призванным помочь самым богатым американцам, а также долларам налогоплательщиков, постоянно прокручиваемым через «Трамп организейшн». Следующей администрации следует сделать вывод, что транснациональная олигархия от Нью-Йорка до Лондона и Москвы не просто жадная, но и создает угрозу национальной безопасности, подрывая целостность политического процесса. Нужно расширить Закон о регистрации иностранных агентов (FARA) и прекратить иностранное лоббирование — как законное, так и незаконное — на K Street. Необходимо бороться с отмыванием денег через банки и недвижимость, а также офшоры.


Вопреки тому, что утверждали некоторые левые авторы, американской общественности достаточно интересен скандал Трамп-Россия, и она не собирается уводить от него свое внимание. Но вместо того, чтобы выделять Россию, следующий президент должен пообещать бороться с клептократами повсюду, используя вопиющую коррупцию Трампа (в том числе, но не ограничиваясь его российскими связями), чтобы обосновать справедливый экономический порядок.


Кроме того, следующий президент должен назначить главой Госдепартамента сторонника глобального экологического правосудия, а не генерального директора «ЭксонМобил» (ExxonMobil) или откровенного исламофоба и приверженца скептицизма по отношению к вопросам изменения климата, чтобы четко указать, что нефтегазовый сектор не влияет на внешнюю политику США. «ЭксонМобил» под руководством Рекса Тиллерсона, как и другие энергетические компании, лоббировал нормализацию отношений между США и РФ, чтобы иметь возможность использовать огромные природные ресурсы России, независимо от цены этого для климата, и даже был оштрафован Казначейством за нарушение санкций после подписания соглашения с российским нефтяным гигантом «Роснефть». Сокращение напряженности с Россией не должно означать углубления связей между энергетическими баронами в обеих странах.

 

Стремись только к миру на Украине и в Сирии, а также к новому разоружению


Консенсус в Вашингтоне состоит в том, что Соединенные Штаты должны сдерживать имперский ревизионизм России на всех фронтах, как будто холодная война так и не закончилась. Но это только поощряет аналогичный консенсус в Москве, давая шанс бескомпромиссным националистам, которые видят свою страну в окружении агентов США и считают бывшие советские республики частью законной сферы влияния России.


Эти страны, в том числе горячие точки, такие как Украина и Грузия, имеют право на суверенитет по международному праву, и российское покушение на этот суверенитет от Крыма и Донбасса до Абхазии и Южной Осетии заслуживает осуждения. Но следующий президент должен также четко указать, что Соединенные Штаты не намерены распространять сферу своего военного влияния через НАТО или в любом другом качестве.


В 1990-х и 2000-х годах Москва выступала против и сейчас все еще глубоко возмущена расширением НАТО на восток, в результате которого в альянс вошли страны Балтии и Восточной Европы. То же самое касается и военной кампании НАТО против Югославии в 1999 году, которая была проведена, несмотря на вето РФ в Совете Безопасности ООН. Российское военное планирование весьма обоснованно видит главную цель существования НАТО прежде всего в том, чтобы окружить и изолировать Россию.


К лучшему оно или худшему, но Вашингтон сохраняет приверженность безопасности своих союзников в Балтии. Однако следующий президент должен подтвердить, что Соединенные Штаты не имеют долгосрочных проектов военного союза с Украиной, Грузией или любой другой страной на границе с Россией. Это не означает отказа от этих стран. Соединенные Штаты и их европейские союзники должны взять на себя обязательство вести переговоры о справедливом мире, который сохранит территориальную целостность и жизнеспособность Украины, чтобы обеспечить соблюдение Россией Минских соглашений 2014 года. Россия не должна быть вознаграждена за незаконную аннексию Крыма, которую не следует признавать до тех пор, пока Путин у власти. Далее, переговоры по проведению спонсируемого ООН референдума по судьбе Крыма могут быть проведены, если напряженность будет снижена. Реальность, как хорошо знают многие политики в Вашингтоне, заключается в том, что едва ли крымчане предпочтут вернуться в Украину на честно организованном голосовании.


В Сирии Вашингтон по понятным причинам опасается допустить вознаграждения ужасного поведения России по защите режима Башара Асада от действий повстанческих групп, поддерживаемых Соединенными Штатами и их союзниками. Несмотря на то, что нельзя найти оправданий для зверств России или Асада, Соединенные Штаты также несут ответственность в первую очередь за то, что подбрасывают топливо в огонь этой гражданской войны, а также за свое вмешательство в дела Ирака и Ливии, против чего выступал Путин, и что имело катастрофические последствия. Москва рассматривает энтузиазм Вашингтона в свержении диктаторов как дестабилизирующий фактор, и хотя эта точка зрения мотивирована российскими геополитическими интересами, ее нельзя назвать ошибочной. Следующий президент должен быть готов к мирным переговорам между всеми группами влияния в Сирии, признав, что Асад в обозримом будущем будет держать под контролем большую часть территории Сирии, и имея долгосрочную цель вывода американских и российских войск из региона.


Наконец, следующей администрации следует попытаться вновь привлечь Россию к переговорам о ядерном оружии. При Обаме Соединенные Штаты и РФ подписали новый договор СНВ-2011, направленный на то, чтобы резко ограничить размещение стратегических ядерных вооружений обеими странами. Однако Трамп отнесся к нему с пренебрежением и недавно обозначил свою приверженность новой гонке ядерных вооружений. Урок, который можно извлечь из неустойчивого и непредсказуемого поведения Трампа в качестве президента заключается в том, что небезопасно доверять ядерное оружие кому-то одному. Соединенные Штаты и Россия должны возобновить дипломатические контакты в целях дальнейшего сокращения вооружений и укрепления глобального режима нераспространения.


Повышай уровень кибербезопасности, разрушай монополии


Желание США привлечь Россию к ответственности за вмешательство в выборы 2016 года, в том числе за распространение поддельных новостей через социальные сети и взломы электронной почты Национального комитета Демократической партии (DNC), вполне разумно. Соразмерный ответ должен был включать публикацию неловкой информации о теневых финансах Путина и представителей узкого круга его доверенных лиц. Но это, возможно, уже произошло, когда мир узнал о существовании Панамских документов, гигантской свалки информации о глобальной олигархии, опубликованной в начале 2016 года, в чем Путин обвиняет правительство США, добавляя к этому упреки в организации олимпийского допингового скандала.


Ни одна из стран не заинтересована в том, чтобы бесконечно следовать принципу «око за око», хотя, возможно, и американцы, и россияне получают определенную выгоду от раскрытия секретов своих элит. В конечном счете, должны быть проведены переговоры, в том числе с другими крупными державами, такими как Китай, с целью установления правил кибербезопасности. В то же время Соединенные Штаты должны принять новые жесткие законы о финансировании избирательных кампаний, чтобы изолировать себя не только от вмешательства иностранных держав, но и от олигархов и корпоративных интересов во всем мире.


Однако если Соединенные Штаты хотят поставить заслон российским кибератакам на выборах в будущем, одним из важнейших шагов должно стать начало демонтажа IT-монополий, которые оставили избирателей США беззащитными перед иностранным влиянием.


В 2010 году тогдашний президент России Дмитрий Медведев посетил Силиконовую долину в рамках провалившейся перезагрузки Обамы. Впечатленный Медведев встретился с руководителями таких компаний, как «Эпл» (Apple), «Гугл» (Google) и «Твиттер» (Twitter), которых в то время демократы видели в качестве столпов американских инноваций. Хотя мечта Медведева о российской Силиконовой долине до сих пор остается нереализованной, в самой России немало доморощенных талантов в технической сфере, что видно на примере «фабрики троллей», которая пыталась манипулировать колеблющимися в своих предпочтениях избирателями.


Следующему президенту США придется разъяснить общественности, что влияние крупнейших IT-компаний достигло опасного уровня, и что проводимый ими сбор персональных данных для получения прибыли подрывает национальную безопасность и честность выборов. Социальные медиа могут стать мощным инструментом для стихийной политической организации и протестных партий, но когда это регулируется только свободным рынком, открываются возможности для манипулирования людьми с помощью вливания больших денег, в том числе иностранными правительствами. Обновление антимонопольного законодательства должно быть общим приоритетом как способ защиты потребителей и малого бизнеса. Но в отношении Силиконовой долины он будет обеспечивать дополнительную выгоду для противодействия иностранному влиянию и восстановления доверия к правдивым новостям.


Российские хакеры выявили изъян в политической системе США, созданный за годы ничем не объяснимого господства монополий. Законодатели оказали давление на такие компании, как «Фейсбук» (Facebook) и Твиттер, чтобы справиться с российскими ботами, но это не решает основную проблему, которую представляют собой для демократического процесса некоммерческие социальные сети. Степень этой угрозы становится ясна из новых разоблачений о том, как «Кембридж Аналитика» (Cambridge Analytica) использовала данные «Фейсбук», приобретенные без согласия пользователей этой соцсети, чтобы помочь кампании Трампа достичь свое цели. Профессор Нью-Йоркского университета Тамсин Шоу, который занимается исследованием войн в киберпространстве, сказал в интервью «Гардиан» (The Guardian): «Силиконовая долина является активом национальной безопасности США, который [Россия] включила в себя». Единственное эффективное решение — разбить эти монополии и регулировать их как сферу коммунальных услуг.


Поддерживай права человека, не меняй режим


Несмотря на то, что Стивен Ли Майерс утверждал в «Нью Йорк Таймс» (The New York Times), что Путин является «героем для популистов мира, сильных людей и других, занимающих периферию глобальной политики, как левых, так и правых», немногие слева испытывают иллюзии насчет того, что Россия является примером утопии. Недавно Джереми Корбин писал: «Рабочий класс — конечно, не сторонник режима Путина, его консервативного авторитаризма, злоупотребления правами человека или политической и экономической коррупция. И мы воздаем должное многочисленным участникам кампании за социальную справедливость и права человека, в том числе за права ЛГБТ». Берни Сандерс выразил такие же настроения, заявив, что «наша цель — не только укрепить американскую демократию, но и работать солидарно со сторонниками демократии по всему миру, в том числе в России. В борьбе демократии против авторитаризма мы намерены победить».


Путин повел наступление на гражданское общество, консолидировал контроль над средствами массовой информации и сделал маргинальными оппозиционные партии. Один из наиболее видных лидеров оппозиции Алексей Навальный был лишен возможности баллотироваться в президенты в этом году на выборах, которые, как все понимают, были бутафорскими. Многие журналисты и политики были убиты, а представители ЛГБТ столкнулись с дискриминационными законами по всей России и жестокой чисткой в Чечне.


Путин в тесном сотрудничестве с Православной Церковью выборочно подпитывал ксенофобский национализм, гомофобию, женоненавистничество и шовинизм не только дома, но и в Европе, поддерживая там крайне правые партии. В интересах левых оказать противодействие этому влиянию, которое прямо противоречит основным прогрессивным ценностям, но следующий президент должен сделать это таким способом, который не является прикрытием для имперских амбиций США и не направлен на смену режима в России. Путин использует восприятие западных образцов в России, чтобы сохранить свою легитимность и оправдать свою самую агрессивную политику.


Путин, в конце концов, оставит власть, но Вашингтон не должен способствовать этому, это не является по своей сути желаемым результатом. Никто не знает, что будет после Путина, или кто возьмет на себя эту роль после почти двух десятилетий его пребывания в Кремле. И никто не сомневается, что Путин действительно популярен, хотя поддержка его в столице и среди молодых образованных россиян скользнула вниз.


США не должны игнорировать нарушения прав человека в России. Но принципиальная критика дает обратный эффект из-за восприятия групп гражданского общества в России как прикрытия для американской разведки, и Россия становится все более враждебной к таким группам. Следующая администрация должна четко указать, что Соединенные Штаты не пытаются дискредитировать Путина, и что его поддержка прав человека является подлинной. Следует опасаться прямой поддержки оппозиционных фигур, на которых легко навешиваются ярлыки американских марионеток. Этому следует подать пример и привлечь своих союзников к ответственности за нарушения прав человека и коррупцию в обществе.


В конечном счете, лучшее, чем Соединенные Штаты могут помочь гражданскому обществу в России — нормализовать отношения, достаточные для того, чтобы частные группы гражданского общества из Соединенных Штатов и других стран могли более эффективно работать вместе с российскими коллегами. Трудно утверждать, что американо-российская напряженность после неудачной перезагрузки Обамы оказала российскому гражданскому обществу какую-либо услугу.


Накажи настоящих виновников


Кратко говоря, политика следующего президента России должна отражать повестку дня борьбы с коррупцией, неравенством и злоупотреблениями в стране. Если политическая система США уязвима к вмешательству из-за границы, то только потому, что она прогнила изнутри.


Россия должна быть привлечена к ответственности за ее вмешательство, но более важным приоритетом должно быть привлечение к ответственности тех американцев, которые приняли помощь России, чтобы обогатиться за счет населения. Самое главное, что следующая администрация может сделать, чтобы предотвратить еще один 2016 год, это искоренить организованную коррупцию в Вашингтоне, которую Россия успешно эксплуатировала, а также расследовать, раскрывать и преследовать всех тех, находящихся на орбите Трампа, кто сознательно способствовал вмешательству России. Единственный способ защитить американскую демократию от иностранного влияния — сделать Америку в еще большей степени подлинно демократической.


Дэвид Клайон — писатель и редактор из Бруклина, пишущий о взаимоотношениях США и России для «Нью Йорк Таймс», «Гардиан», «Нью Репаблик» (New Republic) и других изданий. Дэвид Клайон в Твиттере: @DavidKlion.