До неудачного запуска ракеты «Союз» директор НАСА Джим Брайденстайн (Jim Bridenstine) и глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин были лично знакомы всего несколько дней. Находясь в миле от стартовой площадки, главы американского и российского космических агентств наблюдали за тем, как «Союз» поднял экипаж корабля — по одному человеку от страны — в синее небо Казахстана.

Но затем внутри капсулы с экипажем сработали аварийные сигналы и загорелись сигнальные лампочки. Вместо того чтобы лететь в космос, капсула падала на землю. В те чрезвычайно напряженные моменты — до того как капсула мягко приземлилась, до того как прибыли спасатели, до того как космонавты воссоединились со своей семьей — оба чиновника думали о том, что они будут говорить в том случае, если запуск ракеты обернется трагедией.

«Если мы собираемся укреплять сотрудничество России и США в области исследования космоса, мне кажется, это, возможно, было одним из способов сделать это, — сказал мне Брайденстайн позже, уже после своего возвращения в США. — В тот день все мы стали гораздо ближе друг к другу».

На земле интересы США и России противоречат друг другу, но в космосе, на высоте в 450 километров от поверхности Земли, эти две страны неплохо ладят. На Международной космической станции американские астронавты и российские космонавты вместе работают, и их объединяет общий взгляд на нашу крохотную планету. Страны проявили точно такой же дух сотрудничества и после неудачного запуска «Союза» — быстрая реакция спасателей, тщательная проверка механизмов и систем, а также возобновление запусков в космос спустя менее двух месяцев — и после своей поездки в Россию Брайденстайн решил отправить ответное приглашение Рогозину. Брайденстайн выступил в alma mater Рогозина, в Московском государственном университете, и предложил Рогозину выступить в своем родном университете — университете Райса в Огайо — в начале 2019 года.   

Однако политика порой способна вмешиваться даже в такие дружеские и теплые отношения, как эти, и Брайденстайн отменил свое приглашение. Как сообщают российские СМИ, Рогозин этому не обрадовался.

Как отметило издание Politico, некоторые члены Конгресса США и бывшие чиновники аппарата национальной безопасности, в основном демократы, сочли это приглашение ошибкой, а вскоре к хору оппозиции присоединились и другие конгрессмены. Их аргумент: Рогозин — нетипичный глава космического агентства. Он — откровенный националист и бывший вице-премьер в правительстве Владимира Путина, а в 2014 году США ввело против него санкции в связи с его ролью в украинском кризисе. Эти ограничения запрещают Рогозину приезжать в США. Однако тут вмешался Брайденстайн, который пригласил Рогозина выступить в американском университете и сообщил российским СМИ, что ему удалось убедить Министерство финансов временно отменить санкции.

«Университет Райса расположен на той же улице, что и Космический центр имени Линдона Джонсона, поэтому, как мне кажется, все должно получиться», — сказал Брайденстайн в интервью российскому государственному информационному агентству ТАСС.

Ранее в 2018 году другой российский чиновник, против которого США ввели санкции, а именно глава российской службы иностранной разведки Сергей Нарышкин, приехал в Вашингтон на тайное совещание с тогдашним главой ЦРУ Майком Помпео (Mike Pompeo). Демократы Конгресса резко запротестовали против этого, обвинив администрацию Трампа в подрыве внешней политики США. Однако тема исследования космоса, казалось бы, должна была вызвать меньше тревог и сомнений, нежели тема борьбы с терроризмом. Как сообщило издание Washington Post, Брайденстайн, который в прошлом тоже был членом Конгресса, сказал, что он не согласовывал с Белым домом приглашение — а затем и отмену приглашения — Рогозина. По его словам, он надеялся, что им удастся выстроить «крепкие рабочие отношения, которые будут отделены от геополитики».

Временами исследование космоса действительно отделено от политики, однако оно все же не защищено от ее влияния. В середине 20 века, когда страны начали предпринимать попытки выйти на орбиту, космическая политика была неотделима от внешней политики: ракеты могли запускать в космос как научные инструменты, так и бомбы. Но даже когда в центре космической политики оказались научные исследования, события в мире и политические перемены часто сводили на нет самые лучшие начинания США и России.

В 1962 году, на пике космической гонки между США и Советским Союзом, президент США Джон Кеннеди и советский лидер Никита Хрущев обменялись письмами, касавшимися возможности сотрудничества в таких вопросах освоения космоса, как запуск метеорологических спутников. Однако полноценное сотрудничество началось лишь в 1970 году, когда американцы высадились на Луне и у США и СССР не осталось практически ничего, ради чего можно было бы соперничать друг с другом. Президент Ричард Никсон начал политику налаживания отношений с СССР, и, с его точки зрения, международный космический проект мог этому способствовать. (Возможно, миру стоит поблагодарить за это в том числе Голливуд, потому что, как пишут историки, советское руководство согласилось обдумать эту идею после того, как американские чиновники напомнили ему о фильме «Потерянные» 1969 года, в котором советские космонавты помогают спасать попавших в беду американских астронавтов.)

Вскоре переговоры привели к реализации совместного советско-американского проекта. В 1975 году два космических корабля, запущенные на расстоянии в 10 тысяч миль друг от друга, встретились в космосе и совершили так называемое «рукопожатие в космосе» над Атлантическим океаном. После стыковки кораблей астронавты и космонавты открыли люки и обменялись рукопожатиями.

Эта миссия стала историческим моментом единения двух стран, начавших освоение космоса, и после нее стали появляться планы по расширению сотрудничества. Чиновники обсуждали возможность пристыковки американского космического корабля «Спейс шаттл» к российской космической станции «Салют». Однако избрание Джимми Картера замедлило этот процесс. В отличие от своего предшественника Картер не одобрял идею обмена технической информацией. Затем, в 1979 году, Советский Союз ввел свои войска в Афганистан, а летом следующего года правительство США бойкотировало Олимпийские игры в Москве, вместо того чтобы планировать совместные космические миссии.

Только после распада СССР началось серьезное сотрудничество между странами в области освоения космоса. В начале 1990-х годов США захотели создать международную космическую станцию и пригласили присоединиться к проекту Россию, а также Японию, Канаду и девять европейских стран. Это было весьма корыстное решение: выражая поддержку стране, погрузившейся в глубокий кризис, США также получали доступ к впечатляющим космическим технологиям, сокращали свои расходы и получали возможность нанимать советских ученых и инженеров, которые в противном случае могли работать на правительства вражеских стран. Однако этот выбор, в основе которого лежали в первую очередь политические соображения, послужил толчком к многолетнему продуктивному сотрудничеству. Сегодня на Международной космической станции постоянно находятся космонавты и астронавты этих двух стран — и так продолжается уже 18 лет.

Однако российско-американское партнерство подверглось испытанию весной 2014 года. После незаконной аннексии Крыма Россией США исключили Путина из списка участников международных встреч и ввели санкции против представителей его ближайшего окружения. Ухудшение дипломатических отношений вызвало беспокойство по поводу судьбы МКС. К тому времени космические шаттлы, которые доставляли американцев на станцию, превратились в музейные экспонаты. Теперь американское правительство полностью зависит от российской ракеты «Союз», каждое место на которой обходится американским налогоплательщикам в 70 миллионов долларов. Столкнувшись с лавиной вопросов, чиновники НАСА попытались развеять тревоги, а Рогозин в ответ на американские санкции, запрещающие работать с российскими аэрокосмическими компаниями, написал: «Проанализировав санкции против нашего космопрома, предлагаю США доставлять своих астронавтов на МКС с помощью батута».

До поездки в России в прошлом году Брайденстайн сталкивался с множеством вопросов касательно этого и других провокационных твитов, включая твит, в котором Рогозин, рассерженный тем, что США попросили Румынию запретить его самолету входить в воздушное пространство этой страны, пошутил, что в следующий раз он полетит на бомбардировщике. Брайденстайн назвал эти провокационные заявления Рогозина проявлением недовольства, которое характерно для многих избранных чиновников, будь то члены Палаты представителей США или члены Государственной Думы. «Некоторые его высказывания в адрес США можно назвать агрессивными, — сказал он в своем интервью. — Но некоторые мои высказывания касательно действий России тоже были агрессивными».

Профессиональные отношения Брайденстайна и Рогозина начались с довольно загадочного инцидента, произошедшего летом прошлого года. Экипаж МКС обнаружил крошечное отверстие в российском сегменте, через которое сжатый воздух вытекал в открытый космос. По всей видимости, это отверстие кто-то просверлил. Пока российские чиновники занимались расследованием, Рогозин сказал в интервью: «Что это: брак или некие преднамеренные действия? Где эти действия производились? На земле или уже на орбите? Еще раз говорю: ничего не отметаем».

Это заявление быстро переросло в слухи о саботаже. Брайденстайн и Рогозин быстро провели свой первый телефонный разговор, а затем выступили с совместным заявлением, в котором пообещали не сообщать больше никаких подробностей до момента окончания расследования. Российские космонавты заделали отверстие и даже совершили выход в открытый космос, чтобы его как следует осмотреть, однако причины его появления до сих пор неясны.

Тем не менее, после отмены приглашения Рогозина укрепление отношений между лидерами космических агентств оказалось под вопросом. Представитель «Роскосмоса» сообщил российским СМИ, что Брайденстайн не беседовал с чиновниками «Роскосмоса» до того, как Washington Post опубликовало статью о решении Брайденстайна отменить приглашение. В четверг в своем телеинтервью Рогозин раскритиковал это решение, назвав его «позором» и абсолютным «беззаконием». «Мы ждем объяснений», — сказал он, добавив, что они будут рады снова видеть Брайденстайна в России.

Руководство НАСА не отреагировало на нашу просьбу прокомментировать это заявление.

Эта напряженность вызывает особенно много тревог в свете сомнительного будущего американских полетов в космос. Сегодня у России есть огромное преимущество. Американское правительство продолжает платить деньги за полеты американских астронавтов на МКС, примерно по 80 миллионов долларов за одно место. Эта ситуация длится гораздо дольше, чем хотелось бы американским политикам, и в 2014 году НАСА выделило двум американским компаниям, Boeing и SpaceX, несколько миллиардов долларов на разработку ракет, которые смогут отправлять астронавтов в космос с территории США. Этот проект, получивший название Commercial Crew Program, должен наконец стартовать в этом году. Первый тестовый полет компании SpaceX — не пилотируемый — должен состояться в феврале. Если все пройдет хорошо, США смогут избавиться от своей зависимости от России.

Между тем работа на МКС идет своим чередом. Сейчас там находятся один американец и один россиянин, которые вместе работают, едят и выполняют различные задания, пока их правительства продолжают горячо спорить о торговых тарифах и вмешательстве в выборы. Когда-нибудь МКС, возможно, будет закрыта и затоплена в океане. Или же, если будущие поколения придумают какой-либо способ сохранить ее — возможно, в качестве орбитального музея — МКС будет вращаться на орбите Земли еще несколько столетий. Станет ли эта станция пережитком утраченных сотруднических отношений или же проявлением продолжающегося партнерства, будет зависеть от того, что произойдет на Земле.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.