Си Цзиньпин прибыл с государственным визитом в Россию, где его очередная встреча с Владимиром Путиным стала 29-й по счету с 2013 года. Оба лидера соревнуются в пышности эпитетов при описании набирающего обороты партнерства двух стран, несмотря на явный экономический дисбаланс в пользу Китая.

Они не стесняются нахваливать друг друга. «Россия и Китай — связанные горами и реками хорошие соседи, поддерживающие друг друга и помогающие друг другу друзья, ведущие искреннее сотрудничество партнеры», — заявил Си Цзиньпин в среду перед началом трехдневного визита в Россию, где его встретил российский коллега и «лучший друг» Владимир Путин. Это событие с трудом можно назвать чем-то необычным, поскольку оба лидера к тому моменту уже провели 28 встреч с 2013 года.

На этот раз они должны подписать совместное заявление о вступлении их сотрудничества в «новую эру». Но как в действительности обстоят дела, если абстрагироваться от риторики? Начала ли Россия поворот в сторону Китая? На самом ли деле их отношения опираются на доверие, как утверждают Си и Путин? Нет ли между двумя державами растущего дисбаланса? «Фигаро» рассматривает пять столпов стратегического сотрудничества, которое не является альянсом в чистом виде, но не становится от этого менее реальным.

Давние, а не конъюнктурные отношения

У визита имеется историческая подоплека, поскольку российский и китайский лидеры отметят в среду 70-летие признания КНР Советским Союзом: Москва первой совершила этот шаг в 1949 году. Как бы то ни было нынешнее партнерство двух держав берет начало не с этой даты, поскольку Пекин и Москва разорвали отношения в 1965 году. «Оно родилось и не в период кризиса последних лет между Россией и Западом, а восходит к 1989 году, когда Горбачев отправился в Пекин, чтобы нормализовать отношения, — объясняет директор франко-российского центра "Обсерво" Арно Дюбьен (Arnaud Dubien). — На протяжении этих 30 лет партнерство только укреплялось». «У Москвы простой принцип: не всегда с Китаем, но никогда против него», — добавляет он.

В любом случае, один момент все же изменился по сравнению с последними годами СССР. В 1989 году «две экономики находились практически на одном уровне, но теперь партнерство становится все более асимметричным», — отмечает историк Анн де Тенги (Anne de Tinguy). Пекин взял прицел на статус первой мировой экономики и, по сути, уже достиг его, если брать за основу не номинальный ВВП, а ВВП по паритету покупательной способности. Российская экономика в свою очередь находится далеко позади, на уровне Германии или Южной Корею (в зависимости от того, какой показатель рассматривать).

Вместе против «американского» взгляда на мир

Еще в 1990-х годах Москва и Пекин в один голос критиковали сформировавшийся после холодной войны миропорядок. «Они считают многостороннюю систему ООН всего лишь прикрытием для продвижения американских интересов», — объясняет Сириль Бре (Cyrille Bret) преподаватель Парижского института политических исследований. За последние пять лет эта тенденция только набрала обороты на фоне войны в Сирии, кризиса на Украине, принятия западных санкций против России и нынешней торговой войны Пекина с Вашингтоном. «Это касается не только ООН, но и односторонних действий США, которые сближают Москву и Пекин, что по душе России», — говорит Арно Дюбьен. «Интенсивность политического диалога двух стран превращает это партнерство в структурирующий элемент международной системы», — добавляет Анн де Тенги.

Растущее военное сотрудничество

Военная тематика дает Москве и Пекину возможность привлечь особое внимание к их взаимопониманию. Китайские вооруженные силы активно развиваются, а Россия продемонстрировала в Сирии, что сумела провести модернизацию своих военных возможностей. Армии двух стран каждый год организуют совместные учения, которые привлекают большое внимание СМИ. В частности это касалось учений «Восток», которые проходили летом прошлого года.

Россия также активно экспортирует оружие в Китай. «Здесь был пройден важный порог. Раньше Москва не поставляла Пекину самые современные технологии. Сейчас же она продала ракетные комплексы С-400 и истребители Су-35 Китаю, который стал первым иностранным покупателем этого вооружения», — уточняет Арно Дюбьен. Но и здесь Пекин наверстывает технологическое отставание от России и может в перспективе стать для нее конкурентом на прибыльном оружейном рынке, который совершенно необходим Москве для подпитки своей экономики и промышленности. «Кроме того, с 1990-х годов россияне с большой подозрительностью смотрят на китайские копии своего оружия», — добавляет Сириль Бре.

Экономический поворот в сторону Азии

В четверг Си Цзиньпин станет почетным гостем Петербургского международного экономического форума, который иначе называют российским Давосом. Россия намеревается переориентироваться в сторону Азии (прежде всего, Китая), чтобы обойти введенные после украинского кризиса европейские и американские санкции и улучшить положение своей экономики. В 2018 году ее товарообмен с Китаем (первый по значимости торговый партнер, обошедший даже Германию) вырос на 25%, дойдя до отметки в 108 миллиардов долларов (против почти 290 миллиардов со всем Европейским союзом). Эта динамика, по всей видимости, наберет обороты в ближайшие годы. В декабре 2019 года запланировано открытие газопровода «Сила Сибири», который будет поставлять «голубое топливо» в Китай. В 2014 году было подписано 30-летнее соглашение на сумму в 400 миллиардов долларов.

Как бы то ни было, России хотелось бы, чтобы Китай активнее инвестировал на ее территории, причем не только в сырье. «Прогресс есть, но медленный. В инвестиционной сфере присутствие Франции шире, чем у Китая», — напоминает Арно Дюбьен. «Все это отражается на политике: оно затрудняет столь ценимый Москвой "диалог равных" и влияет на ее переговорные возможности», — отмечает Анн де Тенги.

Российская Арктика и китайский шелковый путь

Есть ли у России что-то в чем, на самом деле нуждаются китайцы? «Не стоит забывать, что равнение России на Запад стало бы стратегическим кошмаром для Китая. Разумеется, сегодня такое предположение выглядит смешным, но, например, в начале 2000-х годов все было совершенно иначе», — подчеркивает Арно Дюбьен. По его словам, речь здесь не идет об «альянсе»: «Суть не в том, чтобы во всем соглашаться друг с другом, а в том, чтобы не вредить другому». В проекте «нового шелкового пути» (гигантское предприятие Китая по расширению своего влияния на всей Евразии с помощью финансирования наземной и морской инфраструктуры) Китай может опереться на поддержку России, которая рада воспользоваться своим стратегическим положением на стыке Европы и Азии. «В то же время китайская дипломатическая активность вызывает недоверие», — говорит Сириль Бре, отмечая в частности китайские планы на Арктику.

Китай (он намеревается в перспективе создать свой флот атомных ледоколов, как у России) проявляет все больший интерес к этой зоне, которая в условиях потепления климата может предложить более короткий путь в Европу. «В Арктике все обстоит лучше, чем можно подумать. Россия является там доминирующей державой и не боится китайцев. Ей, наоборот, по душе участие Пекина в финансировании крупных проектов», — считает Арно Дюбьен. Так, Китай уже провел массовые инвестиции в проект «Ямал СПГ» через Фонд шелкового пути. В условиях торговой войны Китая с США и устойчивого недоверия между Россией и Западом сплоченность дуэта Си Цзиньпин-Владимир Путин, судя по всему, будет только расти.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.