От редакции: президент США Трамп подписал указ о реформе полиции. Представляем нашим читателям один из дискуссионных материалов на эту тему.

Работа американской полиции выйдет в корне измененной из нынешнего «протестного июня». Вопрос только в том, будут ли это изменения в лучшую сторону. Итак, давайте рассмотрим три вероятных сценария для перемен: по первому, надо улучшать существующую систему; по второму — нужно предпринять более амбициозные шаги, но и рискнуть придется большими потерями; а вот по третьему варианту нас ждет такое, что этого варианта стоит избегать любой ценой.

Большая сделка

На данный момент все, кроме людей из профсоюза полицейских, согласны: американские полицейские слишком хорош защищены от ответственности. Возможность бороться за коллективные договоры делает нарушения со стороны полицейских более рутинной ситуацией, потому что коллективные договоры составлены таким образом, что дисциплинарная ответственность наступает только в самых крайних случаях. Слишком трудно увольнять плохих полицейских, слишком просто снова взять проштрафившегося копа на работу. А еще — слишком большие проблемы возникают при попытке подать на полицейского в суд, а еще большие — добиться вердикта «виновен», когда речь идет о неправомерном действии со стороны полицейского. Все это означает, что полицейским часто сходит с рук нарушение прав граждан, насилие, а то и убийство.

С другой стороны, журналист Чарьльз Фейн Леман прав, когда пишет в газете The Washington Free Beacon: полицейские департаменты вовсе не так залиты деньгами, как это представляют себе активисты движения «Оставь полицию без фондов». В процентном отношении к общему объему бюджетов, доля полиции в федеральном бюджете и в бюджетах отдельных штатов возросла в 1990-е годы. Но в последовавшие затем два десятилетия эта доля оставалась на том же уровне или просто падала. (Одной из причин мощной правовой защиты полицейским является то, что иначе местным властям придется платить им больше денег.) Несмотря на частые обвинения, что США тратят на полицию слишком много, в процентном отношении к ВВП Евросоюз тратит на полицейских на 33 процента больше, чем США. При этом европейцы тратят на тюрьму намного меньше нас, американцев.

Есть важные причины признать, что европейцы действуют более осмысленно, чем мы — они знают, что делают. Более мощное присутствие полицейских сил на улице уменьшает преступность — причем значительно. И даже в тех американских местностях, которые страдают от жестокости полиции, копы далеко не вездесущи: их порой не хватает даже для серьезного предварительного расследования убийств.

Отсюда возникает необходимость большой сделки: дать полиции больше денег, одновременно сокращая защищенность отдельных полицейских от дисциплинарной ответственности, каковая защищенность была достигнута ими благодаря активной позиции их профсоюзов. Таким образом мы убьем двух зайцев: решаем проблему плохих полицейских, а вместе с ней и проблему отсутствия полицейских в тех случаях, когда они нужны.

Можно нанять больше сотрудников, увеличить долю полицейских из меньшинств, уволить плохих сотрудников, да еще и получить средства и свободной время для подготовки и переподготовки персонала. Получив больше денег, департаменты полиции получат хоть какую-то компенсацию за утерю их нынешнего статуса неприкосновенных и ненаказуемых. Такой вариант сделки дал бы полиции и больше народного доверия, и больше эффективности, а граждане получили бы защиту и от преступников, и от сотрудников типа Дерека Шовина (полицейский, убивший удушающим приемом темнокожего правонарушителя Джорджа Флойда, тем самым развязав нынешнюю кампанию расовых протестов — прим. ред.).

Представьте себе другую полицию

Есть, впрочем, и другие варианты, помимо большой сделки. Если большая сделка все-таки оставляет нас с той системой полиции, которую мы имеем, есть предложения от людей, которые представляют себе совсем другую полицию. Есть мыслители, которые хотят освободить полицию от несвойственных ей функций — такова, например, позиция сотрудника журнала Atlantic Дерека Томпсона. В предлагаемой такими людьми системе останется лишь «здоровое ядро» полицейских, которым будет поручено предотвращение и предварительное расследование преступлений. Зато такие вещи, как борьба с ДТП, работа со звонками на предмет оказания психиатрической помощи, работа с бездомными — все это можно передать командам безоружных регуляторов дорожного движения и соцработников.

Идя дальше по пути освобождения полиции от несвойственных ей функций, социолог из Принстонского университета Патрик Шарки (Patrick Sharkey) высказывается в пользу того, чтобы и в борьбе с преступностью наделить местные общины большей ответственностью (а значит, и дать им больше денег). По крайней мере — в тех случаях, когда для предотвращения преступления нет необходимости в появлении вооруженных представителей государства. Предлагается также расширить само понимание такой деятельности, как предотвращение преступлений. В него предлагается включить действия, не связанный с арестом преступников: работа со школьниками после классных часов, развитие бизнеса, приведение в более красивый вид окружающей среды в трудных кварталах. (Можно представить себе такую деятельность, как «полицейская работа без полицейских», цель которой — так изменить условия жизни, чтобы сделать тот или иной квартал «негостеприимным к преступности»).

Эти идеи — интересны и амбициозны, но они влекут с собой свою долю трудностей. Один из аргументов в пользу нынешней системы работы полиции, со всеми ей «несвойственными» в идеальном мире функциями — это тот факт, что США — страна с вооруженным населением. И здесь ссора двух водителей на дороге или звонок с жалобой на психиатрическую неадекватность соседа — все эти конфликты в США имеют намного больший шанс кончиться перестрелкой, чем подобные ситуации в других странах.

В этих условиях на предложение «просто обеспечьте контроль над обращением оружия» следует ответ: сделать ситуацию с ношением людьми огнестрельного оружия более безопасной можно только жесткой политикой активных проверок и обысков. А такая политика будет вызывать к жизни все те же самые проблемы, которые нынешние доброхоты-реформаторы полиции хотят решить. Путь к стране, где представители власти смогут ходить без оружия, — этот путь в нашем случае не может быть простым.

Идея постепенной замены полиции программами, которые убирали бы в корне проблемы, порождающие преступность, — сама по себе эта идея неплоха. Но она требует точной калибровки. Если сокращение полиции будет механически предшествовать программам украшения района, вызванный безнаказанностью вал преступности в одночасье испортит новую счастливую жизнь в этом районе — и никакое украшение улиц тут не поможет. У нас уже есть не самый приятный американский опыт, когда правительство тратило деньги на улучшение городской среды, а потом выясняло, что плохо информированные о новой утопии преступники бессовестно разрушали еще не успевшую созреть атмосферу всеобщего счастья.

Конечно, сейчас даже до юных активистов доходит, что волна преступности, накрывшая США после освободительных 1960-х годов, связана с внутренними процессами в жизни общества, а не с плохой или хорошей работой полиции. Тут нельзя списывать со счетов послевоенный бэби-бум, приведший в какой-то момент к появлению на улицах множества молодых мужчин. Не стоит забывать о том, что в стране стали оправданными в глазах общественного мнения расовые протестные действия меньшинств, а иногда и ответные насильственные действия белых. Даже экология — уменьшение свинца и других вредных веществ в новых домах — могла повлиять.

Тем не менее у оптимистов есть аргументы, которые заставляют меня признать возможность их правоты: мощный рост преступности в США в двадцатом веке вряд ли повторится в более пожилой, перешедшей жить в Интернет Америке двадцать первого века, где всюду стоят наблюдающие за вами камеры и звукозаписывающие устройства. Тем не менее старый добрый принцип «где больше полицейских, там меньше преступность» — этот принцип все еще подтверждается мощной доказательной базой. Уровень преступности все еще определяет не красота улиц, а тактика полицейских патрулей и статистика задержаний и посадок. (Даже такой сторонник пенитенциарной реформы, как покойный Марк Клейман, предположил, что Америка все-таки сделала в шестидесятые и семидесятые годы преступность доходным бизнесом, посадив тогда слишком мало людей и на слишком короткие сроки.)

Так что любая попытка волшебной трансформации полиции должна держать в уме следующую истину: цена ошибки здесь — небезопасные улицы и человеческие жизни.

А теперь — о последнем, самом опасном сценарии, который может осуществиться, если никаких изменений в жизни полиции вообще не произойдет.

Худший из двух миров

Под опасным сценарием я понимаю то будущее, где идея «лишить полицию фондов» все-таки реализуется, и полиция остается без денег, да еще и без каких-либо реформ. То есть без того, чтобы сделать полицейских более ответственными о первому варианту. И без того, что господин Шарки предлагает как замену агрессивным традиционным полицейским методам.

В этом будущем проштрафившиеся полицейские будут немного чаще отвечать за свои действия — просто потому, что избранные руководители будут беспокоиться по поводу угрозы новых протестов или возмущения в масс-медиа. Но в системном плане вы получите следующее. Обедневшие полицейские департаменты будут все больше и больше отходить от выполнения своих обязанностей. Плохой имидж полицейских, наложенная на них стигма будет отпугивать достойных кандидатов на места полицейских инспекторов. А по стране будут появляться «освобожденные от полиции» районы — лишившиеся нарушающих права человека полицейских, но отданные на милость еще более жуткого криминального насилия.

Нынешняя фиксация общественного мнения на полицейской жестокости означает, что эта беда (победа криминала — прим. ред.) не доминирует среди страхов большинства протестующих. Там доминирует утопическое мышление (на манер реализованной в американском Сиэтле версии Парижской Коммуны). Центр их интересов — увидеть, как будет выглядеть Америка без кажущихся им чрезмерно многочисленными полицейских.

Тем не менее для реальных американских улиц, которых полицейские призваны защищать, предложение ужать права полицейских профсоюзов и повысить ответственность полицейских — это куда более надежный путь. Он и призван привести нас к реальным реформам, пусть скромным по замыслу, но зато и застрахованным от потенциально опасного провала с вытекающим из него ущербом. Есть, конечно, более впечатляющие идеи об абсолютно другой реформе полицейской системы, трансформированной или оставленной без денег. Но такие идеи приходят к нам с неизбежным риском повторения того, что случилось 50 лет назад, — разрушением под ударами преступности целых кварталов и городов. Это было бы трагическим возвращением картины из прошлого.

Росс Доутэт — колумнист отдела мнений в «Нью-Йорк таймс» с 2009-го года.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.