Главы МИД России и Индии Сергей Лавров и Субраманиям Джайшанкар подтвердили свою приверженность двусторонним отношениям. Но за внешней открытостью скрывается история нарастающих разногласий по двум ключевым вопросам, затронутых во время совместной пресс-конференции министров во вторник.

Первый — это более широкие отношения с США и Китаем. Москва видит в Вашингтоне агрессивного оппонента, стремящегося сдержать российское влияние и наказать Москву с помощью санкций. Это вынудило Кремль развивать отношения с Пекином, хотя Лавров в ответ на вопрос Hindustan Times подчеркнул, что военный союз с Китаем не стоит на повестке дня. Нью-Дели рассматривает свое партнерство с Вашингтоном как важную опору безопасности, а отношения с Пекином как основную проблему. Индия сохраняет тесные отношения с США, при этом ведет независимую политику в отношении России, особенно в сфере обороны. До тех пор, пока США и Россия не достигнут определенной степени сближения или Россия и Китай не поссорятся — и то, и другое исключать нельзя — Индии придется поддерживать этот трудный баланс.

Что касается Афганистана, то Лавров недвусмысленно заявил, что талибы (члены запрещенной в России организации — прим. ред.) должны быть частью любого устойчивого мирного процесса и соглашения о разделе власти. Индия примирилась с изменившейся динамикой — но Нью-Дели подходит к мирному процессу с открытыми глазами, скептически относится к возможности какого-либо инклюзивного политического урегулирования и понимает, что ни «Талибан», ни его покровитель по ту сторону линии Дюранда (2640-километровая граница между Афганистаном и Пакистаном — прим. ред.), Пакистан (который посетит Лавров после поездки в Индию) не собираются ее изменять. Индия и Россия говорят откровенно, но «проверенные временем отношения» явно ведут к большим вызовам.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.