Небо на востоке Европы никак не назвать безмятежным. Не так давно главный политический противник Владимира Путина согнулся от боли и впал в кому на борту летевшего над Сибирью лайнера. Он был отравлен «Новичком», а его жизнь удалось спасти лишь благодаря присутствию духа пилота, который принял решение об экстренной посадке в Омске, а также действиям медиков. Алексей Навальный прошел курс лечения в Германии, но решил не оставаться за границей. Сегодня он сидит за решеткой на родине, в России.

Сейчас же всеобщее внимание привлек случай молодого оппозиционера, который выбрал изгнание, но оказался целью преследования властей белорусского режима вплоть до побережья Средиземного моря. Когда рейс Афины-Вильнюс компании Ryanair находился в воздушном пространстве Белоруссии 23 мая, Романа Протасевича охватил страх: двое или трое пассажиров, чьи лица показались ему подозрительными при посадке, судя по всему, оказались сотрудниками спецслужб. Они устроили вынужденную посадку лайнера в Минске под сопровождением МиГ-29. На следующий день оппозиционер с прикрытыми макияжем синяками на лице механически зачитывал на камеру «признания», мрачная логика которых давно всем прекрасно известна. С тех пор он сидит в тюрьме. Как и его девушка София Сапега, учившаяся в Вильнюсе российская студентка, которая была задержана в минском аэропорту без каких-либо возражений со стороны консульства России.

Неподалеку отсюда семь лет назад самолет компании Malaysia Airlines был сбит ракетой российского комплекса «Бук» в небе над зоной конфликта пророссийских сепаратистов с украинской армией. На борту рейса МН17 Амстердам-Куала-Лумпур находилось 298 пассажиров. Все они погибли. По итогам длительного и кропотливого следствия Нидерланды установили в 2018 году, что уничтожившая самолет ракета была доставлена из России на восток Украины в день трагедии. Москва отрицает причастность.

Что общего у трех этих событий? Они — часть одной динамики или, скорее, отсутствия какой-либо иной динамики помимо репрессий, которые определяют направление развития всех политических событий в этой части Европы на протяжении почти 10 лет.

В Москве президент Владимир Путин придерживается логики власти ради власти без какого-либо политического проекта, помимо стремления удержаться в Кремле (сейчас у него есть такая возможность до 2036 года), где он сидит с 2000 года. Обращение с Алексеем Навальным представляет собой самый показательный пример системы, которая медленно, но верно подминает под себя существовавшее в российском гражданском обществе пространство свободы: независимые СМИ, НКО и ассоциации вынуждены следовать все более драконовским правилам, которые давят их статусом «иностранных агентов» и «экстремистов». В тюрьме «я совершаю все больше преступлений», — иронизировал Навальный в блоге на сайте «Эхо Москвы», узнав о том, что прокуратура выдвинула против него новые обвинения: «Мой мощный преступный синдикат растет. (…) В общем, я гений и кукловод преступного мира».

Владимир Путин проецирует логику стагнации и репрессий на территорию, как он считает, сферы влияния России и тем самым способствует всевозможным нарушениям права. Кремль, быть может, не отдавал приказ выпустить ракету «Бук» по самолету в украинском небе, но он сделал возможной эту трагедию, передав подобное оружие украинским сепаратистам из Донбасса. Вероятно, операция по перехвату рейса Ryanair была разработана в кабинетах минского КГБ, а не курирующей ее московской ФСБ, но разве отвергнутый избирателями в августе 2020 года белорусский диктатор Александр Лукашенко верил бы в собственную вседозволенность, если бы не пользовался поддержкой российских соседей?

Лукашенко и Путин недолюбливают друг друга, считают эксперты. Как бы то ни было, «Белорусский сатрап», как прозвал его в биографии Валерий Карбалевич, вдохновляется путинской моделью и выдает ее карикатурную версию. Он не просто душит электронные СМИ, а уничтожает их. Число политзаключенных измеряется у него сотнями, а осужденных журналистов — десятками. В пятницу родственникам 50-летнего Витольда Ашурка, которому в январе дали пять лет тюрьмы за участие в акциях протеста, сообщили о его кончине. Из-за «остановки сердца». Тело было передано семье только через пять дней. Так выглядит смерть в застенках «сатрапа».

Точечные санкции

У врат Европейского союза возник новый железный занавес. Европа не сразу заметила его, поскольку слишком гордилась собой после падения предыдущего занавеса в 1989 году. По крайней мере, она заставила его отступить. Но она не может и дальше закрывать глаза: последствия логики стагнации и репрессии переступили ее границы. Перехват лайнера Ryanair в Белоруссии и множество операций российских спецслужб на территории ЕС стали четким сигналом: Европа перестала быть убежищем, и ни один изгнанник не может чувствовать себя там в безопасности.

Европа не может это принять, поскольку в таком случае потеряла бы душу. Что же делать? Вводить санкции, как она вновь поступила в понедельник вечером. Нужны точечные санкции для наказания тех, кто принимают решения о репрессиях и размещают в Вене, Лондоне, Берлине и Париже плоды собственной широкомасштабной коррупции. При этом нужно не допустить, чтобы санкции стали ударом по гражданскому обществу, которое следует активно поддерживать, в том числе открыв для него университеты: следует изолировать режим Лукашенко, а не белорусов. Отвечать ударом на удар уже недостаточно: необходимо мыслить стратегически. Как в период старого железного занавеса.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.