Возможное открытие армяно-турецкой границы - одна из наиболее популярных сегодня тем региональной прессы. Причем с приближением апреля комментарии и заявления на эту тему становятся все интенсивнее и звучат со стороны деятелей разного уровня - преимущественно турецких, назвавших даже дату возможной разблокировки границы - конец апреля. Однако чем активнее муссируются эти разговоры, тем меньше доверия вызывают откровенно искусственные усилия Турции продемонстрировать всему миру, как, мол, хорошо она ладит с Арменией.

Даже если абстрагироваться от всех остальных весьма многочисленных аспектов ситуации, невозможно не задаваться достаточно элементарными вопросами. Например, почему именно сейчас, причем в рекордно короткие сроки - практически за полгода, удалось достичь такого оптимизма и взаимопонимания, какого не было все предыдущие 20 лет? Почему Турция сегодня идет на то, что не согласилась сделать даже при своем любимом Левоне Тер-Петросяне, то есть в более благоприятных для себя условиях? Почему армянская сторона идет на это сейчас, в ситуации, конечно, очень тяжелой, однако несравнимой с началом 90-х?

Безусловно, изменились реалии общемирового характера, что не может не накладывать отпечаток на региональные процессы. Однако если присмотреться к сегодняшним реалиям в зоне Карабахского противостояния, то нельзя не заметить: если они и изменились, то только в пользу Азербайджана. Что касается конкретно армяно-турецких отношений, то здесь особых подвижек до сентября прошлого года практически не было. Зачем же в таком случае Турции соглашаться на открытие границы с Арменией? И если даже принимать во внимание такой немаловажный фактор, как возросшая возможность признания геноцида со стороны президента США, то и это объясняет далеко не все, ибо первые признаки сегодняшних процессов проявились еще за несколько месяцев до избрания Обамы президентом. Куда правильнее вести отсчет и искать первопричины нынешних развитий в августовской войне в Южной Осетии, когда стало ясно, что на Кавказе начата новая большая геополитическая и геоэкономическая игра.

Между тем в Армении у многих сложилось ошибочное впечатление о том, что именно исходящая от новой администрации США угроза признать геноцид в апрельском обращении президента подвигла Анкару на отчаянные попытки доказать всему миру готовность самой решать свои сложные проблемы с армянами. Посему Турция не только стремится убедить всех в намерении покончить с экономической блокадой Армении, но и устами министра иностранных дел Бабаджана заявляет, что "Армения и Турция уже ведут переговоры по событиям 1915 года". После чего, естественно, следует уже набившая оскомину фраза о том, что "вмешательство третьей стороны может лишь навредить". Если Турция действительно стремится быть честной и в отношениях с соседней страной, и в отношениях с собственной историей, то непонятно, чем ей может "навредить вмешательство третьей стороны", в данном случае - признание геноцида Соединенными Штатами?

При этом возможность открытия границы обставляется таким образом, будто речь идет не о восстановлении норм международного права и практики, а исключительно о проявлении "доброй воли", этаком великодушном жесте со стороны Турции. И, к сожалению, мало кто в нынешней ситуации указывает этой стране на то, что закрытые границы между государствами, совместно являющимися членами многих международных организаций, в том числе ООН, ОБСЕ, Совета Европы, в XXI веке - вообще-то нонсенс и грубое правовое нарушение. Остается предположить, что все молчаливо одобряют новую игру Турции и с пониманием относятся к навязанной ею риторике.

Не говорит об этом и армянская сторона, практически никак на государственном уровне не комментирующая заявления о возможности скорейшего открытия границы. Право, создается впечатление, что это больше касается Азербайджана (к реакции которого мы обратимся в ближайших номерах), нежели Армении, будто речь идет о вполне ординарном событии, но не о государстве, которое уже второе столетие проявляет в отношении армян исключительно враждебные чувства, неоднократно подтверждая их делом. Между тем открытие армяно-турецкой границы вполне заслуживает если не общенационального референдума, то по меньшей мере всесторонних экспертных исследований, оценок и широких общественных обсуждений.

Судя по беседам с социологами, опросы общественного мнения о возможности открытия границы в последнее время не проводились. Президент Армянской социологической ассоциации, директор Института философии, социологии и права профессор Геворг Погосян привел результаты исследования, проведенного, однако, пару лет назад. Согласно этим данным, активно высказываются за открытие границы только представители бизнес-кругов, в целом же граждане Армении проявляют достаточно сдержанное отношение к подобной возможности. Даже с учетом изменившейся ситуации, такой расклад, думается, вполне актуален и сегодня. Во всяком случае проведенный нами любительский опрос коллег и знакомых - порядка 25 человек - показал, что отношение к возможности разблокировки границы как минимум настороженное. Причина этому одна: отсутствие каких-либо экспертных разработок и оценок, на основе которых рядовые граждане могли бы судить о плюсах и минусах подобного развития при том, подчеркнем, что все понимают: граница рано или поздно должна быть открыта.

Конечно, мало кто возьмется утверждать, что в апреле армяно-турецкая граница действительно откроется - скорее, мы имеем дело с определенными пиар-технологиями, направленными на достижение сиюминутного результата. Но даже в этом случае проблема остается актуальной: пусть не в апреле, пусть не осенью и пусть не в этом и даже не в будущем году, но возможность открытия границы постоянно будет маячить перед Республикой Армения и Арцахом, с тем же постоянством ставя перед нами вопросы, на которые по меньшей мере сегодня у общества ответов нет. Но будут ли они завтра?

Есть лишь один очевидный результат открытия границы: альтернативный выход во внешний мир, значение которого не оспаривается практически никем. Однако нельзя при этом игнорировать и другие важнейшие аспекты, которые в контексте как всего комплекса проблематики Ай Дата, так и современных тенденций развития на Южном Кавказе имеют огромное значение для будущего армянской нации и армянского государства.

Что даст открытие границы Армении и что даст Турции? Каковы преимущества и угрозы, опасности и выгоды подобной ситуации? Какими могут быть политические, экономические, культурологические и демографические последствия? Чем это чревато в плане психологическом и социальном? Будут ли установлены вслед за открытием границы дипломатические отношения и подписаны договора, предусматривающие взаимные обязательства, в том числе в плане безопасности? И кто даст гарантии, что спустя какое-то время, когда армянская экономика приспособится к новым возможностям, турки опять в одностороннем порядке не закроют границу, создавая тем самым дополнительные сложности для Армении или не будут манипулировать теперь уже открытой границей?

К этим вопросам, уверена, каждый может прибавить свой. Однако куда важнее тот факт, что ответов на них пока нет. Их не собираются давать ни власти Армении, ни экспертное сообщество, ни международные организации, усиленно толкающие Армению в объятия Турции, но отмежевывающиеся при этом от какой-либо ответственности за последствия. Все это лишь усиливает те огромные риски, на которые идет страна, не имея внятного осознания того, что таит в себе движение в русле тактических интересов Турции. И усиливает в обществе инстинктивные ощущения и подозрения в том, что мы вновь становимся орудием в большой игре, затеянной за нашими спинами, а значит, ничего хорошего нам не сулящей.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.