Стамбул, Москва — Кремль обвиняет НАТО в попытке свергнуть Владимира Путина. Кремль представляет Алексея Навального, наиболее известного соперника г-на Путина, как американского агента. Кремль назвал Европейский Союз, осудивший отравление г-на Навального и последовавшее за этим тюремное заключение, «ненадежным партнером». Однако есть одна страна-член НАТО и кандидат на вступление в Евросоюз, поведением которой г-н Путин доволен, — это Турция. Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган не сказал ни слова о ненадлежащем обращении с г-ном Навальным, как ничего не сказал он и об арестах тысяч россиян, которые протестовали против этого.

Его молчание является свидетельством существования удивительного альянса, образовавшегося в отношениях между этими авторитарными лидерами. Это немыслимые отношения. Соперничество, имеющее глубокие исторические корни, разъединяет Россию и Турцию, их интересы сталкиваются во многих местах, а иногда это приводит к использованию силовых методов. Однако этих двоих связывает склонность к использованию жесткой силы, что вызывает изменение региональной политики, а также создает неприятные проблемы для западных союзников Турции.

Россия и Турция в прошлом воевали друг с другом более десяти раз, однако после трансформации этих империй в результате революции в конце первой мировой войны вооруженные конфликты между ними прекратились. Интересы этих колоссальных стран, сравнимых по площади с целыми континентами, время от времени сталкивались в разных областях и во многих случаях продолжают пересекаться. Так, например, с недавнего времени у них возник конфликт по поводу гражданской войны в Ливии и в Сирии. В сентябре они столкнулись лицом к лицу уже ближе к своим границам — на Южном Кавказе, который Россия считает своим задним двором. Поскольку Турция вооружает там тюркоязычный и мусульманский Азербайджан, а Россия поддерживает христианскую Армению, то у многих возникло беспокойство по поводу того, что конфликт в Нагорном Карабахе — армянском этническом анклаве внутри Азербайджана — может превратиться в более масштабную войну.

Хотя турецкие дроны активно использовались для уничтожения используемых Арменией российских танков, г-н Путин похвалил г-на Эрдогана и назвал его человеком, с которым можно иметь дело. «С таким партнером не просто приятно, с таким партнером надежно работать», — подчеркнул г-н Путин, обращаясь к экспертам, присутствовавшим в октябре прошлого года на заседании дискуссионного клуба «Валдай». В свою очередь г-н Эрдоган поприветствовал г-на Путина тем, что провел испытания зенитно-ракетных систем С-400, купленных у России. В ноябре эти политики остановили вооруженный конфликт и заключили сделку, по условиям которой Россия получила право на военное присутствие в Нагорном Карабахе, а Турция — возможность создания на Южном Кавказе своего экономического опорного пункта.

Эта сделка представляет собой одну из крупнейших геополитических перетрясок с момента окончания холодной войны, в течение которой Россия и Турция находились по разные стороны от разграничительных линий. Эта сделка также представляет собой послание об использовании жесткой силы в реальности многополярного мира. «Оба этих лидера понимают, что не баланс сил имеет в данном случае значение, а готовность применить силу», — отмечает Андрей Кортунов, глава Российского совета по международным делам. Америка, наверное, имеет превосходящую по силе армию, однако ее нежелание быть вовлеченной в конфликт в Сирии делает Россию и Турцию ответственными за то, что происходит в этом разрушенном войной регионе. А после 30 лет бесплодных переговоров по поводу Нагорного Карабаха именно поддержка турецкой армии и молчаливое согласие со стороны России помогли Азербайджану восстановить контроль над своими территориями, а также поменять расклад в одном из самых серьезных конфликтов на Кавказе.

Для г-на Путина это было демонстрацией нового многополярного порядка, в поддержку которого он выступает с 2007 года, когда на Мюнхенской конференции по безопасности он впервые затронул вопрос о мировом порядке после холодной войны с его «одним центром власти, одним центром силы, одним центром принятия решений». Миссия России состояла в сдерживании новой американской гегемонии.

В Нагорном Карабахе Россия не впервые сотрудничала с Турцией с целью минимизации влияния западных держав. После большевистской революции и распада Оттоманской Империи Кемаль Ататюрк в течение короткого периода времени считал Ленина своим союзником в борьбе против имперского Запада, тогда как большевики видели в Турции союзника в борьбе за то, чтобы свершить мировую революцию против того же Запада. Большевики поставляли оружие в Турцию для борьбы с греками и британцами, а Турция согласилась с установлением большевиками контроля над нефтяными полями Азербайджана и с их правлением на Южном Кавказе. Заключенная в 1921 году сделка между Ататюрком и Лениным установила северо-восточную границу Турции, а также ограничила турецкое присутствие на Южном Кавказе.

Прошлогодняя война по поводу Нагорного Карабаха оказалась своего рода зеркальным отражением этой сделки. Но теперь г-н Путин добивается расположения Турции и поддерживает ее в конфронтации с Западом, рассчитывая использовать ее как вогнанный в НАТО клин, тогда как г-н Эрдоган проецирует влияние Турции на бывшие сферы российского влияния. Теплота в отношениях тем более заметна с учетом того, что Турция является единственной страной, столкнувшейся в последние годы с Россией в военном отношении. В 2015 году Турция сбила российский военный самолет, нарушивший на минуту ее воздушное пространство в ходе полета над территорией Сирии.

Россия в ответ ввела санкции против турецких товаров, а российским туристам было рекомендовано не посещать турецкие пляжи. Кроме того, Москва подвергла бомбовому удару боевиков из числа этнических туркоманов на севере Сирии. Турция посчитала для себя невозможным бороться против «Исламского государства» (запрещенная в России организация, — прим. ИноСМИ) и активистов Рабочей партии Курдистана на сирийской территории. Чтобы привлечь особое внимание к этому инциденту, российские официальные лица и средства массовой информации обвинили членов семьи Эрдогана в приобретении нефти у представителей «Исламского государства». Вот как позднее прокомментировал эту ситуацию один турецкий чиновник: «Мы играли жестко, но они — еще жестче».

Оттепель

Так что же изменилось? Отношения начали улучшаться летом 2016 года, когда г-н Путин поддержал турецкого президента после неудачной попытки государственного переворота в Турции, в ходе которого было убило около 270 человек. «Путин сразу же позвонил, — говорит один турецкий чиновник. — Можно как угодно относиться к этому парню, но он действовал с умом и проявил солидарность». Большинство западных лидеров не торопились выступить против путчистов в Турции. Г-н Эрдоган затем посетил Россию, где подписал сделку о строительстве газопровода, а также договорился о возобновлении работ по строительству российской атомной электростанции на юге Турции. Два пилота, сбивших российский военный самолет в 2015 году, оказались в тюрьме по обвинению в участии в государственном перевороте.

«Этот кризис с истребителем оказался поворотным пунктом в отношении Турции к России, — отмечает Эмре Эрсен (Emre Ersen), эксперт по России расположенного в Стамбуле университета Мармара (Marmara University). — Поскольку НАТО не пришла на помощь Турции, та поняла, что единственный способ продвижения своих интересов в Сирии — это соглашение с Россией. С того момента Турция выполняет положения этого соглашения».

С 2016 года г-н Эрдоган провел больше личных встреч с г-ном Путиным, чем с каким-либо другим лидером. Россия из оппонента Турции в гражданской войне в Сирии превратилась в самого важного партнера. Турция имеет возможность продолжать свои военные операции на севере Сирии только с согласия России.

Тем временем российские средства массовой информации стали пытаться оказывать воздействие и на турецкую аудиторию. В состав внутреннего круга г-на Эрдогана входит группа «евразийцев» (Eurasianists), которые настроены на сотрудничество с Россией и Китаем, а также враждебны по отношению к Европе и НАТО. Правительство Турции и его пропаганда сегодня подогревают напряженность с Западом и одновременно склонны смягчать любые признаки напряженности в отношениях с Россией.

Решение о покупке зенитно-ракетных комплексов С-400 пока представляет собой наиболее последовательный элемент в системе новых отношений между Турцией и Россией. Два года назад г-н Эрдоган назвал приобретение комплексов С-400 «наиболее значимой сделкой» в истории. Эти комплексы нельзя назвать дешевыми. Турция заплатила 2,5 миллиарда долларов только за сами эти установки, а ведь к этим расходам нужно добавить убытки от исключения из программы по созданию американского истребителя F-35 и связанные с этим потери турецкой оборонной промышленности в размере 9 миллиардов долларов из-за несостоявшихся контрактов. В декабре прошлого года Америка ввела дополнительные санкции против турецкого агентства по закупке продукции военного назначения.

Г-н Эрдоган очень хочет иметь оружие, которое можно было бы использовать против тех угроз, которые возникли в ходе попытки государственного переворота в 2016 году, когда турецкие истребители F-16 нанесли бомбовый удар по президентскому комплексу. Многие сторонники г-на Эрдогана ошибочно полагают, что Америка причастна в этой попытке государственного переворота. В феврале министр внутренних дел Турции открыто обвинил Соединенные Штаты в организации актов насилия. Ходили также слухи, что российская военная разведка в момент попытки переворота проинформировала г-на Эрдогана о непосредственной угрозе его жизни.

Заполнение возникшего после ухода Америки вакуума

По мнению турок, у них не было другого выбора, кроме сотрудничества с Россией, поскольку Америка стала уклоняться от конфронтации с сирийским режимом, проводила красные линии, но не предпринимала решительных действий. Кроме того, Турция была очень недовольна решением Вашингтона о том, чтобы через аутсорсинг передать наземную войну против «Исламского государства»* курдам. Официальные лица Турции говорят, что Америка не только позволила России стать главной силой в Сирии, но еще и способствовала отчуждению Турции, поскольку Вашингтон сотрудничал с местным ответвлением Рабочей партии Курдистана (латинская аббревиатура PKK).

Время от времени случайные столкновения между Турцией и Россией еще происходят. Так, например, год назад российские истребители, помогая сирийской армии, нанесли удар по турецкому конвою. В результате этого налета погибли не менее 36 турецких солдат. Однако Турция, проявляя осторожность, пыталась избежать прямого конфликта с Россией и обвинила в этом нападении сирийского президента Башара Асада.

Г-н Путин, со своей стороны, проявил гибкость и позволил Турции отомстить, в результате чего турецкие боевые дроны провели атаку, а российские истребители оставались в это время на земле. Что касается г-на Путина, то для него возможность использовать Турцию для ослабления позиций НАТО важнее, чем оказание помощи г-ну Асаду в Сирии. Тот же мотив частично объясняет уступчивость России во время боевых действий Азербайджана в Нагорном Карабахе при военной поддержке со стороны Турции. Россия в этом конфликте сначала выступала в роли посредника, но затем г-н Путин добился военного присутствия российских войск на земле в качестве миротворцев. Турция подтвердила свой престиж в этом регионе, а также получила обещание в организации транспортного коридора через Армению в Баку, который может войти в состав китайского проекта «Один пояс, один путь». Запад не получил ничего.

Торговля и инвестиции тоже играют определенную роль в привязывании Турции к России. Поскольку экспорт российских энергоносителей составляет значительную часть их торговли, Турция имеет зияющий дефицит в размере 13,4 миллиарда долларов. «Однако нам не следует недооценивать деловые связи, — отмечает Бехлюль Озкан (Behlul Ozkan) из Университета Мармара. — Турецкие строительные компании, близкие к партии „Справедливость и развитие" (это партия г-на Эрдогана) выигрывают тендеры и получают большие заказы». В период с 2010 года по 2019 года Россия была главным рынком для турецких подрядчиков и намного опережала в этом отношении конкурентов, тогда как стоимость завершенных проектов превысила 40 миллиардов долларов.

Взаимная поддержка

Подобные связи имеют значение, особенно в тот период, когда оба лидера вынуждены иметь дело с находящимися в сложном положении экономиками. В Турции показатели инфляция и безработицы с 2018 года имеют двузначные значения. Менее чем за четыре года турецкая лира потеряла половину цены по отношению к доллару. Российская стагнирующая экономика вызывает широкое недовольство по отношению к Кремлю. И г-н Путин, и г-н Эрдоган вернулись к идее о том, что их страны являются «осажденной крепостью», окруженной врагами, и прибегают к агрессии за границей, чтобы отвлечь внимание людей от внутренних проблем.

Можно также говорить и о наличии более масштабных тенденций. Турция и Россия разделают горькое разочарование по поводу того, что их исключили из Европы. Попытки Турции стать членом Евросоюза не дают никакого результата вот уже в течение 60 лет. Очевидно, что сегодняшняя воинственная и авторитарная Турция не может претендовать на место в европейском клубе. Кроме того, существующие настроения в Европе, а также страх, вызываемый этой мусульманской страной с населением 80 миллионов человек, приводят к тому, что Турции, судя по всему, не позволят вступить в Евросоюз даже если она станет процветающей демократией.

Оба этих автократа испытывают ностальгические чувство по поводу империи. Г-н Путин преподносит себя как патриота, который восстанавливает части советской империи, и, кроме того, развязал войны против Грузии и Украины. Он стремится держать на коротком поводке те страны, которые считает своими клиентами, недавно это испытали на себе Белоруссия и Армения. Г-н Эрдоган поставил оттоманское прошлое страны на службу более агрессивной внешней политики: он поднимает много шума по поводу восстановления турецкого контроля над греческими островами, претендует на греческие острова в Эгейском море, а также конфликтует с Грецией, Кипром и Францией в богатой месторождениями природного газа восточной части Средиземного моря. Он воображает себя голосом исламского мира.

«У Эрдогана сложились определенного рода личные отношения с Путиным, и ничего подобного в отношениях с западными лидерами у него нет, — подчеркивает г-н Эрсен. — Оба они властные политики, они не сталкиваются с вызовами внутри своих стран, и каждый из них уверен в том, что его визави обладает достаточной властью для того, чтобы воплотить в жизнь принимаемые ими решения». Г-н Эрдоган понимает, что заключаемые им сделки с Америкой рискуют быть пущенными под откос независимыми бюрократиями, а также под давлением общественности и Конгресса. В случае с г-ном Путиным он может не беспокоиться о таких вещах.

Кроме того, г-н Эрдоган является внимательным учеником г-на Путина, использующего во внешней политике принцип свершившегося факта (fait accompli). Россия до крови разбила нос Турции в Сирии, а также захватила ценные территории к северу от нее, аннексировав Крым. «Эрдоган осознал ценность жесткой политики», — говорит Шуат Киниклиглу (Suat Kiniklioglu) из Немецкого института международных отношений и безопасности (German Institute for International and Security Affairs). После Крыма турецкие лидеры осознали, что агрессия не всегда наказуема. «Анкара видит слабость, раздоры, нерешительность и неразбериху на Западе, и она воспринимает это как возможность вмешиваться в дела соседних государств», — подчеркивает Шуат Киниклиоглу. Г-н Эрдоган начал реализовывать несколько страниц из сценария г-на Путина. Россия направила «зеленых человечков» и наемников в Крым, а также в Донбасс и Ливию. Турция использовала тысячи сирийских наемников в военном конфликте в Ливии, а затем и в Азербайджане. Возможно, это делалось с помощью частной компании, занимающейся вопросами обеспечения безопасности. Россия использует природный газ для оказания давления на правительства европейских государств. Турция использует мигрантов и беженцев.

Существует, конечно же, значительные отличия между этими двумя политиками, а также между странами, которые они возглавляют. После попытки конституционного переворота, в результате которого был отменен лимит на количество президентских сроков г-на Путина, российский лидер значительно приблизился к диктатуре (однако гнев, вызванный заключение в тюрьму г-на Навального, возможно, ослабит его хватку). Власть г-на Эрдогана не так прочна. Крупнейшие турецкие компании управляются членами светского класса, которые смирились с нынешним президентом, но не любят его. Г-н Эрдоган отправил за решетку многих своих оппонентов, обезоружил средства массовой информации и взял под контроль суды, однако все еще вынужден участвовать в выборах и бороться с сильными соперниками. Как показывают опросы общественного мнения, поддержка его партии ослабевает. Два года назад по результатам местных выборов он утратил контроль над Стамбулом, экономическим мотором страны, и Анкарой, своей столицей.

Vive la difference! или Да здравствует различие!

Россия и Турция по-прежнему далеки от формирования настоящего альянса, и, возможно, вообще никогда его не создадут. «Речь не идет о стратегическом партнерстве, — отмечает Онур Исчи (Onur Isci), руководитель Центра российских исследований Университета Билькент. — Я не думаю, что Турция может позволить себе такую роскошь, допустив возможность развала всех институциональных связей с Западом». Хотя эти две страны сотрудничают в Сирии, они остаются на противоположных сторонах в этой войне. То же самое относится к Ливии, а также к конфликту в Нагорном Карабахе.

Кроме того, эти две державы во многом имеют несовместимые интересы в Грузии и на Украине, а Турция хотела бы видеть обе эти страны в составе НАТО. Такой вариант абсолютно неприемлем для России, которая начинала войну для того, чтобы держать обе эти страны на расстоянии от Запада. В результате Грузия и Украина обратили свои взгляды на Турцию как на важную силу в противоборстве с Россией, а эту роль г-н Эрдоган с удовольствием готов использовать. Турция значительно укрепила экономические и военные связи с Украиной. В 2019 году она продала Украине полдюжины своих боевых дронов, и это была первая такого рода покупка украинской армией. «Сегодня Турция отличается от того, чем она была 30 лет назад, — сказал один турецкий чиновник. — Наши возможности в области обороны и экономики возросли. Мы не считаем, что мы говорим с Россией с позиции слабости».

По мнению г-на Эрсена, Россия и Турция будут искать общие позиции там, где это возможно, однако им будет сложно примирить свои интересы, особенно в акватории Черного моря и на Кавказе, где позиции Турции продолжают оставаться ближе к позиции Запада, а не России. «Региональные проблемы являются мягким подбрюшьем турецко-российских отношений», — подчеркивает г-н Эрсен. Их долгосрочные планы тоже расходятся. Демографическая ситуация и перспективы экономического роста в Турции выглядят более оптимистично. Ее население растет, а население России сокращается.

В настоящее время Турция — это страна, отдавшая швартовы. Она все больше отдаляется от западного альянса. Однако ее партнерство с Россией возникло недавно, оно имеет тонкую основу, и эта ситуация является обратимой. Среди многочисленных и конкурирующих между собой приоритетов президента Джо Байдена есть и такой — остановить процесс отдаления Турции от Запада и ее попадание в руки г-на Путина, и он заслуживает того, чтобы быть в верхней части этого списка.

*террористическая организация, запрещена в России

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.