Пока над танкерами в Оманском заливе поднимаются клубы дыма, торговцы нефтью и дипломаты уже впадают в панику по поводу очередного крена в сторону конфронтации на Ближнем Востоке.

Что именно произошло, относительно понятно: два танкера подверглись нападению в тот момент, когда они проходили по этому оживленному стратегическому морскому пути. Однако объяснить, почему это произошло, и кто за этим стоит, гораздо сложнее — во многом потому, что такой шаг вряд ли мог бы принести выгоду кому-либо из игроков в регионе.

Японский танкер «Кокука Кораджеоус» (Kokuka Corageous) ненадолго загорелся после того, как был дважды атакован при помощи «каких-то снарядов», сообщил владелец танкера. Из 21 члена экипажа пострадал один человек.

Ни один член экипажа танкера «Фронт Алтаир» (Front Altair), который тоже был атакован, не пострадал. Находившийся рядом эсминец пятого флота ВМС США «Бэйнбридж» (Bainbridge) отреагировал на сигнал бедствия, полученный в 6:12 по местному времени, и на сигнал, полученный 48 минутами позже. Он забрал 21 моряка с танкера Kokuka, а благодаря разведывательному самолету P-8 ВМС США были получены снимки общей картины произошедшего.

Когда спасательная операция была завершена, возник вопрос о том, кому это было нужно. И ответ на этот вопрос вовсе не так очевиден, как может показаться на первый взгляд.

Неизбежно были проведены параллели между этим инцидентом и происшествием месячной давности, когда в порту Фуджейра в Объединенных Арабских Эмиратах атаке подверглись четыре корабля. Тогда чиновники США и других стран возложили вину на Иран.

Однако инцидент, произошедший в четверг, 13 июня, является более вопиющим. Несомненно, те же самые чиновники снова обвинят во всем Иран. Если и когда это случится, нам нужно будет помнить о том, что советник по вопросам национальной безопасности Джон Болтон (John Bolton) обещал представить Совбезу ООН доказательства, подтверждающие его прежние заявления, но до сих пор этого не сделал.

Кому это выгодно?

Когда происходят какие-либо неожиданные удары, русские любят спрашивать, кому это выгодно, и сейчас этот вопрос крайне актуален.

Иран вряд ли сможет извлечь какую-либо значимую выгоду из этого происшествия. Можно долго рассуждать о злых умыслах Ирана, но подобные инциденты приводят лишь к усилению его изоляции и укрепляют позиции тех, кто стремится оказать военное давление на Иран. Экономика Ирана находится в плачевном состоянии. До того, как президент США Дональд Трамп заявил о выходе США из Совместного всеобъемлющего плана действий, называемого иранской ядерной сделкой, Тегеран находился на пике своего влияния в регионе. Но учитывая сокращающиеся экономические ресурсы, влияние Ирана, вероятнее всего, будет уменьшаться. Кроме того, этот инцидент произошел в самый разгар визита в Тегеран премьер-министра Японии Синдзо Абэ, который, очевидно, стремится стать посредником в переговорах по ядерной сделке (хотя Токио настаивает, что он действует не как посланник Вашингтона). Эти атаки омрачили визит Абэ, который представляет собой неожиданную попытку установить связь с Ираном, предпринятую человеком, которого Трамп называет другом.

Вполне возможно, эти атаки были выгодны иранским хардлайнерам, стремящимся сорвать мирные усилия. Однако иранские хардлайнеры — в частности Корпус стражей Исламском революции — обычно ведут себя умнее и не наносят удары по международным морским путям во время крайне важных дипломатических встреч. Как справедливо отметил главный центрист Ирана, министр иностранных дел Джавад Зариф (Javid Zarif), «то, что произошло сегодня утром, по меньшей мере подозрительно». Когда какую-то сторону обвиняют в чем-либо с такой легкостью, вероятнее всего, она невиновна — или безмерно глупа.

Что еще? Агентство «Рейтер» сообщило, что Тегеран наращивает объемы экспорта своей нефтехимической продукции в преддверии ужесточения санкций. Хочет ли он добиться повышения цены на нефть? Возможно. Однако в то же время поставки этой самой нефти могут быть сорваны, и Иран все равно проиграет. Довольно трудно представить себе умного иранского хардлайнера, который мог бы решиться на проведение такой очевидной атаки, не осознавая, что вину за эту атаку немедленно повесят на Иран.

А как насчет версии о том, что Саудовская Аравия тоже может добиваться конфронтации и увеличения цен на нефть, и что она вполне могла организовать эту атаку, чтобы достичь своих целей? Хотя эта версия вполне очевидна, с ней тоже не все просто. Если станет известно, что за атаками стоит Саудовская Аравия, ущерб для ее и без того пострадавшей репутации в Вашингтоне окажется непоправимым.

Около 20% мировой нефти проходит через Ормузский пролив, и среди этих 20% есть большое количество саудовского экспорта. Вы, вероятно, скажете, что 62 доллара за баррель — это довольно низкая цена на нефть, и что было бы неплохо добиться некоторого ее повышения. Однако в долгосрочной перспективе Саудовская Аравия вряд ли захочет, чтобы морские маршруты в Персидском заливе рассматривались как небезопасные.

Если ситуация ухудшится и если американская армия будет вынуждена защищать безопасность судоходства в Ормузском проливе, отношения Эр-Рияда с администрацией Трампа — которая скорее стремится избавиться от обязательств, а не брать на себя новые, — подвергнутся серьезному испытанию.

В данной ситуации невозможно с полной уверенностью назвать виновников. И это ощущение неопределенности лишь усиливает страх перед возможными злоупотреблениями и конфликтом.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.