1 января поверенный в делах США Уильям Тейлор завершает работу на Украине и уже на следующий день отбывает в Вашингтон. Вскоре, как ожидается, президент Трамп официально представит кандидатуру нового посла, а до этого времени посольством будет руководить заместитель Тейлора.

Об отъезде Тейлора было объявлено лишь в декабре, и многие восприняли это решение как наказание за участие дипломата в слушаниях по импичменту президента Трампа.

Как известно, этот дипломат стал одним из ключевых свидетелей на слушаниях в конгрессе, раскрыв детали того, как именно Белый дом давил на Владимира Зеленского. В общении с конгрессменами он не скрывал, что критически относится к [этой] стратегии, а особенно — к решению Вашингтона приостановить помощь Украине.

Словом, Трампу было за что обижаться на руководителя посольства, назначенного им вместо посла Мари Йованович, которую он также со скандалом отправил весной в отставку. Между тем, сам Тейлор всячески подчеркивает, что о конфликте речь не идет. Он говорит, что его отъезд не является отзывом, и уверяет, что все равно должен был бы уехать в январе.

В своем прощальном интервью для нескольких украинских журналистов, включая редактора «Европейской правды», посол старательно избегал комментариев об американской политике и уверял в поддержке Украины обеими ключевыми американскими партиями — и сторонниками Трампа, и его оппонентами.

Далее —  цитаты из ответов Уильяма Тейлора об Украине и России, о Зеленском и Путине, о деле Шеремета, о реформах и о многом другом.

Об отъезде из Украины

Все — и я, и посольство, и Вашингтон — с самого начала понимали, что мое назначение является временным.

Я возглавил посольство как исполняющий обязанности, без прохождения официальной процедуры. В США законодательство устанавливает предельный срок, в течение которого такую должность может занимать временный управляющий, назначенный без согласования — это 210 дней, и этот срок подходит к концу (на день отъезда Тейлора пройдет 198 дней с момента его приезда на Украину. — Здесь и далее курсивом добавлены комментарии и дополнения от ЕП).

Итак, моя миссия заканчивается. Я улетаю из Украины ровно за неделю, но уверен, что вернусь — ведь я много лет интересуюсь Украиной и не планирую останавливаться на этом.

О влиянии импичмент-скандала на будущее отношений США и Украины

Я не думаю, что эта история будет иметь длительное разрушительное воздействие на американо-украинские отношения.

Несмотря на всю неоднозначность нынешней ситуации, Вашингтон осуществляет поддержку и проявляет уважение к Украине. Мы видим это постоянно! Посмотрите на голосование по оборонному бюджету в конгрессе, который ввел санкции против «Северного потока — 2». Там была мощная двухпартийная поддержка, в сенате голоса разделились 86 на 8!

Кроме того, этот оборонный бюджет повысил на 50 миллионов долларов военную помощь на безопасность — с недавних пор ставшую столь известной (потому что именно эту помощь замораживал Трамп, чтобы, как утверждается, повлиять на Зеленского), и теперь она составляет 300 миллионов долларов.

Эта помощь еще не поступила на Украину. Для ее отправки нужны два решения: о ее выделении (authorization bill) и о назначении (appropriation bill). Первое уже принято — это и есть оборонный бюджет. Второй закон, который детализирует распределение бюджета, будет принят в следующем году.

Но содействие Украине обосновано уже сейчас, и оно пользуется поддержкой абсолютного большинства в Конгрессе.

О заявлениях Трампа и республиканцев о «коррумпированной Украине»

Коррупция существует повсюду. В США она тоже есть, и это серьезная проблема!

Но, конечно же, Украина не является третьим самым коррумпированным государством в мире! (какой назвал ее президент Трамп) Посмотрите на рейтинги уровня коррупции в государствах мира, и вы поймете, что Украина находится в середине списка, и медленно продвигается кверху, то есть ситуация улучшается.

Тем не менее, идут постоянные разговоры о вашем государстве, многие американцы именно сейчас узнали, где вообще находится Украина. Узнали, что Украина борется с Россией, что у нее молодые руководители и что она стремится присоединиться к Европе. Это уже важно!

Несомненно, теперь нужно объяснить американцам, что Украина — это растущая демократия и растущая экономика.

Надо, чтобы инвесторы поверили в Украину. Надеюсь, что первые признаки этого мы увидим уже весной, когда ваше правительство планирует провести приватизацию. Это станет проверкой.

Украина способна стать очень привлекательным для инвесторов местом. Но для значительного улучшения нужно, чтобы инвесторы доверяли вашей системе правосудия. Это потребует времени, но вы уже следуете по этому пути — определенные действия наподобие реформы прокуратуры являются доказательством этого. Как вы знаете, тестирование в генпрокуратуре отсеяло 55% прокуроров, которые там работали. Это — впечатляющий результат.

О новой власти Украины

Они двигаются в правильном направлении и движутся быстро. Кто-то говорит, что даже «слишком быстро», упрекая власть из-за «турборежима», но я не считаю правильным просить новую власть о замедлении этого движения. Вспомните, как недавно все критиковали Украину за недостаточное ускорение реформ!

Украинская власть понимает риски. Они говорят нам: да, мы можем делать ошибки из-за быстрого движения, но мы сможем их исправить.

О «красных линиях» Зеленского в отношении России

Я считаю, что Зеленский понимает риски и готов рисковать для достижения того, к чему стремятся украинцы.

Украинцы хотят, чтобы война прекратилась, чтобы российские солдаты перестали стрелять в украинских. Но этого не произойдет, если не предпринимать рискованных шагов, таких как разведение войск. Да, оно было практически полностью односторонним, и до определенного уровня небезопасным. Но посмотрите, что произошло после: благодаря разведению сил Зеленский встретился с Путиным и на этой встрече выдержал его давление, сказав «нет» на предложения, которые звучали.

Это, на мой взгляд, доказывает, что, несмотря на готовность рисковать, Зеленский понимает, что существуют те риски, на которые идти нельзя. Вполне очевидно, что он видит «красные линии» и услышал многочисленные рекомендации, которые звучали перед встречей в Париже.

США открыто критикуют Россию за враждебные, агрессивные действия. У нас нет проблем с тем, чтобы прямо обвинять Россию во вторжении на Украину, в нападении на Крым, в ведении войны в Донбассе. Но у нас есть отличие от Зеленского: мы не ведем эти переговоры с Путиным, которые ведет он.

Зеленский, несомненно, понимает факты. Он знает, что это русские вторглись на Украину, что это они убивают украинских солдат. Но он также должен взвешивать риски своих слов и шагов.

О возможности деоккупации Донбасса

Я думаю, что за год-два возможно достичь договоренности о том, что русские уйдут из Донбасса. А вот Крым — это вопрос значительно более продолжительного времени.

Ключевой, самый сложный вопрос по Донбассу — это передача границы. Но, возможно, нужно искать срединное решение, по которому россияне передают контроль над границей не украинскому правительству, а международным силам. Нет, не сепаратистам, не марионеткам РФ, а действительно международным посредникам.

Это может быть определенная расширенная миссия ОБСЕ. Это может быть ООН и тому подобное. Но эта международная сила должна контролировать границу и гарантировать такой уровень безопасности, при котором будет возможно провести выборы. Ведь выборы на этой территории не могут состояться, пока там присутствуют россияне и пока россияне контролируют границу.

(Зачем это Путину?)

Вы полностью правы — чтобы это сработало, Путин должен захотеть уйти. Причины этого? Санкции! Они работают, и они действительно болезненны. Я думаю, Путин и сейчас хотел бы от них избавиться. Поэтому нужно готовить путь, который позволит ему выйти с Донбасса, сохранив лицо.

О деле Шеремета

Все сложно и запутано. Я не могу сделать вывод, для этого не хватает информации.

Аваков неделю назад провел очень подробный брифинг для нас, иностранных послов. Это было закрытое общение, поэтому я не могу предоставить вам детали (касающиеся дела), но могу сказать, что они провели очень глубокое расследование. Сейчас Украина запрашивает международную помощь, хочет получить совет, касающийся этого расследования от зарубежных правоохранителей. Мне известно, что некоторые из нас (послов государств — партнеров Украины) сейчас изучают, чем бы мы могли помочь.

Но в то же время я читаю, что пишет украинская пресса, и прекрасно понимаю, что к расследованию есть вопросы, все больше и больше вопросов.

Я не уверен даже в том, что лично Аваков убежден (в вине тех, кому предъявлены официальные обвинения).

Он, когда рассказал нам о расследовании, то не представил своих выводов, а только сказал, что впереди «много работы». Поэтому я действительно не думаю, что он сам уверен.

О судебной реформе Зеленского

Не секрет, что у международного сообщества есть противоречивое мнение, касающееся этой реформы. Один из ключевых вопросов — количество судей верховного суда, будет их 100 или 200, и если останется 100, то поднимается вопрос, какие именно судьи должны пройти повторную проверку.

Один из главных аргументов наших европейских коллег в пользу сохранения 200 судей — это то, что в ВСУ в очереди на рассмотрение слишком много дел, а уменьшение количества судей будет означать, что очередь может вырасти.

Поэтому, возможно, частью реформы может быть уменьшение количества дел, которые могут поступать в верховный суд — чтобы они не рассматривали каждое дело, а устанавливали прецеденты. Как это работает, к примеру, в США.

О противоречивой реформе СБУ

Закон о службе безопасности Украины все еще в работе.

В какой-то момент действительно уже появился готовый проект, который поступил в офис президента, но, насколько я знаю, офис президента вернул этот документ, объяснив, что там не все гладко. Это произошло, кажется, пару недель назад.

По моей информации, сейчас ведутся серьезные дискуссии, в том числе по функциям СБУ после реформы. И США, и более широкое международное сообщество предоставили Украине свои рекомендации о том, что служба должна сфокусироваться на контрразведке и защите государственной тайны, а не на экономических расследованиях.

О продаже Мотор Сич китайцам

Мотор Сич сейчас ищет инвесторов, и уже есть несколько заинтересованных компаний, как американских, так и из других стран. Уже ведется проверка объекта инвестирования, проводятся визиты на завод. Они проверяют финансовую ситуацию, общаются с владельцами.

США помогают в этом поиске. Некоторых мы помогли найти, это те, кто сам пришел к нам — а мы соединили их с нужными людьми в Мотор Сич и в украинском правительстве.

То есть продажа Мотор Сич (китайскому покупателю) еще не завершена. Антимонопольный комитет отложил принятие окончательного решения на основании того, была ли законной и соответствовала ли правилам такая масштабная концентрация акций в руках китайцев. В СМИ появлялись упоминания о том, что материнская компания китайской компании, вероятного покупателя Мотор Сич, является банкротом. То есть, возможно, появятся вопросы о финансовой стабильности китайского покупателя. И это — в дополнение к тому, что они еще имеют проблемы в антимонопольном комитете.

Джон Болтон был здесь, и в разговоре с украинскими властями указал на опасности и уязвимости, которые получит Украина, если согласится на большие китайские инвестиции в компании, владеющими критическими технологиями. Похоже, что его услышали.

Об огромном уровне отказов в выдаче американских виз

Я знаю об этой проблеме. Должен сказать, что уровень отказов в последнее время уменьшается — он сейчас меньше 50%.

Главный вопрос — это неуверенность в том, вернутся ли на Украину те, кто получил визу. Если человек сможет убедить визового офицера, что вернется домой, то он получит визу. Если же не сможет убедить в этом или появятся основания для подозрений, что человек останется в США, то получить визу будет сложно.

О российской агрессии, которую в США не ожидали

Когда я впервые приехал сюда послом в 2006 году, меня кто-то из журналистов спросил: вы работали в Афганистане, в Ираке, занимались израильско-палестинским конфликтом, а теперь вас назначили на Украину. Так что, нам ждать войны? Я помню свой ответ. Я тогда сказал: наоборот, меня послали на Украину как вознаграждение за то, что я служил в Афганистане, в Ираке и тому подобное. Поэтому меня наконец назначили в спокойное место.

И это действительно было так! Тогда Украина была спокойным местом. Да, были политические игры — Ющенко, Тимошенко, Янукович, но тогда это была чистая политика. Действительно, возникали вопросы НАТО, языка, ориентации на Россию или на Запад, но о возможности войны речь не шла вообще. Мы не предполагали такой возможности даже в 2009 году, когда я покидал Украину.

Мы действительно так считали, несмотря на то, что на тот момент уже прошла российско-грузинская война.

Я напомню, что в 2008 году, когда Россия вторглась в Грузию, это произошло через четыре месяца после Бухарестского саммита, на котором Грузии и Украине отказали в предоставлении ПДЧ в НАТО. Конечно же, возник вопрос, нет ли подобной угрозы для Украины. Ведь Россия могла принять то решение саммита НАТО как разрешение делать такие вещи безнаказанно.

И хотя сейчас это может удивить, но я скажу искренне: я тогда не видел опасности войны на Украине.

Вероятно, мы должны были это предвидеть. И кое-кто предупреждал об этом еще тогда! Однако ни я, ни США в целом, в 2009 году не переносили грузинские события на Украину, мы не верили в вероятность их повторения на Украине. К сожалению, через пять лет это стало реальностью.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.