Недостатки российской системы правосудия привлекают к себе всеобщее внимание. Все жалуются на ее произвол и профессиональную непредсказуемость. Наконец происходит осознание того, что корень зла – это отсутствие независимости судей. Российский президент Дмитрий Медведев много раз обращал внимание на это требование. В России недавно возникла – как это часто бывает в этой стране – дискуссия о том, к чему имеет отношение принцип независимости судов – это конституционное право, правовое положение судьи, право доступа в суд или защита прав отдельного лица? Недавно в статье, опубликованной в журнале, совместно издаваемом администрацией президента, Верховным Судом РФ и министерством юстиции, были изложены основные причины, препятствующие судебной независимости. Тезис президента относительно того, что судьи de jure независимы, не соответствует, как отмечается в статье, действительности.

В качестве первого препятствия независимости судей в статье названо – и это характерно для веры в действенность законов и ограниченного действия конституции – то обстоятельство, что уголовно-процессуальному кодексу в отличие от гражданско-правового не хватает соответствующей нормативной базы. Большая часть уголовно-правовых норм, направленных против вмешательства в деятельность суда, почти не применяется. Более перспективными оказывается, как подчеркивается в статье, управленческие и дисциплинарно-правовые нормы, направленные против недопустимого вмешательства со стороны чиновников. Даже администрация президента пыталась оказывать давление на судей высокого уровня. В качестве похвального примера в статье приводятся данные о том, что «в одной западной стране» министр юстиции только потому был отправлен в отставку, что он по телефону запросил информацию о времени проведения судебного разбирательства. В России такого рода вещи считаются не заслуживающими внимания пустяками.  В этой стране телефонный заказ приговора является обычной практикой. На второе место в списке препятствий независимости суда  поставлены проявление насилия и террора в отношений судей. Так, за последние три года, несмотря на возможность воспользоваться личной охраной, были убиты более 200 судей или членов их семей, и было нанесено 500 телесных повреждений.

В журнальной статье выражается сожаление по поводу того, что существует еще вмешательство изнутри, то есть вмешательство со стороны самой юстиции. Довольно непрезентабельную роль здесь играют председатели судов. Поскольку они назначаются президентом на шестилетний срок, они спешат исполнить все поступающие пожелания «сверху». Председатели судов могут не только давать указания судам по конкретным делам, но способны даже инициировать процедуру увольнения несговорчивых судей. Так, недавно один председатель суда захотел уволить судью за то, что она отказалась регулярно сообщать ему о всех проходящих через нее делах против чиновников и органов власти. Хотя для увольнения судьи необходимо согласие квалификационной коллегии, опыт показывает, что ее члены следуют указаниям председателя суда. Не только региональная, но и Высшая квалификационная коллегия согласились в данном случае с увольнением судьи. В апреле этого года впервые в своей практике Верховный Суд РФ отменил это решение. Насколько этот случай вселяет определенную надежду относительно будущего, настолько же ужасающей представляется современная практика. Поэтому многие выступают за то, чтобы вместо назначения проходили выборы председателей судей самими судьями. В России широко распространена проблема с жильем, и это создает дополнительные сложности для представителей судебного корпуса. Более 700 судей не имеют квартир, а еще 1 500 их коллег не удовлетворены условиями своего проживания.  Местные власти обязаны предоставлять судьям квартиры, но это же создает  зависимость – на сей раз от руководителей органов власти. К этому следует добавить, как подчеркивается в статье, недостатки в юридическом образовании. Часто отсутствует также доступ к соответствующим юридическим базам данных. 

В статье с сожалением указывается на то, что два года назад были ограничены гарантии судей от уголовного преследования. Особенно обращает на себя внимание то обстоятельство, что было отменено требование о подтверждении противоправного деяния со стороны другого судьи. Здесь российская система правосудия попадает в затруднительное положение. Насколько важной является защита от уголовного преследования для независимости судей, настолько же сомнительным представляется препятствование уголовному преследованию преступных и коррумпированных судей. Коррупция в российской судебной системы стала уже нарицательной. По данным опросов, 67 процентов россиян считают судей продажными. Особенно ужасным выглядят данные о широко распространенной продаже должностей. Так, недавно один российский профессор социологии на международной конференции заявил о том, что место судьи в России стоит 100 000 долларов. Эта сумма предназначена не для ответственного за назначение председателя суда, а для тех, кто имеет право рекомендовать кандидата на эту должность. Так возникает очень опасная зависимость. Получивший место судья должен не только набрать – иногда занятую у родственников – сумму, но он, находясь в этой должности, должен еще кое-что скопить и для себя.

Все это говорит о том, что не только судопроизводство должно функционировать, но должен также быть обеспечен определенный уровень культуры и моральных установок участвующих в этом процессе людей, чего нельзя добиться только за счет применения законов -  это должно вырастать и созревать внутри человека.