Недавно вступивший в должность президент Киргизии Садыр Жапаров категорично провозгласил, что не станет менять статус русского языка, который назван в киргизской конституции языком межнационального общения. В конце прошлого года внести соответствующие изменения предлагали члены комиссии, которые готовят новый текст основного закона.

Москву наверняка порадовала такая решимость Жапарова, поскольку он заявил не только о намерении сохранить статус русского языка, но и вывести «отношения с Россией на высший уровень стратегического партнерства».

Согласно данным российских научных институтов, примерно 30% школьников в Киргизии посещают русскоязычные школы, на следующей ступени образования, в вузах, на русском учатся 70% студентов.

«Проблема Киргизии в том, что в ее языке не сформирован пласт научно-образовательной лексики, поэтому киргизский так сложно использовать в сфере образования и органах государственной администрации», — объясняет московская русистка, которая преподавала русский язык в Бишкеке. Это ведет, однако, к разделению общества на две группы: образованных русскоязычных и всех остальных.

На постсоветском пространстве русский сохранил официальный статус (языка межнационального общения) в пяти странах: Белоруссии, Казахстане, Узбекистане, Киргизии и Таджикистане. В двух из них, Казахстане и Узбекистане, идет процесс отказа от кириллицы и перехода на латиницу в национальных языках (впервые об этом заговорили еще в начале XX века), а, как следствие, сокращения сферы использование русского. Дело, однако, продвигается плохо.

«К моему глубокому сожалению, не все казахстанские депутаты в совершенстве владеют казахским языком, а некоторые и вовсе его не знают, но уверенно могу сказать, что все знают русский язык», — отмечает казахстанский политолог Ануар Бахитханов.

«Переход на латиницу — это попытка порвать с советским наследием, а также проявление желания ограничить российские влияния», — полагает один белорусский политолог. Однако он говорит о странах Средней Азии, а Белоруссия на протяжении многих лет занимает первую строчку в рейтинге Института имени Пушкина по использованию русского языка в государственных органах, сфере образования и научной деятельности за пределами России. «Те, кто сейчас выходят на демонстрации, в будущем изменят статус русского языка, Белоруссия разворачивается к Западу», — успокаивают себя белорусские интернет-пользователи.

Следующие позиции рейтинга стабильно занимают Киргизия и Казахстан, хотя второй пытается сменить алфавит. Сейчас датой завершения программы по переводу казахского на латиницу называется 2025 год. В соседнем Узбекистане аналогичный процесс планировали провести к 2020, сейчас говорится о 2023 годе. Несмотря на благожелательное отношение к Москве ташкентские власти не собираются отказываться от своих планов и с 1 апреля вводят обязательный экзамен на знание узбекского языка для чиновников.

Российские исследователи сетуют, что «в Узбекистане начали забывать русский»: в школьной программе ему отведено всего два часа в неделю. Несмотря на это значительная часть официальной корреспонденции, даже на центральном уровне, до сих пор составляется там на русском (официально это могут быть только нотариальные акты и документы ЗАГС). Неудивительно, что президент Мирзиёев начал терять терпение.

«Исчезает русскоязычная среда, а поэтому снижается мотивация к изучению», — говорят в Москве, хотя, согласно данным ООН, например, в Киргизии о владении русским языком говорят 49% жителей, а в Казахстане — 84%. «Русский сохранит позиции только в тех странах, у которых есть общие с Россией экономические интересы», — констатируют российские лингвисты.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.