Кремль уже не первый год ставит себе целью завершить процесс интеграции с Белоруссией, причем это не означает, что он стремится поглотить ее и полностью ликвидировать белорусскую государственность. Россия понимает, что такой шаг заставит западные столицы бить тревогу, а также спровоцирует усиление антироссийских настроений в Белоруссии. Москва исключительно прагматична: она хочет не срывания белорусских флагов, а того, чтобы белорусская независимость стала видимостью, а Минск, который пытался время от времени балансировать между Россией и Западом, отказался в будущем от подобных демонстративных шагов.

В последние четверть века лавирование и попытка сохранить пространство для маневра стали основой политики Александра Лукашенко. Это, однако, не означает, что Белоруссия когда-либо находилась ровно посередине между Москвой и Брюсселем: белорусский режим из-за своего диктаторского характера и ностальгии Лукашенко по советским временам всегда оставался ближе к России. Между тем ему удавалось сохранить некую свободу действий и определенный объем независимости от Кремля.

Пространство для маневра

Не все в Польше согласились бы с такой оценкой. Многие комментаторы и эксперты считали, что Лукашенко полностью подчинен Российской Федерации. Споры о том, в какой степени Минск зависел от России, можно вести бесконечно.

В любом случае, пока в Белоруссии не было сильной оппозиции или сопротивляющегося режиму гражданского движения, а, следовательно, отсутствовала перспектива появления нового человека на посту президента или свержения белорусского лидера, стараясь ослабить его позицию, мы помогали Москве, а не Западу. Именно россияне выигрывали от того, что Лукашенко лишался западного вектора, который он мог использовать в играх с ними.

Все изменилось в тот момент, когда Лукашенко, боясь утратить власть, решил разорвать отношения с западными странами, то есть сам лишил себя западного направления во внешней политике и возможности лавировать между Россией и Западом. Таким образом он отдал себя на милость Путину.

Вышесказанное объясняет, почему страны Балтии заняли в отношении белорусского президента такую жесткую позицию. В течение многих лет Вильнюс, Рига и Таллин поддерживали с Минском гораздо более тесные контакты, чем Варшава (а тем более западноевропейские столицы), но в последний месяц их политика подверглась радикальной корректировке. Глава литовской дипломатии Линас Линкявичюс, который всего за несколько дней до выборов в Белоруссии встречался со своим белорусским коллегой, сейчас стал выступать за жесткий курс в отношении Минска. «Россия довершит то, что ей не удалось сделать в предыдущие 20 лет», — цитирует его слова Рейтер. В свою очередь, президент Литвы Гитанас Науседа в интервью «Би-би-си» отметил, что Литва хотела выступить медиатором в переговорах между оппозиционным движением и белорусскими властями, однако, Лукашенко отмел это предложение и решил поставить все на российскую карту.

Проблема в том, что ни Литва, ни Латвия, ни Эстония, ни тем более Польша не могут заставить Белоруссию избрать курс, который не будет ориентирован на Москву, склонить Лукашенко начать диалог с оппозицией или обеспечить той победу, а тем самым восстановить статус-кво, существовавший до выборов (то есть такую ситуацию, в которой Белоруссия не была обречена на сотрудничество исключительно с Россией).

История повторяется

Лукашенко, по всей видимости, считает, что раз 10 лет назад после разгона выступлений оппозиции, которая вышла 19 декабря 2010 года на улицы в знак протеста против фальсификаций на выборах, он полностью отказался от западного вектора, а потом сумел его восстановить, то сможет провести такой маневр и на этот раз, а Запад рано или поздно смирится с его пребыванием у власти. Такие расчеты неверны по нескольким причинам.

Во-первых, экономическая ситуация в Белоруссии стала более сложной, чем в 2010 году, и Россия наверняка этим воспользуется. Во-вторых, Владимиру Путина сейчас гораздо больше нужен успех на внешнеполитической арене, который позволит затушевать неудачи во внутренней политике. В-третьих, Путин, как и западные лидеры, успел за эти годы сильнее устать от Лукашенко, который, честно говоря, всем уже надоел.

Обещания

Во время встречи с Путиным в Сочи Лукашенко, скорее всего, как уже неоднократно случалось раньше, будет готов обещать что угодно. Проблема в том, что, пользуясь выражением россиян, «никто столько раз не давал таких щедрых обещаний, а потом в реальности так мало делал для Кремля, как белорусский президент».

Российский лидер наверняка решит припереть своего коллегу к стенке. Он будет добиваться, с одной стороны, углубленной интеграции, а с другой, возможно, так называемой конституционной реформы и ухода Лукашенко. Второе остается под вопросом, поскольку в Белоруссии нет реального кандидата на президентский пост (Москве хотелось бы, чтобы это был человек режима), а ослабленный Лукашенко может с точки зрения Кремля выглядеть оптимальным вариантом.

Россияне, опасаясь провоцирования антироссийских настроений в белорусском обществе, могут в долгосрочной перспективе отказаться делать ставку на Лукашенко и избрать армянский сценарий, то есть поменять его на кого-то другого (разумеется, при условии, что такой человек не будет выступать против пребывания Белоруссии в российской сфере влияния).

Политика Запада

Против дальнейшего функционирования Белоруссии в российской сфере влияния наверняка не будут возражать и западные державы, которые хотят любой ценой избежать повторения украинского сценария, то есть столкновения с Россией.

Запад считает Минск сферой исключительных интересов Москвы, демонстрацией чего служит то, что именно с ней западные лидеры (например, Ангела Меркель) обсуждают белорусские события. Чрезвычайно показательным в этом контексте было интервью с заместителем госсекретаря США Стивеном Биганом (Stephen Biegun) на «Радио Свобода», в котором прозвучали два ключевых тезиса.

Во-первых, он заявил, что Белоруссия не выступает площадкой столкновения Запада и России, а, во-вторых, отметил, что Вашингтон не одобрит какого-либо прямого вмешательства Москвы в дела Минска. Иными словами, высокопоставленный дипломат дал четко понять, что, с одной стороны, Запад не собирается бороться за Белоруссию (то есть стараться приблизить ее к себе), но, с другой — он ожидает, что Россия не будет предпринимать попыток уничтожить белорусскую государственность. Такая попытка будет означать, в частности, перемещение российских войск на несколько сотен километров в западном направлении, то есть непосредственно к границам НАТО, в том числе Польши. Белорусская армия, правда, например, в области противовоздушной обороны, уже интегрирована с российской, однако, место дислокации российских дивизий имеет огромное значение с точки зрения возможности нанести неожиданный удар по членам Альянса.

Финляндизация?

Своего рода финляндизация или, говоря иначе, необходимость учета интересов Москвы стала лейтмотивом в высказываниях как западных политиков, так и большинства наиболее влиятельных представителей белорусской оппозиции. Об этом говорили в интервью порталу «Онет» бывший министр культуры Белоруссии, а сейчас один из оппозиционных лидеров Павел Латушко, а также экс-кандидат на президентский пост Александр Милинкевич. Между тем борьба за Белоруссию и за то, какую окончательную форму примет эта финляндизация, на самом деле еще только начинается.

С польской точки зрения, важнее всего избежать претворения в жизнь сценария, при котором вышеупомянутая финляндизация станет фактом после того, как Лукашенко пойдет на очередные уступки России, а потом власть в Белоруссии перейдет к таким людям, которые несмотря на свою демократическую ориентацию окажутся в еще более сильной зависимости от Москвы.

В Польше много лет считалось, что демократическая Белоруссия автоматически окажется на Западе или приблизится к нему. Печальной усмешкой истории станет ситуация, при которой демократическое белорусское государство еще сильнее сблизится с Россией, чем при Лукашенко. Если Польша хочет этого избежать, ей нужно обеспечить белорусам экономическую поддержку в случае ухода Лукашенко, чтобы все предприятия в их стране не скупил российский бизнес.

Также нам следует помогать тем оппозиционным силам, которые на самом деле, а не только на словах придерживаются прозападной позиции. В контексте вторых можно вспомнить фразу, сказанную одним из представителей белорусской оппозиции в беседе с «Онет»: «Когда американцы договорятся на нашу тему с россиянами, вам, полякам, слова все равно не дадут, а мы хотя бы сможем обрести какое-то значение в политике».

Между тем у нас многие (если не все) эксперты, занимающиеся темой Белоруссии, сводят проблему к тому, останется ли у власти Лукашенко. Однако ситуация отнюдь не так проста. Достаточно представить себе, что через несколько лет Белоруссия может стать страной, где прозападная оппозиция утратила влияние, российский бизнес обрел доминирование, а СМИ поделили три медиаконцерна, принадлежащие Газпрому, ЛУКОЙЛу и Рособоронэкспорту.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.