Карабаш, (Россия) - Каждые выходные рабочий медеплавильного завода Сергей Бегутов поднимается на заледенелый холм, вырубая из отравленной токсичными отходами почвы камни. Их он продает по пять рублей (15 центов) за штуку, чтобы платить взносы по автокредиту, превышающие его сегодняшнюю зарплату. Как и многие рабочие по всей России, он вынужден влачить нищенское сосуществование из-за экономического кризиса: резкое падение заработков привело к тому, что выплаты по кредитам, позволявшим ощутить вкус сладкой жизни, стали для них непомерным бременем.

В 2008 г. российские банки, купаясь в легких деньгах, чьи потоки достигли даже самых дальних уголков огромной страны, выдали ипотечных и потребительских кредитов на сумму более триллиона рублей. После 80 лет коммунистического строя и экономического хаоса девяностых страну охватила настоящая потребительская лихорадка - в квартирах советских многоэтажек стали появляться домашние кинотеатры и мебельные гарнитуры из ИКЕА.

Общая задолженность по потребительским кредитам оценивается российским Центробанком в 3,8 триллионов рублей, или 9,1% ВВП, что примерно в два раза меньше среднего показателя для стран с развивающейся рыночной экономикой. Однако, по словам Натальи Орловой, главного экономиста московского 'Альфа-банка', четыре года назад эта цифра была в четыре раза меньше.

В Карабаше, где температура зимой опускается до минус сорока по Цельсию (-40 по Фаренгейту), последствия кризиса ощущаются весьма болезненно. Экономический спад, поразивший этот запущенный городок с 16000 жителей и весь уральский промышленный пояс, наносит глубокие социальные раны, что может сорвать усилия Кремля по смягчению кризиса, усугубляющегося снижением цен на нефть.

'Здесь все набрали кредитов, - рассказывает Бегутов - бледный двадцатитрехлетний мужчина; он стоит на заснеженном склоне, опираясь на кирку. - С нашими зарплатами. . . без кредита ни на что не накопишь'. Рядом с ним дрожит на пронизывающем ветру другой рабочий: он помогает Бегутову продавать камни местной строительной фирме, чтобы выплатить собственный долг. Он взял в банке 80000 рублей, и отремонтировал свой полуразвалившийся бревенчатый дом.

Когда в прошлом году металлургический бум в мировой экономике закончился, объясняет Бегутов, частное медеплавильное предприятие, на котором он работает, отказалось от сверхурочных и снизило зарплаты: в результате вместо прежних 16000 он теперь получает 6500 рублей в месяц (а взнос по автокредиту составляет 7000 рублей). 'Выживаем только потому, что жена помогает', - говорит он.

Сегодня, когда зарплаты сократились в среднем на 30-35%, у многих шахтеров и металлургов возникли трудности с выплатой кредитов, рассказывает Андрей Шведов, замглавы Горно-металлургического профсоюза, объединяющего до миллиона людей. 'Это острая проблема', - констатирует он.

Кредитование продолжается

В Карабаше, городе, выросшем вокруг медеплавильного завода - экологи считают его одним из самых загрязненных на планете из-за промышленных отходов в виде сернистого ангидрида и тяжелых металлов - и сегодня чуть ли не половина магазинов предлагает товары в кредит; правда, по словам владельцев, спрос на них резко снизился. Вячеслав Кузнецов, владелец местного магазина бытовой электроники, объясняет, что в прошлом году именно в кредит у него реализовывалось до 70% изделий; четыре банка соревновались друг с другом, выдавая займы на сумму до 40000 рублей под 40% годовых. При оформлении кредитов требовалось лишь два документа, удостоверяющих личность, и никаких справок о доходах. 'Если человек говорил нам, что зарабатывает миллион рублей, мы так и писали: миллион', - рассказывает Кузнецов о процедуре заполнения анкет клиентов. Он не знает, сколько заемщиков сейчас не может расплатиться по долгам: 'К счастью, это не моя проблема'.

В Карабаше, где все зависит от одного градообразующего предприятия, и даже отделение шведовского профсоюза подыгрывает компании, отрицая какие-либо сокращения зарплат на заводе, никаких признаков социального брожения пока не замечено. Однако в Златоусте, промышленном городе с населением в 200000 человек, возмущение уже начинает выплескиваться на поверхность.

В феврале 16 рабочих-металлургов привлекли к себе внимание общенациональных СМИ, организовав пятидневную стачку-голодовку - первую в России за последние десять лет. Лидер забастовщиков заявил: у всех ее участников возникли трудности с выплатой потребительских кредитов. Голодовка прекратилась после того, как компания согласилась выплатить задержанную зарплату, но рабочие грозят возобновить стачку, если их жалованье не повысят вдвое - до 70% от докризисного уровня.

Директор Златоустовского металлургического комбината Сергей Хомянин назвал забастовщиков экстремистами, но согласился с тем, что из-за кредитного бремени нынешний кризис рабочие переживают еще болезненнее, чем экономический коллапс 1998 г. 'Конечно, сейчас будет хуже, ведь в уравнении появился новый элемент - кредиты, - Социальные проблемы сегодня стоят гораздо острее'.

Мэр города Дмитрий Мигашкин обеспокоен тем, что необходимость расплачиваться с задолженностью может толкнуть людей на преступления: 'Это опасно'.

Пятидесятитрехлетний безработный Евгений Дерегузов - ветеран Афганской войны, в одиночку воспитывающий двоих детей - уже получал от банка угрожающие письма, и теперь ждет визита судебных исполнителей. 'У меня даже чайник куплен в кредит', - рассказывает он. Мы беседуем в его трехкомнатной квартире - ветшающий бревенчатый дом расположен недалеко от комбината. Жилище Дерегузова забито плодами потребительского кредитования - вплоть до буро-лиловой мягкой мебели в гостиной. 'Банк дал мне все', - поясняет он.

В прошлом году транспортная фирма, где он работал водителем и получал 18000 в месяц, закрылась. Теперь он занимается частным извозом, зарабатывая за 14-часовую смену лишь 300-400 рублей. Кредит на покупку стеклопакетов, защищающих детей от зимних морозов, составил 129000 рублей под 39% годовых; он пропустил уже три ежемесячных выплаты, и просроченная задолженность достигает 26000 рублей.

'Раньше в банке меня уважали, а теперь я попал к ним в черный список. Но это не моя вина, - вздыхает Дерегузов. - Если они придут, я не знаю, что произойдет - может драка, может еще бог знает что. Свое имущество я буду защищать - лучше в тюрьму, чем его потерять'.

Редактор - Сара Ледвит (Sara Ledwith)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.