Международный саммит Большой двадцатки привлекает внимание общественности не только из-за своего высокого уровня, но и из-за изменений, которые произошли недавно в международной обстановке. Он заставляет людей задаваться вопросом: закончится ли торговая война между США и Китаем? Как дальше будет развиваться украинский кризис? На какие вопросы придется ответить принцу Саудовской Аравии, впервые проводящему заграничный визит после инцидента с журналистом?

Несмотря на то, что все эти вопросы находятся за рамками обычных для G20 тем: развития, инфраструктуры и продовольственной безопасности, именно из-за них на этот саммит возлагаются большие надежды.

Разумеется, китайская сторона должна уделить большее внимание проблеме разрешения торговых трений, а также дальнейшему развитию отношений с Аргентиной.

Американо-китайские отношения

Продолжающийся полгода торговый конфликт между Китаем и США постоянно появляется в заголовках СМИ, он вызвал шквал предположений об этой новой войне в новую эпоху.

1 декабря главы США и КНР провели исторический рабочий ужин в столице Аргентины Буэнос-Айресе. По итогам встречи, которая длилась 2,5 часа, сторонам удалось достичь консенсуса, американцы отказались от повышения тарифов на китайскую продукцию. Из заявления Белого дома:

«Начиная с 1 января 2019 года, таможенные пошлины на китайские товары стоимостью 200 миллионов долларов останутся на уровне 10% и временно не будут увеличены до 25%. Однако стороны обязаны завершить переговоры в течение 90 дней, и, если консенсус не будет достигнут, 10-процентный тариф будет увеличен до 25%. Китай согласился закупить у США значительное количество американских сельскохозяйственных, энергетических, промышленных и других товаров, чтобы снизить торговый дисбаланс между Китаем и США. Конкретное количество товаров еще не решено.

Кроме того, президент США Дональд Трамп и председатель КНР Си Цзиньпин договорились немедленно развернуть структурную реформу и начать переговоры по вопросам, включающим принудительную передачу технологий, защиту интеллектуальной собственности, нетарифные барьеры, кибератаки и компьютерное мошенничество, а также сферу услуг и сельское хозяйство».

Этот дипломатический акт между главами двух государств был, вне всякого сомнения, успешен и заслужил уважение, как одна из форм разрешения конфликтов. Так долгие пререкания между США и Китаем были наконец закончены за обеденным столом. Разумеется, странам необходимо приложить еще усилия для того, чтобы это «соглашение о перемирии» продолжало действовать, а переговоры в течение 90 дней увенчались успехом.

В то же время из-за того, что все внимание на аргентинском саммите G20 было сосредоточено на Китае и США, вновь появилась идея о «Большой двойке» и двухполярном мире.

На прошедшем примерно полмесяца назад мультилатеральном саммите АТЭС лидеры не смогли достигнуть соглашения и принять совместную декларации из-за неразрешимых противоречий между США и Китаем. Основной тезис китайской политики «оставаться в тени» начал превращаться в «настойчиво добиваться своей цели», однако подобные действия со стороны Поднебесной не поддерживаются американцами. Добавим к этому упрямство и «оригинальность» президента Трампа и получим ситуацию, при которой руководящая роль достается КНР и США. В таком случае гарантировать интересы третьих государств или развернуть международное сотрудничество будет невозможно. Это опровергает концепцию мультилатерализма.

Тем не менее нынешнее соглашение о перемирии открыло перед Китаем и США новые возможности.

Во-первых, благодаря торговым трениям стороны смогли отыскать буферную зону в отношениях путем постоянных проб и консультаций.

Именно в этой буферной зоне сосредоточены все противоречия и возможности для переговоров между Китаем и США. Разумеется, китайская сторона следует принципу «мы не хотим сражаться, но будем вынуждены при необходимости».

Во-вторых, благодаря американо-китайскому соглашению о перемирии в торговой войне. Мы можем увидеть, насколько серьезные разногласия существуют между странами в информационной сфере, особенно в вопросах интеллектуальной собственности и кибератак.

Несмотря на то, что эти вопросы занимают второстепенное положение в торговле, из-за проекта соглашения мы вынуждены трактовать их с точки зрения торговой войны. Конечно же, в основном эти трения связаны с экономическим конфликтом, однако, возможно, корнем всех противоречий и реальной причиной торговой войны являются различия в политической системе.

«Прекращение огня» в этой войне никак не может гарантировать гармоничное развитие отношений США и Китая в будущем. Оно напротив показывает, что настоящая причина для войны — это разница политических режимов и связанная с ней разница в управлении информацией, имущественным правом и интернетом.

В-третьих, своевременные успехи по урегулированию конфликта, которые принесла встреча между председателем КНР Си Цзиньпином и президентом США Дональдом Трампом, а также другими высокопоставленными лицами, создали новый вполне осуществимый тип дипломатии, важный для углубления развития мирового порядка — дипломатию между главами государств.

Акты дипломатии, совершаемые руководителями стран, представляют собой наиболее эффективный, быстрый способ аккуратного разрешения конфликтов в нынешних условиях «господства сильных» в международном сообществе. Несмотря на то, что этот метод снижает сдерживающую силу внутригосударственного и международного режима и представляет собой угрозу для мультилатерализма, однако нельзя не признать его эффективность в разрешении проблем между двумя государствами.

Аргентино-китайские отношения

Во-первых, Латинская Америка, всегда считалась сферой влияния США, их задним двором. Однако со вступлением Трампа в должность важность этого региона для глобальной американской стратегии снизилась.

Визит в Аргентину стал для Трампа первым путешествием в Латинскую Америку. Он стал первым президентом США, который не посетил Саммит Америк (из-за сирийского вопроса). Добавим к этому неприязнь президента к эмигрантам из этого региона, и ухудшение дружеских отношений с Латинской Америкой не покажется нам удивительным. Согласно докладу Pew Research Center, вера в американского президента в Аргентине, Бразилии и Чили за два года снизилась на 27%, 49% и 48% соответственно.

© AP Photo, Gustavo Garello
Символика саммита G20 в Буэнос-Айресе, Аргентина

В противоположность этому уровень дружбы между Китаем и странами Латинской Америки постоянно растет. Уровень поддержки Китая в Бразилии, Чили, Перу и Венесуэле превысил 50%, в регионе в целом он составил 51%, а уровень неприязни составляет всего 26%. Враждебность к Америке в Бразилии, Колумбии и Перу достигла 50%, а в Мексике — 65%. Средний результат по региону — 38%.

Отсюда можно увидеть, что Китай немного опережает США в построении имиджа в Латинской Америке.

Тем не менее уровень поддержки Китая среди аргентинцев еще не достиг среднего показателя по региону, это означает, что у Китая здесь большое пространство для маневра.

Если смотреть на проблему с точки зрения экономики, то торговля Китая со странами Латинской Америки стала гораздо теснее. КНР уже стала крупнейшим экспортером для Бразилии, Чили, Кубы, Перу и Уругвая; для Венесуэлы, Бразилии, Чили, Кубы, Перу и Уругвая она также стала крупнейший импортером.

С политической точки зрения развитие также идет. Начиная с 2016 года, Панама, Доминиканская республика и Сальвадор установили дипломатические отношения с КНР, разорвав их с Тайванем. Уровень поддержки и исполнения Вашингтонского консенсуса в Латинской Америке также продолжает снижаться.

В то время как торговая политика Китая становится все более открытой, США постепенно переходит к торговому протекционизму. Вероятно, что страны Латинской Америки, исходя из своих торгово-экономических интересов будут больше склоняться к сотрудничеству с КНР. Касается это и Аргентины.

По словам министра иностранных дел Аргентины Хорхе Фори (Jorge Faurie), в скором времени Китай и Аргентина выпустят совместное коммюнике, подпишут план совместных действий двух правительств на ближайшие пять лет, а также заключат более 23 соглашений о сотрудничестве в таких сферах, как торговля и экономика, финансы и общественная безопасность.

Фактически еще до саммита G20 Китай и Аргентина заложили хорошую базу для торгово-экономического сотрудничества. Согласно данным Обсерватории сложности экономики Массачусетского технологического университета, в 2016 году среди всех импортеров аргентинских товаров Китай (19%) уступал только Бразилии (24%). Среди главных аргентинских экспортеров Китай занимал третью строчку после Бразилии и США. В структуре двусторонней торговли наблюдаются серьезные различия — Аргентина в основном экспортирует в Китай сою, а импортирует телефоны, компьютеры, автомобили и другую промышленную продукцию.

Стоит упомянуть о том, что во время торговых трений между КНР и США Аргентина взяла на себя часть обязательств по покрытию китайского спроса на сою. Ранее сообщалось, что из-за засухи урожай бобовых в Аргентина уменьшился на 31% и за неделю, начиная с 13 сентября этого года, она импортировала из США 840 тысяч тонн сои, в то время как в тот же период в прошлом году не импортировала ни грамма. Обеспечив соей себя, с 23 сентября по 1 октября Аргентина погрузила около 170 тысяч тонн этого продукта для отправки за границу, в основном в Китай (ранее уже продала более 36 тысяч тонн).

Можно сказать, что во время торговой войны Аргентина сделала немалый вклад в обеспечение китайского спроса на соевые.

Учитывая прорыночную позицию и бизнес прошлое аргентинского президента Макри, нам вне всякого сомнения стоит ожидать углубления аргентино-китайского сотрудничества. Мы верим, что после саммита G20 в сотрудничестве двух стран будет открыта новая страница.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.