У нынешних американо-китайских торговых переговоров есть одна историческая параллель, но со странной переменой ролей. 1 июня 1990 года, спустя семь месяцев после падения Берлинской стены, президенты Джордж Буш и Михаил Горбачев встретились в Белом доме, чтобы подписать соглашение о нормализации торговых отношений между США и Советским Союзом.


Соглашение стало итогом длившихся год интенсивных переговоров, на которых американскую делегацию возглавлял легендарный дипломат и специалист по торговле Джулиус Кац (Julius Katz), а я был у него советником по юридическим вопросам. Кац вел переговоры с Советами еще в 1970-х годах, и на этот раз ему поручили выработать современное соглашение, чтобы главы двух государств подписали его на июньской встрече в верхах.


В начале переговоров стороны обменялись предварительными проектами соглашения. В американской версии предлагались правила взаимного доступа к рынкам, недискриминационное отношение к американским компаниям, меры защиты интеллектуальной собственности, и прочие стандартные торговые и инвестиционные правила. Там отмечалось, что торговлю необходимо вести на основе контрактов между сторонами, «заключенных на базе независимых коммерческих суждений и таких привычных торговых соображений как цена, качество, доставка и условия оплаты».


Советский проект по сути представлял собой серию предложений о заказах на покупку и продажу. Там были указаны типы и объемы продукции, которую стороны должны были покупать друг у друга. В этом нет ничего удивительного для централизованной и плановой экономики, где в коммерческой жизни преобладал так называемый госзаказ и распоряжения государства.


Посол Кац объяснил советской стороне, что цель состоит в заключении соглашения о правилах справедливых торговых отношений, а не о предписаниях по точным объемам и видам товаров. То есть, роль государства заключается не в том, чтобы управлять торговлей, а чтобы создать правовой механизм для справедливой и открытой торговли.


Если говорить о советской делегации, то в ее составе произошел раскол. Кто-то отдал предпочтение американскому подходу, полагая, что он поможет СССР перейти к рыночной экономике. Кто-то настаивал на старом советском подходе, видя в нем непосредственные договорные выгоды и преимущества.


Прошло почти 30 лет, и вот США снова ведут трудные торговые переговоры в меняющемся мире. И теперь уже Америка встала перед тем же самым выбором: заключить соглашение с Китаем о комплексе правил торговых взаимоотношений, либо, действуя по советскому образцу, диктовать коммерческие условия своими предписаниями о покупках и продажах.


Однако на сей раз раскол возник в американских рядах. На недавней встрече в Пекине планировалось урегулировать нарастающие торговые противоречия, вызванные американскими угрозами и контругрозами Китая о пошлинах и тарифах. Президент Трамп предложил действовать на основе раздела 301 доклада американского торгового представителя, где самым исчерпывающим образом изложена несправедливая и дискриминационная практика Китая, которая препятствует взаимному доступу на рынки, надлежащей защите американской интеллектуальной собственности и принуждает занимающиеся бизнесом в КНР иностранные компании осуществлять передачу технологий.


Осознавая озабоченность президента, американская делегация в Пекине начала с требования о том, чтобы Китай дал согласие на целевой показатель по снижению торгового дефицита в сумме 200 миллиардов долларов к 2020 году. В прошлый четверг министр торговли Уилбур Росс (Wilbur Ross) подтвердил непреложную верность администрации советскому сценарию из области управляемой торговли. «Наш подход в том, чтобы составить список продукции, которую мы сможем им продавать в больших количествах… и чтобы они продавали нам меньше».


Вместо того, чтобы угрожать пошлинами, за которые в конечном итоге придется расплачиваться американским потребителям, или выдвигать в качестве приоритета китайские закупки в целях сокращения дефицита, которые лишь временно помогут небольшой группе американских компаний, администрации следует проявить приверженность системным переменам. Когда соглашение будет достигнуто, оно должно будет представлять собой набор выполнимых правил, подогнанных под уникальные проблемы Китая.


США будут иметь больше шансов на успех, если станут сотрудничать с союзниками. А те с готовностью присоединятся к США и потребуют от Китая соответствующих обязательств, поскольку их компании точно так же страдают от несправедливой практики.


Во-первых, в отличие от мер по снижению торгового дефицита США, которые, скорее всего, придется осуществлять за счет наших союзников (ведь Китай легко может заменить американскую импортную продукцию продукцией из других стран), правила доступа к рынку и честного отношения пойдут на пользу всем.


Во-вторых, хорошие примеры таких правил уже существуют в виде недавних торгово-инвестиционных соглашений, заключенных США, Европейским Союзом, Японией, Южной Кореей, Австралией, Канадой и многими другими странами.


Более того, сам Китай тоже проявляет готовность договориться об аналогичных правилах в рамках различных соглашений, в том числе, на переговорах, которые начались при администрации Джорджа Буша, продолжались при администрации Обамы, но так и не были завершены.


На этой неделе переговоры в Вашингтоне продолжатся, и Трампу следует помнить, что подлинные и устойчивые изменения в торговых отношениях могут наступить тогда, когда будет соглашение о правилах, а не об объемах и номенклатуре закупок. У Трампа есть историческая возможность добиться от Китая новых обязательств и выработать новые правила, чего не удалось сделать его предшественникам. Чтобы достичь успеха, он должен отказаться от старых торговых приоритетов советского стиля.


Дэниел Прайс — управляющий директор ООО «Рок Грик Глобал Эдвайзорс» (Rock Creek Global Advisors).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.