Те прагматисты-реалисты, которые сегодня находятся у власти в России, не любят теоретизировать, отказываются от необходимости сформулировать национальную идею. Какая там национальна идея? Надо выселить всех людей из трущоб – вот это и есть национальная идея. Мы, конечно, утрируем, но тем не менее философская составляющая управления явно хромает на обе ноги. Что мы имеем в виду? Недавно по телеканалу Россия было интервью с господином Абдулатиповым, назначенным исполняющим обязанности президента Дагестана. Так вот он четко сказал, что нужен аудит всего того, что имело место за последние двадцать лет. Республика отстает по всем основным показателям развития от других российских регионов.
 
Но дело ведь не только в одной республике. Дело в целом в том наследии и системе отношений, которые сложились в течение последних двадцати лет. У нас такое впечатление, что система власти в регионах сложилась по схеме организованной преступности. Есть формальные органы власти, а есть неформальные, имеющие реальную власть. До недавнего времени в Дагестане был и президент, и парламент, а реальная власть находилась в руках мэра Махачкалы. Но такая система имеет широкое распространение. И она воспроизводится постоянно. Не случайно то тут, то там вспыхивают протесты местных жителей против засилия кавказцев. А почему они себя ведут вызывающе? А потому что они чувствуют себя наверху властной пирамиды. Как правило, должностные лица подкупаются в районе или городе, и все, они становятся хозяевами и начальниками, а местные жители остаются в самом низу – бесправными и задавленными.
 
Но не факт, что хозяевами районов и городов являются только выходцы с Кавказа. Сходки воров в законе в Москве поражают воображение. Они, оказываются, являются смотрящими за городами, нефтяными и газовыми кампаниями. Что это такое и что за эти всем стоит? В России власть захватывают всякие проходимцы и преступники, и это так легко сделать потому, что народ не имеет возможности сам управлять своей страной. Отсюда вытекает центральная задача для страны - коренное реформирование местного самоуправления. Ни национальный вопрос, ни какой-либо другой вопрос в России решить не удастся, если не перестроить коренным образом общественные отношения в стране. И тем более не удастся создать Евразийский Союз. Почему так медленно идет интеграция? Потому что нет примера и лидерства России. Она сама тяжело больна и нуждается в ускоренном обновлении общественного строя.
 
И вот здесь нужен теоретический и философский взгляд на проблему. Нужна систематизация целей и задач, имеющих целью создание действительно народного общества. Системный кризис становления и развития России должен был неизбежно привести и к стагнации экономического роста. Ведь на чем держался в значительной степени авторитет Путина? Он держался на высоких ценах на энергоносители, что позволяло повышать пенсии и удерживать пенсионный возраст в 55 лет для женщин и 60 лет для мужчин. Но эти рычаги начинают ослабевать. И сразу же провал по всем показателям. Скоро надо будет думать, где взять деньги на пенсии, на другие социальные выплаты. Экономический рост замедляется.
 
Путин требует дисциплины от министров, требует персональной ответственности. Министры недоуменно пожимают плечами, не совсем понимая, что же хочет от них президент. А он хочет, чтобы было как раньше, чтобы все его указы и директивы выполнялись. А Россия нуждается в совершенно новом качестве управления, новых целях и задачах и новом пути развития. Налицо глубокий раскол в руководящих органах и политической элите. Ясно, что по-старому, накачками и бесконечными совещаниями, управлять страной больше невозможно. И выполнить указы президента, работая по-старому, тоже невозможно. Это хорошо показал губернатор Нижегородской области. Он в цифрах и фактах все изложил, на что Путин не смог дать аргументированного ответа и вынужден был власть употребить, попросив губернатора его больше никогда не прерывать. Ну, как в советское время – ресурсов нет, денег нет, а сделать нужно, и точка. Так вот это все говорит о глубоком кризисе управления страной, кризисе понимания того, что нужно делать и какой дорогой идти. То есть как раз философского, идеологического обоснования дальнейшего развития общества и не хватает.
 
От Путина ждали этого решения, но не могут дождаться. Он все еще не готов пересматривать результаты 90-х. Может быть, Дагестан – это и есть тот посыл, что такой пересмотр начнется? Но что произошло в Дагестане? Там местная власть стала инициатором нового философского обоснования будущего России. Что это значит? Это наглядно демонстрирует революционную ситуацию. Верхи больше не могут и не способны управлять по-новому. А низы больше не могут и не хотят жить по-старому. Фактически в центре отсутствует воля и умение предложить стране прогрессивную повестку дня.  Видимо, эту повестку дня будут предлагать регионы. Похоже на то, что обновление страны на этот раз будет происходить именно из регионов. Один за другим они будут переходить в руки по-настоящему активных и заинтересованных людей. Постепенное давление регионов станет настолько сильным, что и Москва вынуждена будет изменить свою политику стагнации. Печально, но факт – центральная власть сегодня становится тормозом развития страны.
 
Причем это наводит на серьезные размышления. Почему так сдерживается ее развитие? Почему годами и десятилетиями не решаются вполне очевидные вопросы в разлиных областях жизни страны? Почему сельская Россия лежит в руинах и никто этим не занимается? Люди просто-напросто не работают. Десятки миллионов людей ничего не производят. А они в Москве думают и ломают голову, как поднять экономику в стране. Это более ее чем странно. И еще один вопрос. Почему сохраняется высокий уровень коррупции в самых высоких эшелонах власти?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.