Во времена президентства Б. Ельцина у России оказалось недостаточно возможностей и политической воли, чтобы сохранить влияние в Центральной Азии (ЦА). Ситуацию обратили в свою пользу США и Китай. При президенте В. Путине  Россия принялась восстанавливать утраченные позиции в стратегически важном районе.

После распада Советского Союза в ЦА образовался вакуум безопасности,  государства стали искать новых союзников – в первую очередь, на Западе. События 11 сентября 2001 года способствовали усилению этой тенденции. После того, как началась афганская военная операция, в Узбекистане появились военные базы США и Германии – Карши-Ханабад и Термез, а в Киргизии  – американская авиационная база в международном аэропорту под Бишкеком.

«Вестернизация» ЦА продлилась недолго. Москве удалось сохранить связь с теми государствами региона, которые входят в инициированные и контролируемые Россией структуры. Достаточно активная деятельность одной из таких структур – Организации договора коллективной безопасности (ОДКБ) – в последнее время ориентирована практически только на ЦА.

Напрашивается вопрос: Россия ставит своей целью формирование военного союза для контроля Центральной Азии?

В сентябре прошлого года были обнародованы планы ОДКБ по созданию в ЦА 11-тысячной военной группировки. Генеральный секретарь ОДКБ Н. Бордюжа утверждал, что это – реакция на ухудшение ситуации в Афганистане. В действительности это, скорее, была реакция на планы НАТО по членству Грузии и Украины, а также на планы США по размещению элементов ПРО в Центральной Европе. Пресс-секретарь ОДКБ сообщил, что с Казахстаном, Узбекистаном, Киргизией и Таджикистаном уже достигнута договоренность о создании сил постоянной боевой готовности, умолчав о том, что финансированием этого проекта, скорее всего, возьмет на себя только Россия.

О совместных военных силах Н. Бордюжа говорил еще в 2005 году. Эксперты обращают внимание на то, что тогда планы России остались нереализованными. В декабре 2008 года начальник Генштаба России генерал Н. Макашов заявил, что США намереваются создать военные базы в Казахстане и Узбекистане. Американские дипломаты поспешили выступить с опровержениями; Казахстан с Узбекистаном молчали. Это наводило на мысль о том, что российский  генерал знал, что говорит...

После того, как президент И.Каримов в декабре 2008 года не приехал в Астану на саммит глав государств – членов ОДКБ в Астане, пошли разговоры о том, что Узбекистан, самое крепкое в военном отношении государство ЦА, может выйти из состава ОДКБ. И такой шаг представлялся вполне вероятным, поскольку на тот момент Узбекистан уже прекратил членство в ЕврАзЭС – организации, в которой доминирует Россия. Однако Узбекистан остался в ОДКБ.

4 февраля нынешнего года в Москве состоялся внеочередной саммит  государств – членов ОДКБ. Был подписан проект решения о коллективных силах оперативного реагирования (КСОР) для ответа на «угрозы и вызовы современности». Армения, Беларусь, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан и Узбекистан условились выделить в состав КСОР не менее чем по батальону. Однако, как оказалось, «угрозы и вызовы» не все понимают одинаково.  И. Каримов заявил, что Узбекистан готов участвовать только в отдельных операциях – по обузданию контрабанды наркотиков и «решению иных глобальных проблем».

Соглашение о создании КСОР было подписано 14 июня 2009 года в Москве на саммите ОДКБ лишь пятью странами. Однако даже если бы документ подписали Узбекистан и Беларусь, неизвестно, насколько прочным и боеспособным был бы союз.

Государства ЦА балансируют между Западом, Россией и Китаем. Поэтому Россия не может считать их надежными союзниками. С другой стороны, нельзя назвать последовательной и внешнюю политику самой России, которая, похоже, не оценивает политические последствия и не проецирует их на будущее.

Августовская агрессия  против Грузии заставила задуматься страны ЦА о том, что и они могут попасть в немилость к России. Так, Узбекистан  явно обеспокоен тем, что в случае возникновения какого-то конфликта коллективные силы оперативного реагирования могут быть введены в любое государство ЦА без его согласия.

Россия одинока в своих намерениях усилить военное присутствие в ЦА. Взять, скажем, Китай: его так же, как и Россию, раздражают попытки США укрепиться в Центральной Азии, однако Китай ориентируется на экономическое, а не на военное влияние.  Россия же не отказывается от своих сомнительных военных планов в рамках геополитической ориентации.