Сейчас мы попытаемся провести анализ на вид не связанных друг с другом элементов, чтобы на примере сложной совокупности событий указать на их общую нацеленность на крах системы. Прежде всего, стоит отметить последнюю публикацию Израиля Шамира (Israel Shamir) на сайте unz.com 20 июля, где говорится об одной небезынтересной личности: «Неприкосновенный Браудер? Дело Браудера — это хмельной еврейский коктейль из денег, шпионов, политиков и международной оргпреступности…»

Вопрос касается Браудера, поскольку речь зашла о бывшем американском после в России Макфоле, которого Москва упоминала в своем необычайном предложении, призванном покончить, наконец, с порочным кругом скандалов вокруг российского дела в США. Оно, вероятно, было озвучено Путиным в самом начале встречи с Трампом в Хельсинки и нацелено на то, чтобы остановить пустые разглагольствования по поводу вмешательства России в президентские выборы в США в 2016 году.

Ввиду того, что команда специального «антитрамповского» прокурора Мюллера выдвинула обвинения против 12 агентов ГРУ и потребовала их экстрадиции для допроса (это абсурдное требование и гротескное обвинение явно не были нацелены на конкретное продолжение и нужны были лишь для того, чтобы еще более обострить скандал и осложнить встречу в Хельсинки), Путин предложил следователям приехать в Россию для беседы с 12 офицерами ГРУ в присутствии российских официальных лиц. Взамен он попросил разрешения на аналогичную процедуру в отношении американских граждан, которых хотели бы допросить россияне. В частности, это касается беседы на территории США и в присутствии американских официальных лиц с бывшим послом Макфолом по поводу его предполагаемой причастности к делу Браудера в 2014-2015 годах. Речь идет о массовом уклонении от уплаты налогов в результате махинаций Браудера. Раз тот уже давно покинул территорию России, в Москве подозревают, что Макфол взял на себя роль его представителя.

Разумеется, российское предложение повлекло за собой целую волну негодования в Вашингтоне. Особенно громкими воплями отметился сам Макфол, заявив, что Путин окончательно сошел с ума, и что даже Сталин не посмел бы требовать от американского правительства задержать американского госслужащего на своей территории. Макфола наверняка чуть не хватил удар: речь идет не о задержании кого бы то ни было, а о просьбе ответить на вопросы представителей России в присутствии представителей США.

Шамир, признанный гений в расшифровке махинаций и авантюр олигархов (по большей части российских и еврейских), объясняет, почему Браудер может считаться изначальной причиной (скорее случайной, чем концептуальной) нынешней холодной войны между Россией и США. Оказавшись в ситуации конфронтации с Путиным после золотого века разграбления постсоветской России в 1990-х годах, уехавший из России Браудер (гражданин Великобритании) заручился услугами человека, которого обычно называют его «адвокатом». Однако Шамир считает его подручным. Речь идет о Магнитском: против него было выдвинуто обвинение, за которым последовали приговор и тюрьма. Через полгода он скончался за решеткой. Шамира не удивило бы, что укрывшийся в США Браудер приложил к этому руку из опасения, что Магнитский может рассказать то, что не следует говорить. В любом случае он ловко воспользовался ситуацией, представив Магнитского как мученика, который погиб вследствие пыток от рук палачей в кровавых застенках подлого диктатора Путина. Купив парочку продажных американских парламентариев, Браудер добился своего с принятием Конгрессом закона Магнитского.

Шамир отмечает, что Браудер, помимо всего прочего, является настоящим виртуозом «операционной цензуры»: «Его подручные постоянно переписывают посвященные ему страницы „Википедии" и удаляют любые дискуссии на тему. Несмотря на сотни попыток, в конечном итоге всегда остается только его официальная версия».

Далее в статье отмечается, что Браудер оказался в затруднительном положении из-за посвященного ему документального фильма. Несмотря на то, что он сам заказал его, автор фильма, российский диссидент Андрей Некрасов, позволил себе определенные вольности в отношении изначально запланированного нарратива. В итоге картина нанесла серьезный удар по репутации Браудера. В любом случае Браудер все равно останется инициатором закона Магнитского, который Шамир наделяет огромным значением. Он считает закон катализатором новой холодной войны, а также причиной русофобии, изменившей все международные отношения. В связи с этим мы хотели бы представить вашему вниманию один из самых интересных, на наш взгляд, отрывков, который напрямую не касается Браудера, но полностью оправдывает уделенное ему внимание:

"Конгресс США поторопился принять закон Магнитского — первый этап возобновления холодной войны. Согласно этому закону, любого человека можно без суда признать ответственным за скоропостижную смерть Магнитского и расхищение капиталов Браудера. Его имущество может быть арестовано, а банковские счета — заморожены без решения суда и возможностей для защиты. Этот закон взбудоражил многих российских олигархов, у которых было порядка 500 миллиардов в западных и американских банках. Эти деньги ушли, а ситуация сохраняется.

Реальные последствия закона Магнитского были минимальными: заморозка примерно 20 миллионов долларов и запрет на въезд в США нескольким десяткам не слишком значимых лиц. В то же время его психологический эффект был очень значимым. Российские олигархи поняли, что их деньги и имущество могут конфисковать в любой момент, причем не в путинской России, а на свободном Западе, где они предпочли искать убежище. Закон Магнитского открыл путь для конфискации Кипром российских активов, посткрымских санкций и для новой полноценной холодной войны.

Это было болезненно для России, чья подростковая иллюзия любви с Западом рухнула. Мне же кажется, что это, наоборот, взбодрило ее и послужило во благо. Большой глоток обжигающе холодной войны идет только на пользу простым россиянам, тогда как его противоположность, то есть российско-американский альянс, играет на руку олигархической элите. Худшим периодом для простых россиян были 1988-2001 годы, когда страна была влюблена в США. Олигархи же воровали все, что плохо лежало, чтобы затем сбыть на Запад за копейки (разумеется, получив свои комиссионные). Они покупали виллы во Флориде, пока Россия разваливалась на части. Это было тяжелое время для всех: США беспрепятственно устроили вторжение в Панаму и в Афганистан, Ираку был подписан смертный приговор (после войны в Персидском заливе), а Югославию разбомбили и разрубили на части.

С возвращением холодной войны ситуация несколько вернулась в норму: российские власти не дали США разрушить Сирию, а граждане научились любить Сочи вместо Майами. По этой самой причине Браудера можно считать частью силы, которая всегда стремится к злу, но приносит добро. Как бы то ни было, российское правительство не оценило этот холодный душ…"

Такие размышления, которые лишь косвенно касаются рассматриваемой темы, зачастую содержат в себе ряд ситуационных истин о сложившейся непростой обстановке. Кроме того, все сформулировано предельно четко и ясно, без лишних усложнений. Таким образом, если следовать изложенной логике, можно сделать вывод, что улучшение отношений, которое предлагает Трамп и охотно принимает Путин, — вовсе не то, к чему нужно стремиться.

Хорошо, просто прекрасно, что Трамп встречается с Путиным и что у них складываются хорошие отношения. Только вот это замечательно не потому, что может стабилизировать российско-американские связи, а потому, что обостряет и без того накалившуюся атмосферу в Вашингтоне. Хорошим тому примером может служить недавняя публикация «Вашингтон Пост» (она анализируется на сайте wsws.org) от 20 июля, в которой автор открытым и беспрецедентным образом выступает за то, что обычно происходит в диктаторских странах, где «глубинное государство» может устроить путч (так, например, было до Эрдогана в Турции, откуда и пошел этот термин).

«В пятницу журналист «Вашингтон Пост» Юджин Робинсон (Eugene Robinson) опубликовал статью под названием «Да благословит Бог глубинное государство». В ней он представляет выставленных на посмешище Трампом чиновников как «глубинное государство, которое может служить идеальным противоядием от президента-предателя и неэффективного Конгресса».

По его словам, «компетентные и опытные» профессионалы из государственной бюрократии и разведки «не участвуют в темных сговорах какого бы то ни было вида». В то же время они «годами и даже десятилетиями познавали все тонкости внешней и внутренней политики». «Да благословит их Бог. Поскольку разваливающийся Конгресс не может играть предписанную ему по конституции роль, только глубинное государство стоит между нами и пропастью». Его вывод следующий: «Демократы в Конгрессе бессильны, республиканское руководство — безвольно. Опытные правительственные чиновники знают, что их работа — служить президенту. Но что делать, если президент не руководствуется высшими интересами нации? В такой экстренной ситуации у верного и честного глубинного государства появляется более высокий долг. Именно это и называется патриотизмом».

Таким образом, встреча в Хельсинки вовсе не способствует разрядке или «перезагрузке» отношений России и США, а только обостряет хаос в Вашингтоне и взрывоопасную напряженность между двумя странами. За ней должен последовать саммит в Вашингтоне после приглашения Путина Трампом, которое уже породило новую волну удивления и гнева, в частности со стороны представителей глубинного государства вроде директора национальной разведки Дэна Коатса.

Отталкиваясь от логики Шамира, этому можно только порадоваться. Отсутствие разрядки с Вашингтоном играет на благо России и против системы, поскольку настоящие силы в американской столице в любом случае нацелены на разрушение России, чего им будет гораздо проще добиться под прикрытием «разрядки», с помощью американского влияния, как в 1990-е годы. Все это подчеркивает интерес и значимость закона Магнитского, который стал случайным, но действенным источником этой напряженности.

Ничтожество и посредственность действий этих бандитов (то есть российских олигархов вроде Браудера), которые стали причиной появления закона Магнитского, низость этого дела и незначительность концепции — все это неожиданно открыло путь для конфликта первой величины, фундаментального конфликта вокруг краха системы. Шамир совершенно верно отмечает, что закон Магнитского мало что дал на практике, однако обладает огромным «психологическим» значением: «Заморозка порядка 20 миллионов долларов и запрет на въезд в США нескольким десяткам не слишком значимых лиц. В то же время его психологический эффект был очень значительным…» Мы же пойдем дальше описанных им последствий для российских олигархов и скажем, что закон демонстрирует психологию американизма и способствует конфронтации с Россией, обвиняя Москву во всем, что мы видели, видим сейчас и еще увидим в будущем. Ничтожный закон Магнитского прекрасно отражает черты этого странного времени, когда обычная и ничем не примечательная коррупция становится причиной масштабных событий, которые никто не смог предугадать.

В любом случае что есть, то есть, и нам стоит надеяться на продолжение холодной войны 2.0, чего хочет Шамир, и на то, что попытка сближения со стороны Трампа не ляжет в основу новой политики, а лишь еще больше обострит хаос и развал в Вашингтоне. Получается, что психологическая сторона незначительного, казалось бы, происшествия, как никогда приближает цель разрушения системы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.