Лето 1986 года, Рейкьявик, Исландия. Президент США Рональд Рейган и генеральный секретарь КПСС Михаил Горбачев встретились на этом острове в Атлантике, преодолев каждый свою половину пути. В очередной раз они решили попытаться через ядерное равновесие супердержав выстроить систему безопасности мира на долгие годы.

С одной стороны, оба были заинтересованы в том, чтобы сдерживать и контролировать новых претендентов на членство в ядерном клубе. С другой стороны, оба, работая вместе и в то же время противоборствуя, хотели развивать систему ядерного паритета, ограничивать расходы на вооружение и всегда быть в курсе того, что затевает противник.

Эта была странная игра, где речь шла о судьбе планеты и где мирное существование зависело от возможности обоюдного уничтожения.

Во время одного из перерывов в переговорах команды Рейгана и Горбачева услышали, как эти два самых влиятельных человека планеты смеются над шуткой особого рода: нужно, чтобы Земля оказалась под угрозой вторжения космических пришельцев, — это положит конец конфликту Востока и Запада.

Космические пришельцы пока на Землю не прибыли, но они выслали свой авангард. После трех месяцев глобального кризиса, вызванного коронавирусом, мир смог обрести опыт общения с убийцей, какого еще никогда не было и который лишь посмеивается над всеми попытками его одолеть.

Неслышный, невидимый, беспощадный, постоянно меняющийся и труднопобедимый, он держит мир в напряжении. То, что созданная именно для таких случаев Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) с борьбой не справляется, очевидно. Более того, она уже начала искать виноватых, встав на сторону Китая и противопоставив себя США.

Вирус, этот агрессор, орудующий везде и взявшийся ниоткуда, может дать международному сообществу и его лидерам некоторое представление о том, что случится с планетой, когда долгий ядерный мир, придававший структуру холодной войне, больше не сможет определять стратегическую архитектуру.

Это будет уже не «глобальный ноль» для ядерного оружия, а запутанный и неуправляемый мир, недоступный человеческому понимаю. Стук копыт всадников апокалипсиса уже слышен.

Наступил «конец истории» — такая благая весть прозвучала летом переломного 1989 года из Америки. Ее уверенно подтвердили Госдепартамент и корпорация RAND. Но это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Демократия и рыночная экономика, казалось, победили на веки вечные. Европейцы не могли поверить своему счастью, не могли нарадоваться дивидендам от наступившего мира, а 300 тысяч американских солдат, которые во время холодной войны обеспечивали в Европе «расширенное устрашение» и глобальное равновесие сил, приготовились надолго распрощаться с европейским равновесием.

Никто не вспоминал, что после Первой мировой войны американцы, завоевав победу и проиграв мир, сели на корабли и оставили Европу на откуп ее старым демонам и что это предопределило несчастье, обрушившееся на нее позже.

Когда началась новая эпоха мировой истории

В 1989 году в какой-то счастливый момент показалось, что мировая история вступила в новую эпоху, чем порадовала человечество.

Тогда под влиянием происходящего Фрэнсис Фукуяма (Francis Fukuyama) решил через журнал The National Interest провозгласить наступление нового мирового порядка made in the US («сделано в США»), но, как оказалось вскоре, он лишь едва соприкоснулся с духом того времени.

Советский Союз без постороннего вмешательства погиб от болезни, которой страдают все великие державы, её название — «имперское перенапряжение». Европейцы, выдавая желаемое за действительное, решили, что обрели вполне приемлемый — и, главное, недорогой — проект будущего.

В этом иллюзорном проекте они пребывали около 30 лет — время активной жизни одного поколения. Затем координаты мирового порядка вновь нарушились.

Америке надоело руководить миром и платить за это деньгами и кровью. America first! («Америка прежде всего») — на этот лозунг старого изоляционизма европейцы не знали, что ответить. Вновь понадобилось «расширенное устрашение» с помощью НАТО. Но просто протрубить сбор оказалось недостаточно.

Китай неудержимо вырастает в мировую державу. Тот, кто сам себя называет «срединным государством», нацелился на большее, чем просто экономическое процветание. Скорее всего, речь идет о всеобъемлющей претензии на мировое лидерство, для которого «Новый Шелковый путь» должен будет служить экономической и финансовой основой.

Россия при Владимире Путине пока еще занята разгребанием имперских развалин, но и она стремится назад в мировую политику.

Новые технологии расшатывают ядерную архитектуру

Но не только мировые державы изменяют стратегические уравнения. Это делают и новые технологии, которые уже давно ставят под сомнение ядерную архитектуру.

Цифровизация всех сторон жизни затронула и военную сферу. В связи с этим невольно возникает вопрос, что станет с ядерным устрашением в условиях цифровизации всех военных областей, в том числе противоракетной обороны, использования и милитаризации околоземного космоса, миниатюризации ядерного оружия.

Долгий ядерный мир основывался на принципе «взаимного гарантированного уничтожения». По-английски это звучит как Mutual Assured Destruction, сокращенно MAD, что по горькой иронии судьбы можно прочитать как «безумный». Совсем как у Шекспира: в этом безумии есть система.

В любом случае военные обеих сторон понимали, что в такой войне не будет разницы между победой и поражением. В конце концов, в этом и заключалась плодотворность ядерной системы, которая через отрезвляющий страх вынуждала поддерживать нечто вроде договоренности о мире.

Теперь это в прошлом. Среди низвергающих все основы изменений нынешней эпохи — не только всепроникающая цифровизация, как бы дающая агрессору шапку-невидимку. В самой логике контроля вооружений заложено то, что вдвоем их можно определять, контролировать и применять.

В десятилетия холодной войны Китай еще можно было не посвящать во все тонкости взаимного устрашения и контроля вооружений — тогда он еще не обладал необходимой массой. Но в будущем концепцию контроля вооружений придется разрабатывать, обдумывать и отслеживать как минимум втроем. Но такого опыта нет, и сейчас открыт конкурс на замещение должности современного Сизифа, но кандидаты вряд ли найдутся.

Стратегическая стабильность, как учит корифей Генри Киссинджер, возникает из равенства или из гегемонии, а в реальности образуется где-то посередине.

Но паритеты холодной войны утрачены, атлантическому «Американскому миру» тоже скоро придет конец.

Но не только цифровой мир и возрождение Срединного государства изменяют всеобщую геометрию контроля вооружений. Использование околоземного космоса тоже никак не облегчает задачу по разработке правил большой игры.

И наконец, менее значимые нации тоже рвутся в ядерный клуб — сначала Индия, потом Пакистан, сегодня Северная Корея и Иран. Мир стоит перед лицом опасности ядерной анархии, от которой предостерегал еще президент Джон Кеннеди.

Режим нераспространения ядерного оружия 1960-х годов с США и Россией в главных ролях, с Великобританией и Францией на вторых ролях и с Китаем за пределом системы сегодня уже не отражает динамики расстановки сил, не говоря уже о том, чтобы ее регулировать.

Возможна ли надежная система безопасности, поддерживаемая мировыми державами? Это уже давно вопрос всех вопросов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.