«Атлантико»: Проведение в России Чемпионата мира по футболу априори вызывало критику. Звучали даже угрозы бойкота. Наконец, некоторые выражали тревогу по поводу стремления Владимира Путина воспользоваться этим событием ради собственного имиджа. Несмотря на все это, организация производит положительное впечатление. Каков сейчас промежуточный итог этого мероприятия для президента России?


Сириль Бре: На настоящий момент этот Чемпионат мира можно считать бесспорным успехом для России и Путина. Поставленные перед мероприятием цели были по большей части выполнены.


Проведение Чемпионата мира в России стало успехом уже само по себе.


ФИФА впервые выбрала Россию организатором мероприятия с практически общемировым информационным покрытием. Кроме того, это первое всемирное соревнование в России со времен московской Олимпиады 1980 года. Олимпийские игры в Сочи 2014 года не имели такого же отклика, поскольку речь шла о зимней Олимпиаде, которая не обладает такой же заметностью, как летняя или Чемпионат мира по футболу.


С информационной точки зрения, успех бесспорный. Телевидение по всему миру показывает великолепные кадры прекрасной страны, сверхсовременных стадионов и болельщиков в отличных фан-зонах, как в Москве и Калининграде. За этот месяц соревнований России удалось изменить имидж холодной и обветшалой страны, который у нее нередко оставался на Западе. Если пользоваться футбольной терминологией, она успешно контролирует поле.

С дипломатической точки зрения успех тоже поразительный. Несмотря на политический бойкот британских властей после дела Скрипаля, к которому впоследствии присоединились Исландия и Польша, в Москву на встречу с Владимиром Путиным прибыли более 17 глав государств и правительств: президент Южной Кореи, саудовский наследный принц, президент Сенегала и т.д. В стране побывали также генсек ООН Гутерреш и Бельгийский король, прибывший поддержать сборную. Даже Дональд Трамп, чья команда не попала на ЧМ, предложил провести встречу по окончанию турнира. В конечном итоге бойкот касается только членов британского правительства и королевской семьи, а также президента Польши. Вопросы насчет условий выдачи прав на организацию, допинга российских спортсменов в Сочи и Пхенчхане и использования турнира сегодня вытеснены в тень общим удовлетворением фанатов, журналистов, болельщиков… и местных жителей.

 

Национальная сборная заняла второе место в группе А, добралась до 1/8 финала и даже победила Испанию, дойдя до стадии, которой раньше не удавалось достичь даже советской команде. Поэтому российский тренер может быть доволен.


Флоран Пармантье: Когда России предоставили право проведения в декабре 2010 года, война в Грузии закончилась за полтора года до этого, арабская весна находилась в зачаточном состоянии, и имидж России в мире был связан в первую очередь с группой БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР).


То есть обстановка была совершенно иной, поскольку война на Украине еще не заставила Россию и Европу занять совершенно разные позиции.


С точки зрения имиджа России турнир, безусловно, играет положительную роль. Страна оказалась вовсе не тем, чего ожидали иностранные болельщики. У реальности было мало общего с чрезвычайно политизированными дебатами во многих странах между сторонниками Владимира Путина, «последнего гордого белого мужчины», и самыми ярыми его противниками, которые винят его в том, что произошло на выборах. Появление Эммануэля Макрона в поддержку сборной Франции может только усилить этот положительный образ.


Таким образом, Чемпионат мира положительно отразился на имидже России. Интересно, что будет дальше: всемирная выставка? Летняя Олимпиада?


— Кроме того, звучала тревога по поводу возможных действий хулиганов на этом Чемпионате мира. Действительно ли их удалось удержать под контролем? Были ли проявления насилия во время чемпионата?


Сириль Бре:
В плане безопасности пока все тоже хорошо. Принятые Россией очень жесткие меры безопасности на этом Чемпионате мира прекрасно работают. Не было замечено не только акций хулиганов, в частности фанатов московского ЦСКА, но и проявлений расизма и терактов. Ничто из этого еще не подпортило имидж и порядок соревнований. Как бы то ни было, риски были серьезные: «Исламское государство» (запрещенная в России террористическая организация — прим.ред.) и его кавказское представительство давно выдвигали угрозы в отношении соревнований. Кроме того, расистские выходки в отношении иностранных футболистов являются обычным делом в некоторых клубах, например, в московском «Спартаке».


Мне не хотелось бы ничего напророчить, но такие мероприятия всегда связаны с большими рисками. И их нельзя исключать до самого окончания турнира. Именно поэтому «силовики» (президент вышел из их рядов и окружил себя ими) будут оставаться в состоянии готовности до самого конца. Речь идет о безопасности болельщиков со всего мира и местных жителей, а также международного имиджа страны.


Флоран Пармантье
: Российские хулиганы прославились в Марселе в 2016 году после столкновения с английскими «коллегами». Тогда они произвели настолько сильное впечатление, что в этом году на ЧМ поехало намного меньше болельщиков сборной Англии.


Кроме того, такое мероприятие означает необходимость задействовать спецслужбы для отслеживания возможных проектов террористов, которые намереваются оставить след в сознании людей. С такой точки зрения все пока что тоже эффективно.


— В чем «нормальность» этого Чемпионата мира отличается от Олимпиады в Сочи? Не была ли она целью Владимира Путина?


Сириль Бре:
Именно так. Главная цель этого мероприятия — изменить имидж России за границей и отойти от образа зимней Олимпиады в Сочи, которая связана с рядом экономических, политических и финансовых санкций Запада из-за аннексии Крыма.


Сравнение достаточно интересное. Организация Олимпиады в Сочи обошлась в 50 миллиардов долларов, тогда как Чемпионат мира, по утверждению России, стоил 20 миллиардов. Она даже сократила число стадионов с 15 до 12, а число городов-организаторов — до 11. Хотя строительство стадиона «Санкт-Петербург» было окружено скандалами, все наблюдатели приветствовали модернизацию полезной для национальной экономики инфраструктуры: аэропортов, вокзалов, дорог и т.д.


Кроме того, если Владимир Путин был практически вездесущ во время Олимпиады в Сочи, теперь он держится незаметнее, хотя внимательно следит за соревнованиями и их организацией. Тому есть несколько причин. Прежде всего, он не хочет связывать свой образ с национальной сборной, которой изначально никто не пророчил успеха. Далее, он стремится не персонализировать (по крайней мере, сейчас) турнир и позволить ему в полной мере улучшить «российский бренд».


Флоран Пармантье:
Да, Россия хочет одновременно, чтобы ее уважали как великую державу (стремление к самоутверждению по отношению к Западу, определение которого варьировалось с течением лет), и чтобы ее воспринимали как нормальную страну. Так, например, многие россияне рассматривают дело Скрипаля как расставленную перед Россией ловушку, и в этой связи нормализаций продвигается медленно. Помимо внешней политики и мощи, в последнее время приобрело значение экономическое развитие.


Четвертый мандат Владимира Путина в большей степени ориентирован на экономические вопросы, и приоритеты будут постепенно меняться. В любом случае, как бы ни сложилась судьба сборной после попадания в 1/4 финала, президент будет в числе победителей.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.