Наше мышление, как внутриполитическое, так и глобальное, сильно ангажировано, и Россию нередко малюют коварнейшим из наших противников. У этого мышления давнишняя подоплека. Едва ли не больше всего переживаний вызывает технологическое соперничество — достаточно вспомнить, каков эффект из-за репутации советского руководства произвел запуск в космос первого спутника и собаки Лайки. Восстановить американское преимущество удалось лишь высадкой на Луну и экспедицией на Северный полюс подлодки «Наутилус».

В архивах Джорджтауна мне удалось найти свидетельства, что далеко не все русские — наши завзятые противники. И далеко не всегда. Один из примеров — «русская» эпоха Джорджтаунского университета и ордена иезуитов, который его основал.

Орден основал Игнатий де Лойола в 1534 году в Париже. Его сподвижники приняли обет бедности, целомудрия и полного послушания папе. Их принципы и их реализация оказались весьма успешными — особенно в сфере образования. Глобальной экспансии и росту влияния иезуитов способствовала и штаб-квартира в Риме с ее близостью к папской обители.

Однако не все шло гладко. Несмотря на их успех, — а может, наоборот, из-за него — в 1773 году на иезуитов объявил гонения не кто иной, как их главный покровитель папа Климент XIV. Глава мирового католичества разослал главам государств папскую буллу с конкретными инструкциями об упразднении ордена иезуитов. Крупнейшие на тот момент католические страны Европы — Португалия, Испания, Франция и Австро-Венгрия папский указ приняли. Иезуитство оказалось под угрозой гибели. От вымирания орден спасло вмешательство российской политики.

В то время российской императрицей и защитницей православия была Екатерина Великая. Одной из главных своих задач она считала вывести Россию в международные лидеры, подняв до уровня других великих держав. Добиться этого можно лишь повысив образовательный уровень и аналитические способности российского населения и знати, считала она. Иезуиты к тому моменту уже основали массу образовательных учреждений, и их достижения императрицу впечатлили. Поэтому она ничуть не обиделась, когда иезуиты попросили, чтобы папскую буллу императорский двор не публиковал — или попросту «не получал». Она позволила иезуитам не только выбрать Россию своей новой штаб-квартирой, но и увеличить численность ордена.

В результате все иезуиты — в том числе в Балтиморе, штат Мэриленд, — перешли в российское подданство вместе со своими учреждениями. Эти особые отношения сохранялись до 1814 года, пока папа Пий VII не восстановил их в правах. Джорджтаунский университет и его иезуитский факультет снова стали американскими.

Отсюда можно извлечь несколько уроков. Во-первых, политические невзгоды с целью полного уничтожения противника не всегда окончательны, — нередко существует обходной маневр. Во-вторых, решающее значение для продвижения той или иной повестки дня может иметь международная ориентация. В-третьих, противники и традиции не должны оставаться незыблемыми и нерушимыми, — наоборот, при анализе ситуации необходимо учитывать и новую перспективу. В-четвертых, сильные стороны и уникальный опыт могут выделить на международной арене того или иного игрока и привести к созданию совершенно неожиданных союзов.

Судя по всему, кратковременная русификация Джорджтаунского университета пошла на благо не только России, но и самому университету. Возможны ли иные стратегические связи? Надо отделить медведей от быков и помнить, что где-то всегда есть «медвежий» рынок (на американском биржевом сленге рынок с тенденцией к повышению называется «бычьим», а к понижению — «медвежьим», прим редакции ИноСМИ).

Профессор Майкл Чинкота преподает международный маркетинг и бизнес в Джорджтаунском университете. В прошлом — заместитель помощника секретаря министерств торговли США в администрации Рейгана.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.