Много лет Татарстан ставили в пример стабильности и мира - и это в то время, когда республики российского Северного Кавказа, где преобладает мусульманское население, охватило пламя сепаратистских конфликтов, переросшее затем в затяжную гражданскую войну на религиозной почве, которая идет до сих пор. Более половины четырехмиллионного населения автономии составляют мусульмане-сунниты, которые долгое время жили в мире и согласии с остальным населением России. Казань, столица этого региона на Волге за 724 км к востоку от Москвы, - процветающий и красивый город.

Эта атмосфера покоя изменилась в июле, когда застрелили выдающегося исламского лидера Валиуллу Якупова и чуть не убили главного муфтия Татарстана Ильдуса Файзова заложенной под его автомобиль бомбой. Мотив покушения точно еще неизвестен, но в Казани многие склонны считать, что это связано с борьбой обоих деятелей против нарастания влияния салафизма - разновидности исламского фундаментализма.

Читайте также: Россия в исламском мире


В советские времена ислам в Татарстане был чуть ли не единственным средством этнической идентификации и имел несколько «народный» характер, как утверждает Ахмет Ярлыкапов, член Российской академии наук. Но в последние годы салафизм, который завоевал последователей во всем мусульманском мире, просочился и сюда, особенно в среду молодежи. Мигранты с Северного Кавказа и бывших среднеазиатских советских республик также способствовали распространению консервативного понимания религии.



Приводят разные оценки количества салафитов в Татарстане. Местный муфтий Фарид Салман считает обнародованную цифру в 3 тыс. человек, очевидно, очень заниженной. Старшее поколение и официальные религиозные структуры опасаются салафитских группировок, видя в них ворота для радикализации общества. После избрания на должность (муфтия Духовного управления мусульман Татарстана. - Ред.) в апреле 2011 года Файзов начал увольнять консервативных имамов и запретил религиозные учебники из Саудовской Аравии, тогда как его предшественник вообще не обращал на салафитов внимания.

Салман предупреждает о «талибанизации на границах исторической Европы», но эти страхи, очевидно, преувеличены. Во многом Татарстан совсем не похож на Северный Кавказ. Это регион экономического процветания. Залежи нефти и сильная промышленность означают, что республика отдает больше Москве, чем получает из федерального бюджета, в отличие от Северного Кавказа, который «сидит» на субсидиях. Еще важнее то, что сепаратистские настроения, сильные на юге России, почти не характерны для этого региона. Большинство татар чувствуют себя ближе к русским, чем, скажем, большинство чеченцев.

Также по теме: Ислам и Запад - интеграция или конфликт цивилизаций и религий

Но не может не вызывать тревоги то, что власть Татарстана ответила на июльские теракты принятыми в августе новыми законами, направленными против салафитской общины. Они напоминают печально известный закон против ваххабизма, принятый в 1999 году в Дагестане. В сочетании с его агрессивным исполнением он немало поспособствовал разрастанию вооруженного подполья.

Понятно, что Кремль не хочет допустить, чтобы еще один регион с мусульманским большинством погряз в анархии и насилии. 28 августа в Дагестане террорист-смертник взорвал себя вместе с уважаемым ученым богословом-суфием. Такое вполне может спровоцировать новый виток насилия в этой и без того наиболее пострадавшей от конфликтов республике России. Теракт совпал с визитом Владимира Путина в Татарстан с целью поддержки региональных лидеров. Российский президент прямо заявил, что «преступники никогда не достигнут своей позорной цели».

Как именно Москва планирует это гарантировать? Вопрос остается открытым. «Рано или поздно государству придется вступить в диалог с салафитами», - говорит Алексей Малашенко из Московского центра Карнеги. Но российская власть не привыкла вести переговоры с общественными силами, которых она не понимает и не контролирует. Поэтому июльский двойной теракт вряд ли окажется последним в Татарстане.

Перевод: Антон Ефремов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.