Сегодня, когда репутация США как беспристрастного государства и надежного союзника полностью подорвана, Россия стала той мощной силой, чья преданность союзникам не вызывает сомнений, а способность выступать в качестве честного посредника между внешне непримиримыми оппонентами не имеет себе равных.

Если в Сирии будет установлен мир, то произойдет это в основном благодаря терпеливым усилиям Москвы, которая умело ведет переговоры, подкрепляя их при необходимости военной силой, и создает условия, способствующие политическому урегулированию сложнейших проблем. Если в такой науке как дипломатия есть букварь, то это опыт России в Сирии с 2011 года по настоящее время.

Как и весь мир, Россию застала врасплох так называемая арабская весна, мощной волной прокатившаяся по Ближнему Востоку и Северной Африке в 2010-2011 годах. Она была вынуждена со стороны наблюдать за тем, как из-за народного недовольства рушится старый порядок в Тунисе и Египте. Официально поддержав мирную передачу власти в Тунисе и Каире, российское государство, тем не менее, с тревогой следило за развитием событий в Египте и странах Магриба, обеспокоенное тем, что осуществляемые социально-политические преобразования являются продолжением поддержанных Западом «цветных революций», которые ранее произошли в Сербии (2000 год), в Грузии (2003 год) и на Украине (2004 год).

Когда в начале 2011 года арабская весна перекинулась на Ливию, создав угрозу власти давнего российского сателлита Муаммара Каддафи, Россия вначале поддержала создание по инициативе ООН бесполетной зоны с гуманитарными целями (так в тексте, имеется в виду решение тогдашнего президента РФ Дмитрия Медведева воздержаться в 2011 году при голосовании в СБ ООН по резолюции, достаточно вольно истолкованной Западом как карт-бланш на бомбардировки ливийских войск и общее вмешательство в гражданскую войну в Сирии — прим. ред.). Но потом она была вынуждена удрученно наблюдать за тем, как США и НАТО воспользовались ситуацией и начали скоординированную кампанию авиационных ударов с целью лишения Каддафи власти, что им в конечном счете и удалось.

К тому времени, когда в Сирии начались народные протесты против режима президента Башара аль-Асада, Россия, все еще не понимавшая первопричины беспорядков, стала с большим подозрением относиться к действиям США и НАТО в ответ на эти волнения. Она критиковала правительство Асада за жестокое подавление демонстраций весной 2011 года, однако она же и заблокировала попытки США и Европы ввести ооновские санкции против сирийского правительства. Москва посчитала, что это первая пробная попытка Запада добиться смены режима в Дамаске по ливийскому образцу.

Москва отказалась помочь Западу в действиях по смене режима, но не выступала безоговорочно за сохранение власти Асада. Россия поддержала назначение бывшего генерального секретаря ООН Кофи Аннана руководителем процесса мирного урегулирования сирийского кризиса. Она одобрила его мирный план из шести пунктов, предложенный в марте 2012 года, который предусматривал возможность мирной смены власти и ухода Асада.

В то же время Россия содействовала дипломатическому разрешению сирийского кризиса, в то время как США возглавили тайную программу по поставке оружия и военной техники противникам Асада. Оружие поставлялось из Ливии, и шло оно через Турцию в те районы Сирии, которые контролировали повстанцы. Эти действия ЦРУ, со временем переросшие в официальную операцию под названием «Древесина платана», спровоцировали рост насилия в Сирии. В этих новых условиях правительство Асада уже не могло в полной мере осуществить план Аннана. США и их европейские союзники воспользовались неизбежным в таких условиях крахом инициативы Аннана и потребовали от ООН введения санкций против Сирии, что Россия в очередной раз отвергла.

Продолжая призывать к политическому разрешению сирийского кризиса, которое не исключало смещение Асада, Москва настаивала на том, что такое решение надо принимать с участием сирийского правительства, в то время как США требовали в первую очередь отставки Асада.

Военное решение

На смену неудавшейся инициативе Аннана пришел новый процесс, известный под названием «Женева II», спонсором которого выступила ООН. Его возглавил ветеран алжирской дипломатии Лахдар Брахими (Lakhdar Brahimi), долгое время проработавший в Организации Объединенных Наций. Женевский процесс застопорился, когда Брахими попытался навести мосты между поддерживаемой США сирийской оппозицией, которая настаивала на отставке Асада, называя это предварительным условием для начала переговоров о будущем Сирии, и Россией, которая продолжала утверждать, что правительство Асада должно участвовать в определении будущего своей страны.

Переговоры осложняла эскалация боевых действий в Сирии, где противники Асада, пользуясь той огромной военной помощью, которую они получали от США, Саудовской Аравии и государств Персидского залива, начали одерживать военные победы, что поставило под сомнение женевский процесс.

К июню 2013 года дело дошло до того, что США, ссылаясь на обвинения в адрес сирийского правительства в применении нервно-паралитического отравляющего вещества против повстанческих сил, задумались о создании бесполетных зон на севере Сирии и вдоль иорданской границы. Они называли это гуманитарной акцией, призванной создать зоны безопасности для гражданского населения Сирии, бежавшего от боевых действий. Но на самом деле, эти бесполетные зоны имели другую цель: выделить большие участки сирийской территории, где оппозиция могла бы организоваться и подготовиться к войне под защитой американской авиации, не опасаясь возмездия сирийских властей.

США использовали идею о применении в Сирии химического оружия для оправдания военных действий против сирийского режима. И это была не какая-то там гипотетическая угроза. В 2012 году президент Барак Обама объявил, что применение сирийским правительством химического оружия будет считаться «красной чертой» и заставит США начать действовать. Когда в августе 2013 года в Гуте произошел серьезный инцидент с химическим оружием (убедительных доказательств чьей-либо вины нет; США и НАТО утверждают, что за атаками стоит сирийское правительство, а Россия и сирийские власти заявляют, что их осуществили противники Асада из оппозиции, чтобы заставить США начать интервенцию), — вот тогда казалось, что Америка вот-вот вмешается.

Но идея начать крупную войну в Сирии была непопулярна в США, потому что в памяти еще были свежи воспоминания об Ираке. И когда Обама в сентябре 2013 года встретился в Санкт-Петербурге на саммите «двадцатки» с российским президентом Владимиром Путиным, русские предложили решение проблемы: уничтожить сирийское химическое оружие под надзором Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО). Когда госсекретарь Джон Керри сказал, что такое возможно, Россия и Сирия тут же этим воспользовались, и это стало одним из величайших достижений нашего времени в области разоружения, за что ОЗХО в 2013 году получила Нобелевскую премию мира.

Ликвидация сирийского химического оружия была колоссальным успехом, но Россия не получила признания за свои усилия, хотя именно она сыграла основную роль в подготовке и реализации этого процесса. Москва надеялась, что процесс разоружения приведет к повышению международного доверия к правительству Асада, а это, в свою очередь, обеспечит дипломатический прорыв в Женеве. Но все оказалось иначе. Запланированная на 2014 год крупная мирная конференция в Женеве потерпела крах, а попытки возобновить неудавшиеся переговоры сошли на нет из-за эскалации насилия в Сирии, поскольку вооруженная оппозиция, почувствовав, что побеждает, активизировала наступление на силы сирийского правительства.

Ситуация в Сирии в 2013 году еще больше осложнилась, когда организация «Аль-Каида в Ираке» сменила название на «Исламское государство» (обе террористические организации запрещены в России — прим. перев.) и приступила к созданию так называемого халифата на неуправляемых территориях восточной Сирии и западного Ирака. Объявив своей столицей сирийский город Ракку, «Исламское государство» (организация, запрещенная в России — прим. ред.) в начале 2014 года перешло в масштабное наступление, захватив большие участки территории в Сирии и Ираке, включая иракский город Мосул. К 2015 году сирийское правительство, испытывавшее на себе мощнейшее давление со стороны антиасадовских повстанцев и сил «Исламского государства», оказалось на грани краха.

Похоже, что Запад в лице США и их европейских союзников не учел в полной мере последствия от захвата Сирии группировками, руководствующимися радикальной исламской идеологией, поскольку он продолжал направлять военную помощь повстанческим силам. Но для России, которая уже имела опыт борьбы с мусульманскими сепаратистскими движениями на Кавказе, такая перспектива представляла огромную угрозу, поскольку тысячи российских граждан воевали на стороне «Исламского государства» и антиасадовской оппозиции. Было логично предположить, что они вернутся в Россию после победы в Сирии и продолжат свою борьбу. В сентябре 2015 года Путин призвал российский парламент утвердить решение о вмешательстве российской армии на стороне сирийского правительства. Парламент принял соответствующую резолюцию, положив начало одной из самых успешных военных интервенций нашего времени.

Российское вмешательство имело решающее значение. ВВС России почти сразу переломили ситуацию на поле боя, дав сирийской армии возможность после нескольких лет поражений начать наступление на антиправительственную оппозицию и на силы «Исламского государства». Российское вмешательство привело к тому, что «Хезболла» и Иран направили в Сирию десятки тысяч своих бойцов, которые помогли изменить ход войны в пользу сирийского правительства. Благодаря присутствию российских войск прекратились все разговоры о западной военной интервенции, а также были созданы условия для того, чтобы сирийские правительственные войска отвоевали значительную часть территории, захваченной ИГИЛ и антиправительственными повстанцами.

Невоспетый миротворец

Связь между военными действиями и дипломатией весьма деликатная. Для некоторых стран, таких как США, дипломатия является просто прикрытием, облегчающим проведение боевых действий. Яркий тому пример — попытки американской дипломатии накануне вторжения в Ирак в 2003 году добиться от Совета Безопасности ООН соответствующей резолюции в поддержку вторжения. Для России же решение о военном вмешательстве в Сирии не было самоцелью. Скорее, это было средство, при помощи которого Москва смогла бы формировать политический ландшафт, ведущий к реальному политическому урегулированию. С точки зрения России, «Женева II» оказалась пустышкой, потому что в этом процессе начала доминировать Саудовская Аравия и ее антиасадовские марионетки.

В январе 2017 года Россия предприняла дипломатическое наступление, инициировав собственный процесс мирного урегулирования. Для этого она провела в столице Казахстана Астане серию встреч на высшем уровне. Этот процесс объединил Турцию, сирийское правительство, Иран и Россию, быстро потеснив «Женеву II» и став самым эффективным механизмом по обеспечению мирного урегулирования сирийского конфликта. Напрямую связав дипломатические переговоры с боевыми действиями на местах, Астанинский процесс стал востребованным и полезным, чего не хватало «Женеве II». Россия, со своей стороны, сумела уговорить Турцию отказаться от требований об уходе Асада, и теперь Анкара придерживается иной позиции, признавая (по крайней мере, пока) территориальную целостность сирийского государства, а Асада — законным лидером Сирии. Астанинский процесс был продолжительным, и в нем присутствовали свои взлеты и падения. Однако сегодня он стал фундаментом мирного урегулирования, у которого, в отличие от предшественников, есть реальные шансы на успех.

Преодолеть попасть между изяществом дипломатии и свирепой жестокостью военных действий — одна из самых трудных задач, какие только можно себе представить. ООН, со своей стороны, проводит так называемые миротворческие операции, которые дают неоднозначный эффект. Признавая важность и трудность этой работы, Нобелевский комитет в 1988 году вручил премию мира ооновским миротворцам. Когда пришло время претворять в жизнь достигнутые в Астане дипломатические решения, Россия пошла на невероятный шаг, поручив выполнение этой задачи своей военной полиции. Это относительно новое формирование в российской армии, созданное в 2012 году. Военная полиция получила широкий круг задач, включая защиту конвоев, обеспечение безопасности на местах, восстановление закона и порядка и переселение людей.

В конце 2016 года, когда сирийская армия готовилась к освобождению города Алеппо от повстанческих сил, Россия направила в Сирию батальон военной полиции. В его задачи входило не ведение боевых действий, а восстановление мира и порядка, а также завоевание доверия гражданского населения, которое боялось возмездия со стороны победоносной сирийской армии.

По всем показателям российская военная полиция действовала превосходно, и вскоре Министерство бороны отправило в Сирию еще несколько батальонов этих новоиспеченных миротворцев. Они очень быстро обрели репутацию справедливых арбитров по многим соглашениям о прекращении огня, которые были заключены благодаря Астанинскому процессу. Российская военная полиция оказалась вездесущей. Она поддерживала порядок на ничейной полосе, разделяющей воюющие стороны, сопровождала автоколонны с боевиками и их семьями в зоны безопасности и обеспечивала охрану инспекторов ОЗХО.

Сегодня на севере Сирии разыгрывается финал сирийского конфликта. Примкнувшие к «Аль-Каиде» остатки антиасадовской оппозиции окопались в своей последней цитадели в провинции Идлиб, и их разгром совместными усилиями российских и сирийских вооруженных сил практически гарантирован. Американская интервенция на северо-востоке Сирии, начатая в 2015 году с целью разгрома «Исламского государства», но к 2017 году переросшая в средство дестабилизации режима Асада, сошла на нет перед лицом меняющейся геополитической реальности, и этому во многом способствовало объединение усилий российской дипломатии в Астане и военные действия в Сирии под руководством русских.

Уговорив Турцию отвернуться от США, Россия начала диктовать условия в Сирии. Она дала добро на турецкое вторжение, но при этом развернутые на севере американские войска оказались в безвыходном положении, и были вынуждены эвакуироваться. Соединенные Штаты сохраняют свое военное присутствие в Сирии, заняв пограничный переход Ат-Танф и несколько военных укрепрайонов вдоль восточного берега Евфрата, чтобы обеспечить безопасность на близлежащих сирийских нефтепромыслах. Но способность США обеспечить тыловое снабжение этих войск вызывает сомнения, в силу чего их уход из Сирии через какое-то время просто неизбежен.

Более того, вынудив американцев уйти из северо-восточной части Сирии, Россия сломала хребет поддержанной Вашингтоном курдской автономии Рожава, и тем самым предотвратила большую войну между Турцией, курдами и США.

Согласившись на турецкое вторжение в северную Сирию, русские сослались на Аданский договор от 1998 года, который гарантирует нерушимость сирийских границ. Эти процессы, предусматривающие стабилизацию обстановки на турецко-сирийской границе, разгром антиасадовских сил в Идлибе, выдворение американцев с сирийской земли и включение курдов в состав будущего сирийского правительства, будут долгими и сложными, причем положительный результат отнюдь не гарантирован. Но с уверенностью можно сказать одно. Шансов на восстановление мира в Сирии сегодня гораздо больше, чем в любой из периодов, начиная с 2011 года. И то обстоятельство, что Россия направила дополнительные батальоны военной полиции в эту страну, чтобы следить за соблюдением перемирия, является хорошим знаком и сулит успех.

Хотя Россия буквально вырвала победу из пасти поражения, в США российские достижения в Сирии всячески замалчивают, чему способствует оголтелая русофобия, просочившаяся во все сферы внутриполитического дискурса. В обычных обстоятельствах достижения России в Сирии были бы достойны Нобелевской премии мира, которую надо вручить если не российским дипломатам и руководителям, которые выковали мир на наковальне войны, то по меньшей мере российской военной полиции, чьи действия в Сирии соответствуют любому определению гуманитарного миротворчества.

Со временем зарубежные историки дадут должную оценку тому, чего Россия добилась в Сирии. Она положила конец внутреннему конфликту, который легко мог перерасти в многолетнюю войну с региональными и глобальными последствиями.

Смогут ли это сделать американские историки, большой вопрос. Но факт остается фактом: в предстоящие годы будут рождаться дети, чьи родители выжили в сирийском конфликте только благодаря честным посредническим услугам России. Преднамеренно или нет, но российская дипломатия помешала Америке встать на катастрофический путь во внешней политике. Весьма сомнительно, что американцам хватит нравственного мужества, чтобы заявить об этом открыто. Но знающие правду должны найти время между артобстрелами антироссийской пропаганды, чтобы шепнуть: «Спасибо, Путин».

Нравится нам это или нет, но русские в Сирии спасли нас от нас самих.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.