Республика Татарстан, Казань.

Мы приземлились на взлетно-посадочную полосу, на которую сутки с лишним назад упал Boeing 737. Жизни 50-ти из 50-ти находившихся на борту самолета пассажиров внезапно оборвались…

Мы полагали, что поездка будет отменена. С татарской стороны не было даже намека на отмену. Не в силах давать советы при случившейся трагедии, мы не отказались от своего обещания, приземлившись на место аварии.

Изменений в программе нет: все, что оговаривалось изначально, слово в слово…

***

Потеряв в катастрофе своего сына и начальника службы безопасности, президент Татарстана накануне ранним утром принял главу нашей делегации. Позднее мы узнали, что при расставании собеседники не ограничились рукопожатием, они заключили друг друга в объятия и не смогли сдержать слез.

Скорбящий отец Рустам Минниханов сегодня также примет участие в первом заседании и обратится к нашему форуму с речью.

Речь идет о Российско-турецком форуме общественности. Руководитель нашей делегации — председатель комиссии по иностранным делам Великого национального собрания Турецкой Республики Волкан Бозкыр.

Я возглавляю комитет СМИ, исторический комитет — профессор Ильбер Ортайлы (İlber Ortaylı). Вопросы о музеях адресованы директору Музея «Сабанджи» Назану Ольчеру (Nazan Ölçer). Сферу культуры и искусства представляет Стамбульский фонд культуры и искусства, Гергюн Танер (Görgün Taner), спорт — Хасан Арат (Hasan Arat), председатель комитета по подготовке заявки на проведение Олимпийских игр «Стамбул-2020». Ответственный за юридическую сферу — бывший руководитель турецкой федерации футбола Левент Бычакчи (Levent Bıçakçı), за образование и науку — ректор Университета Анкары Эркан Ибиш (Erkan İbiş), за деловой мир — бизнесмен Мелих Озкан (Melih Özkan), за межрелигиозное сотрудничество — представитель Министерства по делам религии, профессор Мехмет Пачаджи (Mehmet Paçacı). Общее количество комитетов — 10, и у каждого из нас есть коллеги с российской стороны.

***

За день до нашей поездки Казань пережила страшную катастрофу. Что касается ситуации на улицах города, жизнь течет по накатанному руслу. Не хочу сказать, что они быстро преодолели этот шок, но при этом создается впечатление, что шока в ремпублике и не было.

О том, какие бури бушуют внутри и какое душевное потрясение пережили эти люди, остается только догадываться… Внешне они этого не демонстрируют.

Очевидно, у них есть свое, особое понимание траура. В аэропорту, невольно ставшем похоронным бюро, даже не ощущается атмосферы скорби. На их телеканалах нет выступлений психологов, которые с важным видом говорили бы о том, как можно справиться с общественными последствиями этой трагедии. 

Они находятся в состоянии странной покорности и смирения. Никого из них вы не увидите выражающим протест судьбе, не услышите призыва к отставке членов татарского правительства или руководства выполнявшей полет авиакомпании «Татарстан». После того, как были приспущены флаги  на зданиях государственных учреждений, жизнь продолжилась.

***

Их президент потерял одного из двух своих сыновей. Он даже не провел церемонию похорон, продолжив свою повседневную программу.

Для тех, кто отличается излишней плаксивостью и мягкосердечностью, это может показаться мрачным. Для нас это было странно. Это не слишком похоже на обряды плача и стенаний, на наши обряды.

Определенно… Как татарское хладнокровие, смешанное с российской твердостью, далеко от наших наполненных горячностью реакций!

***

В отношении разгоряченных дискуссий о закрытии частных учебных заведений в Турции вице-премьер и официальный представитель правительства Бюлент Арынч сказал: «Остудите ваши сердца».

Какой из вопросов нашей внутренней повестки дня нам удалось обсудить хладнокровно?

Мы гневно взрываемся, таков наш характер. Средиземноморская природа: сначала стреляем, затем прицеливаемся.

А что если для того, чтобы остыть, мы отправим на некоторое время в Татарстан наших пользователей Twitter?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.