Хотя Россия остается признанной космической державой, ей необходимо сдерживать свои амбиции, говорит Алексей Арбатов. Москва не только зависит от международной  помощи в реализации своих космических программ, у нее также недостаточно финансовых возможностей для создания новых и поддержания имеющихся возможностей по освоению космоса.

Достижения в освоении и использовании космического пространства являются той частью советского наследия, о которой с особой гордостью  и удовлетворением говорит Российская Федерация. В 1957 году Союз Советских Социалистических Республик (СССР) стал первой в истории страной, запустившей в космос спутник, а в 1961 году он первым осуществил пилотируемый космический полет. В эпоху холодной войны мощь Советского Союза как космической державы была непревзойденной: в некоторых аспектах она уступала американской, а в некоторых превосходила ее.

После распада Советского Союза в 1991 году, связанного с затяжным экономическим спадом и депрессией, российский космический потенциал в деле освоения космоса и работа на этом направлении серьезно пострадали. Окончание холодной войны лишь усугубило этот упадок, поскольку в ходе продолжавшейся несколько десятилетий гонки вооружений и конфронтации советская космическая отрасль была тесно связана с военными целями и потребностями. (По сути дела, первый спутник стал производным продуктом в разработке межконтинентальных баллистических ракет, необходимых для создания противовеса стратегическому ядерному превосходству США, исходя из их отдаленного географического положения, а также наличия авиационных и ракетных баз переднего базирования в Европе и Азии).

Произошедшее после 1991 года резкое сокращение военного бюджета и бюджета космической отрасли, отягощенное потерей производственных и научных мощностей, находившихся в различных советских республиках, ставших теперь независимыми (в первую очередь, на Украине, в Белоруссии, Казахстане и Таджикистане), привело к фактическому краху советской космической мощи. Единственным исключением стала программа  коммерческих запусков, при реализации которой активно использовались снятые с вооружения и переоборудованные советские и российские межконтинентальные баллистические ракеты (такие как сокращенные по договору СНВ-1 системы «Днепр», «Зенит» и «Рокот»). Благодаря этой программе удавалось получать хоть какие-то доходы, позволившие в 1990-х годах спасти российскую космическую отрасль от полного краха.

Читайте также: Кто обрекает Россию на отставание в космосе?

Тем не менее, к началу текущего десятилетия российские космические программы были серьезно подорваны. В течение 1990-х годов общий бюджет, выделяемый на российскую космическую отрасль, сократился на 150%, в результате чего в 2004 году российский космический флот насчитывал лишь 96 спутников (70% из них были военного или двойного назначения). Из них 65% уже превысили сроки эксплуатации (33 военных спутника и 29 спутников двойного назначения). Американский космический флот тогда насчитывал 415 военных и гражданских спутников. Бюджет американской космической отрасли (16,4 миллиарда долларов) в 20 раз превосходил российский (0,8 миллиарда долларов). Тогда как у США было 12 или 13 радиоэлектронных и оптико-электронных разведывательных спутников, у России на орбите постоянно находился только один.

Первый искусственный спутник Земли


Устаревшие спутники военно-морской связи «Молния 1-Т», «Молния-3» и «Парус» ввиду недостаточного финансирования нельзя было заменить на новые аппараты класса «Меридиан». Из необходимых восьми спутников раннего предупреждения о ракетном нападении (71Х6 и 73Д6) на орбите находились лишь три. Российская глобальная навигационная система (ГЛОНАСС) насчитывала лишь 14 спутников вместо 24, чего было недостаточно даже для постоянного покрытия территории России. Российская боевая авиация, включая стратегические бомбардировщики, была вынуждена использовать американский аналог системы космической навигации (NAVSTAR). Кроме того, российский Северный флот получал информацию о состоянии ледового покрова от канадского космического аппарата Radarsat-1.

В последние годы российская космическая отрасль постепенно стала оправляться от кризиса. В настоящее время в космосе находится 99 российских спутников (70% из них являются военными или двойного назначения). На орбиту выведены спутники новых версий (новая система раннего предупреждения, связи и наблюдения «Меридиан»), а также спутники системы ГЛОНАСС, число которых выросло до 17. Активно разрабатываются новые ракеты-носители («Ангара», «СТАРТ-1», «Союз-2-1Б»). На военном космодроме в Плесецке проводится серьезная модернизация (для запуска ракет «Ангара» и «Союз-2-1Б»). С началом запуска ракет «Ангара» в Плесецке впервые можно будет достичь геостационарной орбиты и выводить в космос сверхтяжелые грузы. Космические войска (отдельный вид вооруженных сил) выводятся с космодрома Байконур (Казахстан) и до минимума сворачивают свою деятельность на космодроме Свободный (на Дальнем Востоке). Численность личного состава в 50 тысяч военнослужащих, а также 25 тысяч гражданских лиц больше не будут подвергаться никаким сокращениям.

Также по теме: Крошечные спутники с огромными надеждами канадцев

В целом Россия (благодаря совместным усилиям космических войск и Роскосмоса) ежегодно осуществляет около 25 запусков космических аппаратов для собственных нужд. Новый пункт космической системы управления создан в Армавире. Он придет на смену двум аналогичным пунктам на территории Украины (в Евпатории и Дунаевцах). Радиолокационные системы раннего предупреждения сил ракетно-космической обороны (входят в состав космических войск) в Печоре, Иркутская область, в Балхаше (Казахстан) и Лехтуси (Белоруссия) (так в тексте, Лехтуси находится в Ленинградской области – прим. перев.) прошли модернизацию. Под Санкт-Петербургом были проведены успешные испытания новой радиолокационной системы быстрого развертывания. Помимо имеющейся оптико-электронной станции слежения в Нуреке (Таджикистан), в Карачаево-Черкессии (Северный Кавказ) был сдан в эксплуатацию новый объект.

Федеральная космическая программа

Российское руководство видит в космической отрасли один из самых важных атрибутов силы и престижа страны в современном мире. По сути дела, в Москве считают, что никакая страна не может называть себя супердержавой без обширных космических программ и объектов космической отрасли военного и гражданского назначения. К космическим системам в России относят группировки орбитальных аппаратов, пункты управления и передачи информации наземного базирования, а также космодромы, пусковые установки и вспомогательную инфраструктуру. В течение нескольких последних десятилетий эти системы и объекты обрели особую, а в некоторых случаях и чрезвычайную важность как инструмент обеспечения военной, социально-экономической, торговой и научной деятельности по всему миру.

Утвержденной в ноябре 2005 года Федеральной космической программой предусматривается финансирование космической отрасли до 2015 года в размере 12 миллиардов долларов. Программа, наряду с другими постановлениями руководства, преследует достижение следующих целей в космической деятельности России:

- расширение использования открытого космоса для коммерческих, экономических, научных и военных нужд;

- развитие международного сотрудничества в мирном использовании космоса;

- обеспечение доступа России к открытому космосу;

- сохранение позиций России на передовой разработок космических технологий.

Читайте также: Астронавт МКС отвечает на вопросы пользователей

Для достижения этих целей России необходимо выполнить следующие задачи:

- поддержка и развитие современного и эффективного космического комплекса;

- вывод на орбиту и эксплуатация российского сегмента Международной космической станции, состоящей из пяти модулей (в настоящее время Россия наиболее активно работает в части транспортировки);

- обеспечение российского участия в системе Коспас-Сарсат (2 спутника);

Астронавт НАСА Кристофер Кэссиди во время примерки скафандра перед запуском ракеты-носителя "Союз-ФГ" с пилотируемым кораблем "Союз ТМА-08М"


- разработка современных многоцелевых ракет-носителей («Ангара») и модернизация существующих («Протон», «Союз-2»);

- обслуживание гражданского космодрома Байконур и военно-гражданского космодрома Плесецк;

- улучшение качества спутников (увеличение срока службы с двух лет до 10-12 лет);

- реформирование космической промышленности (в настоящее время она насчитывает 112 предприятий с 250 тысячами сотрудников, которые должны быть объединены в три или четыре холдинга);

- дальнейшее укрепление позиций России на мировом рынке коммерческих запусков (в настоящее время Россия осуществляет 40% таких запусков, США — 30%, Китай — 16%, Евросоюз — 6%, Индия — 2%).

Международное сотрудничество

Россия с сфере освоения и использования космоса очень сильно зависит от международного сотрудничества как донор, получатель и координатора услуг по доставке. В настоящее время тем или иным образом в космической деятельности принимают участие около 180 стран. Как минимум 40 из них задействованы в использовании информации из открытого космоса и обеспечении военных систем и сил. 19 стран обладают научным и промышленным потенциалом для создания собственных космических аппаратов. В общей сложности на различных орбитах сегодня находится более 700 космических спутников гражданского, военного и двойного назначения. Среди них около 400 американских и около 100 российских, включая Международную космическую станцию.

Также по теме: Помогут ли России космические технологии «второй свежести»?

По уровню бюджетных ассигнований Россия существенно отстает от ведущих стран в области освоения космоса. Первое место твердо занимают США, за ними идет Евросоюз (благодаря Европейскому космическому агентству), Япония, Китай, Россия и Индия. В то же время планы и амбиции России по освоению космоса, сохраняющийся научно-промышленный потенциал и инфраструктура значительно превышают возможности нынешнего бюджета.

Таким образом, Россия крайне заинтересована в расширении своей роли в международном сотрудничестве в космической сфере. Более того, положение России в системе мировой торговли определяется преимущественно экспортом сырьевых природных ресурсов, что характерно для развивающихся стран. Помимо торговли вооружением, ядерными материалами и технологиями, сотрудничество в космической сфере является одним из немногих направлений высокотехнологичного экспорта, которое Россия может нарастить в краткосрочной или среднесрочной перспективе. Вот почему этот торговый канал имеет для России огромное значение как с точки зрения статуса и престижа, так и в плане прибыли, которую он может принести испытывающим дефицит финансирования космическим программам и объектам.

Для России наиболее важны следующие международные проекты:

- Международная космическая станция в сотрудничестве с США и другими иностранными государствами (Канада, Япония и 17 стран-членов Европейского космического агентства);

- Коспас-Сарсат;

- большая разворачиваемая космическая антенна (Роскосмос и «Энергия» совместно с Европейским космическим агентством и Италией);

- микроспутники (150 килограммов) для зондирования Земли (Роскосмос и EADS-Astrium);

- современная пилотируемая транспортная система (на базе модернизированного ракетоносителя «Союз» для орбитальных полетов и полетов на Луну);

- сотрудничество с Европейским космическим агентством и Францией по ракетам-носителям «Союз 2-1Т» с космодрома Куру во Французской Гвиане;

- сотрудничество с Европейским космическим агентством и Индией в разработке новых навигационных систем;

Открытие Международного салона "Комплексная безопасность 2010"


- долгосрочные международные проекты полетов на Марс и на Венеру.

Читайте также: Европа и Россия подписали соглашение по космосу

Взаимодействие России с не являющимися космическими державами странами-получателями помощи в космической области на Ближнем Востоке, в Юго-Восточной Азии и Латинской Америке связано с коммерческими и политическими интересами. Сотрудничество Москвы со странами, осуществляющими запуски космических аппаратов, представляет собой сочетание моделей донора и получателя. Ее главными партнерами являются Европейское космическое агентство (в основном Франция, Италия и Германия), США, Япония, Канада, Китай, Индия, Украина, Белоруссия, Казахстан и Бразилия.

Кроме того, готовность России оказывать содействие некоторым государствам в запуске спутников связано с ее собственными интересами, которые легли в основу выдвинутых ею в 1999-2000 годах предложений о создании глобальной системы контроля ракет и нераспространения ракетных технологий. Эта инициатива была представлена на состоявшейся в 2000 году конференции по обзору реализации Договора о нераспространении ядерного оружия. Она предусматривает предоставление космических услуг тем странам, которые не наращивают свой ракетный потенциал и соблюдают режим контроля ракетных технологий.

Потребности военных в космосе

Потребности и программы российских вооруженных сил в космосе отличаются от американских. С учетом незначительного или полностью отсутствующего потенциала переброски обычных вооружений на дальние расстояния (и наличия высокоточного оружия дальнего радиуса действия) России не требуется активно использовать космические системы в операциях с использованием обычных вооружений. Ценность сохраняют лишь некоторые системы слежения и связи. В отличие от СССР, Россия отказалась от постоянных походов своего флота в дальние районы, ограничиваясь лишь периодическими военно-морскими учениями.

Что касается стратегических сил, то у России в состоянии боевой готовности находятся лишь одна или две подводные лодки с межконтинентальными баллистическими ракетами на борту. Тяжелые бомбардировщики и авиация средней дальности поднимаются в воздух только в рамках редких учений. Эти элементы, несомненно, были бы намного эффективнее при наличии более качественных средств космической связи и навигации, однако такие средства не являются жизненно необходимыми. 

Также по теме: Обама испортил праздник

Решающее значение для России имеют спутники раннего предупреждения о ракетном нападении. По причине финансовых трудностей и неверных решений по программе стратегической модернизации, принятых в 2000-2001 годах, российские стратегические силы стали более уязвимыми. Российские подводные лодки и бомбардировщики, количество которых сократилось еще больше, не смогут долго существовать на базах и аэродромах. Мобильные ядерные силы также сокращаются, поскольку количество сокращенных устаревших межконтинентальных баллистических ракет «Тополь» превосходит количество принимаемых на вооружение ракет «Тополь-М». Российские межконтинентальные баллистические ракеты, размещенные в шахтах (включая новые ракеты «Тополь-М») и мобильные системы «Тополь-М» в укрытиях при сохранении потенциала сдерживания все больше зависят от системы «запуска по данным дальнего обнаружения». И главное, из восьми крупных радиолокационных станций раннего предупреждения пять находятся за пределами России (в Белоруссии, на Украине, в Азербайджане и Казахстане), и в случае потенциального кризиса с возникновением стратегической ядерной угрозы на них нельзя будет рассчитывать.

Предпринятые в 2001-2005 годах официальные и неофициальные попытки России достичь договоренности с США о сокращении стратегических сил до уровня от 1700 до 2200 боеголовок (в 2002 году в Москве был подписан Договор об ограничении стратегических наступательных потенциалов), призванные ослабить американский потенциал по уничтожению ядерных средств противника, а также совместно снизить уровень готовности стратегических войск к запуску (в тех же целях), не увенчались успехом.

Таким образом, Россия все больше ориентируется на систему запуска по данным дальнего обнаружения и на спутники раннего предупреждения. Тот факт, что эта система не является для России приоритетом в космической и оборонной программах, объясняется уверенностью Москвы в том, что конфронтации с США и их союзниками не будет, а также недостаточной координацией в действиях российских стратегических сил, в программах, подходах и системах обеспечения. Однако такое объяснение является неприемлемым: стратегический подход в таком важном вопросе как национальная безопасность не позволяет спокойно терпеть эти внутренние противоречия. Разработка и выведение на орбиту космического оружия, особенно противоспутникового, может серьезно усугубить эту нестабильную ситуацию на фоне американских, российских, а в перспективе и китайских стратегических устремлений.

В целом можно четко говорить о том, что у России имеется растущий интерес и амбиции в открытом космосе как для военных, так и для гражданских нужд. Однако эти интересы ограничиваются невооруженными космическими аппаратами. Такой вывод можно сделать, глядя на растущую зависимость России от международного сотрудничества в открытом космосе, серьезный дефицит финансирования оборонной промышленности в целом и военно-космических программ в частности.

Читайте также: Некоторые люди могут быть геями в космосе

Таким образом, Россия крайне негативно относится к разработке и выводу на орбиту космического оружия любых типов (выведенного в космос или предназначенного для уничтожения космических объектов). В отличие от СССР, который в 1970-х годах стала первой в мире страной, развернувшей функционирующие системы противоракетной и противоспутниковой обороны, у России нет ни ресурсов, ни стратегической необходимости в разработке космического оружия. Россия будет расценивать любые такие разработки и вывод оружия на орбиту как большую провокацию и угрозу ее безопасности и национальным интересам. Более того, перспективы отношения России к другим странам и их деление на партнеров и противников будет во многом определяться взглядами этих стран на космическое оружие. В этом смысле новая доктрина ВВС США и различные заявления Пентагона по данному вопросу неизменно вызывают у Москвы большую озабоченность и враждебность.

Ракета "Союз" с навигационным спутником "Глонасс-М" стартовала с космодрома Плесецк


Лишь какая-то крупная провокация способна изменить отношение России к данному вопросу. Такой провокацией может стать вывод на орбиту американских противоспутниковых систем, что будет представлять угрозу для российских спутников раннего предупреждения (которые выведены не только на геостационарную орбиту, но и в случае с аппаратами типа «Молния» - на вытянутую эллиптическую орбиту, проходя в районе Южного полюса на низких высотах). В качестве ответной меры или для непосредственного уничтожения американских аппаратов противоспутниковой системы Россия может рассмотреть вопрос о возобновлении работ по своему противоспутниковому оружию прямого перехвата или продолжить работу по программе создания лазерной установки наземного базирования, обладающей потенциалом по уничтожению спутников.

Другим провокационным шагом может стать активное развертывание американцами систем перехвата или обеспечения сил противоракетной обороны, что будет представлять угрозу для имеющегося у России ядерного потенциала сдерживания. Несомненно, первое, что выберет Москва в любом из приведенных сценариев, будет асимметричный ответ: повышение живучести спутников, снижение зависимости от системы запуска по данным дальнего обнаружения или развитие систем прорыва противоракетной обороны. Однако, если этого будет недостаточно, или если это все окажется слишком дорого, Россия в конечном счете может сама начать разрабатывать космическое оружие.

Также по теме: Первый человек в космосе

Противоспутниковые системы

Если не считать обычную коммерческую конкуренцию, а также споры по поводу мест на геостационарной орбите и частот связи, то настоящий конфликт в космосе может возникнуть из-за нападений на космические аппараты других государств или из-за создания им помех.

Во многих случаях небольшое нарушение обычной работы отдельной космической системы может привести едва ли не к полному сбою в нормальном функционировании военных, коммерческих и прочих механизмов и структур. Гипотетическое развертывание средств уничтожения или помехи, создаваемые различными физическими факторами и ставящие под угрозу работу космических аппаратов (прежде всего, спутников дальнего обнаружения), в кризисной ситуации могут вызвать серьезную стратегическую нестабильность, а это, в свою очередь, способно спровоцировать упреждающий ядерный удар.

В то же время,  существенное увеличение количества некоторых типов разведывательных спутников способно серьезно ослабить живучесть некоторых стратегических сил (прежде всего, мобильных ракет наземного базирования и подводных лодок с ракетами в море), а также обесценить их потенциал сдерживания. В результате на передний план выйдет первый обезоруживающий удар или концепция «запуска после предупреждения» - а это также приведет к опасной стратегической дестабилизации. Такие разведывательные спутники и орбитальные противоспутниковые системы создают мощный стимул для разработки противоспутникового оружия с различными способами базирования. Это один из важнейших аспектов диалектики взаимовлияния стратегических космических систем.

В 1950-х и в начале 1960-х годов в Соединенных Штатах и Советском Союзе было немало научных исследований и опытно-конструкторских разработок по противоспутниковому оружию, однако первая противоспутниковая система была создана и развернута Советским Союзом. Это был соорбитальный космический аппарат-перехватчик, наводимый на цель РЛС и инфракрасными датчиками, разработанными в НИИ «Комета». Аппарат выводился на орбиту модифицированными тяжелыми межконтинентальными баллистическими ракетами РС-36 и РС-36М. Первое испытание в космосе состоялось в 1968 году, и продолжались они вплоть до 1982 года. Несколько ракет-носителей было развернуто в 1979 году на космическом полигоне в Тюратаме (Байконур). Советское противоспутниковое оружие обладало возможностью для перехвата спутников на высотах до 1000 километров, но это была медленно действующая система сомнительной эффективности. Когда Соединенные Штаты в ответ создали собственную систему противоспутникового оружия на базе F-15, Москва изменила свою позицию и вышла с предложением о введении двустороннего моратория на испытания противоспутникового оружия, который в 1983 году превратился в односторонний мораторий, соблюдаемый СССР/Россией с того самого времени и до сих пор.

Читайте также: Русские выиграли космическую гонку

Есть данные, свидетельствующие о том, что Россия экспериментировала с похожей на американскую противоспутниковой системой прямого перехвата, запускаемой с борта истребителя-перехватчика МиГ-31, а также готовилась развернуть противоспутниковое оружие прямого перехвата на базе межконтинентальной баллистической ракеты УР-100 УТТХ на испытательном полигоне Свободный. Однако эти виды оружия не испытывались и на вооружение не принимались. У советской системы противоракетной обороны первого поколения А-35, развернутой вокруг Москвы в 1970-е годы, были сопутствующие возможности по борьбе со спутниками, как и у ее преемницы А-135, которая действует в настоящее время. Однако обе они рассчитаны на ядерный перехват, а это приведет к уничтожению и российских спутников.

История переговоров по космосу (в том числе, по противоспутниковому оружию) в 1980-е годы свидетельствует о тех трудностях, которыми чревато введение договорных ограничений на космические системы. В настоящее время по ряду причин политическая и международная правовая среда для таких переговоров и соглашений стала еще менее благоприятной (прежде всего, речь идет о прекращении действия Договора о противоракетной обороне от 1972 года после выхода из него США в 2002 году), хотя холодная война закончилась 15 лет тому назад. Фактически, разрабатываемая сегодня система ПРО с ракетами-перехватчиками наземного базирования уже является  эффективной системой противоспутникового оружия, способной уничтожать спутники на высотах до 1500 километров. Единственное, чего ей не хватает, это глобального развертывания, обеспечивающего оперативный перехват на различных орбитах, и испытаний против спутников.

Космический корабль Союз ТМА-05М


Определение космического оружия

Кроме политических и стратегических препятствий, стоящих на пути результативных переговоров о космическом оружии, существуют юридические проблемы с определением таких систем. Похоже, наиболее предпочтительным определением является следующее: космическое оружие это средства уничтожения и дезорганизации работы космических объектов, специально разработанные и испытанные в этих целях, с любым способом базирования; и средства уничтожения любой цели в любом месте, если такие средства разрабатываются и испытываются для развертывания на околоземных орбитах (то есть, способны совершить хотя бы один виток вокруг Земли). Следовательно, космическое оружие распознается либо по целям, для которых оно предназначено (космические объекты), либо по его способам базирования (на околоземной орбите).

Также по теме: Миллитаризация космоса - удастся ли избежать?

Можно также дать более простое и менее строгое определение космическому оружию: комплекс вооружения (средство поражения), являющийся космическим объектом или предназначенный для уничтожения космических объектов. Однако многие типы оружия и системы поражения имеют комплексное применение и предназначены для разных целей, и на их разработку, испытания и развертывание невозможно напрямую наложить ограничения в рамках международных договоров. К таким видам оружия относятся лазерное, кинетическое, электромагнитное, пучковое оружие и прочее (за исключением ядерного оружия, которое использовать в космосе запрещено Договором о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела от 1967 года, а также Договором о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой от 1963 года, хотя процедур проверок их исполнения не существует).

Многие системы, предназначенные для выполнения других задач, например, наступательные баллистические ракеты различных видов, подготовленные для взрыва в космосе, системы частично-орбитального бомбометания, маневрирующие спутники и пилотируемые космические корабли – все это способно параллельно поражать космические объекты.

Крайне важны стратегические системы защиты от баллистических ракет любого вида и типа развертывания (по способу базирования), которые параллельно обладают противоспутниковым потенциалом, особенно против спутников, действующих на малых и средних высотах (до 1500 километров). Можно наложить запрет на испытания стратегических противоспутниковых систем, используемых против космических объектов, что несколько ограничит их боевую эффективность в этом качестве. Но такое ограничение будет неэффективно против ядерных антиракет, хотя Соединенные Штаты не создают и не развертывают подобные системы, а у России имеется лишь небольшое число таких средств вокруг Москвы, и они способны действовать лишь на малых высотах. Американские перехватчики наземного базирования, предназначенные для поражения ракет на среднем участке траектории, когда идет разделение боеголовок индивидуального наведения, теоретически могут использовать свои системы наведения против спутников на низких и средних орбитах. Тем не менее, наверняка понадобится провести специальные испытания против спутников, чтобы получить гарантии эффективности таких перехватчиков при выполнении подобных задач.

Читайте также: 50 лет первому пилотируемому американскому полету в космос

Чтобы повысить ответственность космических держав, а также официально установить границы их ответственности, в качестве  первого шага можно подготовить и на добровольной основе принять кодекс поведения в космической деятельности. Его цель – запретить любую деятельность, направленную на уничтожение и создание помех в работе космических систем, а также наложить ограничения на разработку, развертывание и применение боевых средств, предназначенных для таких действий.

Естественно, такой запрет будет действовать в условиях мирного времени, однако он поможет ограничить технические и оперативные возможности государств по осуществлению дестабилизирующих действий (а следовательно, по провоцированию неконтролируемой эскалации) в условиях кризиса и даже вооруженного конфликта. Некоторые из этих норм и правил можно будет соблюдать даже в военное время (подобно тому, как стороны в ходе Второй мировой войны воздерживались от применения химического оружия). Кодекс поведения в космической деятельности должен накладывать ограничения на испытания, разработку и использование всех средств уничтожения космических объектов, на средства нарушения их функционирования, а также на все виды оружия (средства поражения целей) космического базирования (то есть те, что развернуты на околоземной орбите). Поскольку это будет кодекс поведения, ему не нужны изощренная система проверок, правила подсчета и определения ограничений. Эффект от такого кодекса будет в основном  политический, как от соглашения о намерениях. И тем не менее, он будет полезен (как Гаагский кодекс поведения по предотвращению распространения баллистических ракет).

В более отдаленной перспективе при благоприятных политических и стратегических обстоятельствах кодекс поведения в космической деятельности может стать важной основой для юридически обязывающих соглашений, которые будут охватывать самые важные практические аспекты такой деятельности в зависимости от наличия четких определений и возможностей для проверки.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.