Штефан Мария Карл (Stephan Maria Karl) – молодой австрийский композитор, пишущий симфонию о Голодоморе, массовом голоде 1932-33 годов, который повлек за собой смерть порядка 3-4 миллионов украинцев. Он живет в Зальцбурге. Интервью проходило на немецком языке.

World Affairs: Почему молодой австрийский композитор решил написать симфонию о массовом голоде на Украине?

Штефан Мария Карл: Творец может вдохновить публику и заставить ее пересмотреть свои убеждения – либо посредством чистой эстетической силы своей работы, либо в результате мыслительного процесса, который его работа запускает. Если искусство влияет на отдельного человека, оно также влияет и на общество. Этически мотивированный художник, знающий это, обязан творить с полным пониманием того влияния, которое его искусство может оказать на людей.

Поскольку Голодомор – одно из самых ужасных и наименее признаваемых на международном уровне преступлений 20 века, он должен найти свое отражение в искусстве: необходимо как отразить справедливость и правду, так и помочь Украине объективно оценить свое прошлое. Необходимость осмыслить свое прошлое – непременное условие для социального, экономического и политического развития Украины, потому что прошлое, настоящее и будущее неразрывно связаны между собой.

Я решил написать симфонию о Голодоморе, потому что верю, что могу сделать важный, пусть и скромный, вклад в примирение Украины со своей собственной историей. Беседы со множеством украинцев в Англии, Франции, Канаде и на Украине лишь укрепили мое стремление. Кроме того, я всегда испытывал тягу к славянскому духу, которым проникнуто славянское искусство.  

- Но каким образом симфония – и музыка в целом – может передать реалии Голодомора?

- Передать истинный ужас Голодомора посредством музыки невозможно. Никакая мелодия, никакой звук, никакое слово и никакое изображение не способны в достаточной степени отразить боль, которую испытывали миллионы людей. Однако музыка может содействовать процессу переживания и, давая определенные импульсы и вызывая определенные эмоциональные ассоциации, способствовать исцелению. 

- Расскажите поподробнее о самой симфонии. Она тональная или атональная? Будут ли в ней задействованы слова и изображения? Предусмотрено ли пение?


- Тема моей кандидатской диссертации, которую я пишу в Университете Моцартеум в Зальцбурге и Гилдхоллской школе музыки, - «Синтез тональной и атональной звуковых структур». В симфонии я надеюсь  объединить оба элемента в одно очень значимое целое. Пение и украинские народные мелодии – еще одна важная часть работы.

- Вы пишете симфонию для украинской публики или для западной?

- Обращаясь к украинским народным мелодиям, я надеюсь вызвать определенные ассоциации у украинского слушателя. Однако артистической ошибкой было бы ставить стиль моей симфонии в зависимость от ожиданий и вкусов публики - или художественной моды. В конечном счете, вкусы и мода постоянно меняются, а готовое произведение может существовать вечно. Как недавно здесь в Зальцбурге в беседе со мной сказала композитор София Губайдулина, «меня не волнует, современна я или нет, лишь внутренняя правдивость моей музыки имеет значение».

- Как тот факт, что вы работаете над этой симфонией, воспринимается в Австрии и на Украине?

- Холокост – частая тема в Австрии и Германии, потому что он имел место именно здесь и ответственны за него наши предки. Преступления советского режима также представляют большое интерес для образованной элиты Австрии. С другой стороны, о Голодоморе практически ничего не знают. Это связано скорее не с отсутствием интереса со стороны австрийцев, а с отсутствием международного признания.

Большинство украинцев одновременно удивлены и поддерживают мою инициативу, в особенности когда узнают, что у меня нет украинских корней. Нередко, однако, я также сталкиваюсь с пассивностью, отсутствием интереса, подозрением и неприятием со стороны украинцев. Также огорчают обещания помочь, которые не выполняются. В результате таких вещей завершение проекта было отсрочено, моя вера в Украину пошатнулась, а мотивацию надо постоянно подкреплять. Отсутствие интереса со стороны россиян, которые имеют дело со множеством преступлений коммунистического режима в своей стране, никогда меня не деморализовало.

- Как вы думаете, как ваша симфония повлияет на украинскую публику, и не только на нее?

- Если моя работа побудит украинцев, русских и международное сообщество сильнее заинтересоваться Голодомором – мирным, объединяющим и либеральным, а не гипернационалистским образом, я буду считать это своим большим успехом.

- Как вы считаете, украинцы и международное сообщество должным образом чтят память жертв Голодомора?

- С точки зрения исторически сознательного человека, верящего в справедливость, незнание мирового сообщества о Голодоморе – также бесславно, как то, что мир свыкся со многими другими геноцидами: Конго, 1886–1908; Армения, 1915; Советский Союз, 1917–1989; Алжир, 1954–1962; Китай, 1958–1969; Камбоджа, 1975–1979; Эфиопия, 1975–1978; Руанда, 1994; Дарфур, 2008. И это не считая многих до сих пор непризнанных фактов геноцида со стороны колониальных держав.

Мировому осмыслению Голодомора может посодействовать, если Украина будет оказывать постоянное давление по этому вопросу (как это делает Польша в отношении Катынского расстрела) и способствовать адекватному осмыслению вопроса внутри страны. Таким образом Украина послужит примером России и международному сообществу.

Однако мой опыт показывает, что удивительно много украинцев избегают этой темы – то ли от досады на историю и политику, то ли от страха перед правдой и болью, которую она приносит, то ли по более банальным соображениям. В результате Голодомор вызывает бесплодные споры как между русскими и украинцами, так и среди самих украинцев. Стоит ли говорить, что споры эти отвлекают внимание от самого факта - погибли миллионы невинных людей.

- Почему вы думаете, что осмысление Голодомора имеет большое значение для развития Украины?

- Меня интересует как история, так и ее видимые и невидимые последствия для сегодняшней Украины. Голодомор и весь период репрессий со стороны русских и украинских коммунистов разворотили украинский дух. Вследствие многих лет осуждения, отрицания и вынужденного молчания эта рана так и не исцелилась.

Однако осмысление коммунистического правления на Украине не должно просто фокусироваться на истории, миллионах жертв или осуждении виновных. Самый важный шаг для Украины – диагностировать психологические, социальные, экономические и политические последствия коммунизма и Голодомора. Если, как пишет Дж. Уилмс (J. Willms), нация состоит из «богатой памяти, с одной стороны, и желания делиться полученным наследием – с другой», и если для народов «общий опыт боли - более решающий, чем радостные воспоминания», Украина не может стать полноценной нацией, пока не осознает болезненный опыт Голодомора.

Насколько глубоки раны украинского народа, если в течение десятилетий украинцы были вынуждены подчиняться воле государства и интегрировать страх и подозрения в свою повседневную жизнь? Достиг ли этот народ точки, на которой он больше не мог отличать правду от обмана, справедливость от несправедливости, друга от врага? Не впал ли этот народ в перманентную летаргию и малодушие и не стал ли славить своих мучителей? Не передается ли такое поведение от поколения к поколению?

Здесь есть разительные параллели со Стокгольмским синдромом, при котором жертвы, движимые инстинктом самосохранения, развивают положительные отношения со своими мучителями. Такое происходит и с народами в деспотичных государствах. К сожалению, народ, страдающий от такого синдрома, вряд ли способен легко или быстро изменить авторитарные структуры.

- Как вы планируете продвигать симфонию?

- Я бы хотел, чтобы она стала частью более крупного проекта по Голодомору с участием многих других представителей искусства, медиа-событий и культурных мероприятий. К сожалению, я еще не встретил того, кто захотел бы осуществить такой амбициозный план.

Кстати, могу предположить, что могло бы стимулировать международное осознание Голодомора: голодовка в течение нескольких дней перед такими международными институтами как ООН, ЮНЕСКО, Европейский суд по правам человека (просто представьте себе величайшую голодовку всех времен, объединяющую тысячи украинцев во время фестиваля украинской народной музыки!); флэшмобы, международные конкурсы по сценариям для фильмов, музыке, изобразительному искусству и пьесам о Голодоморе; продвижение темы Голодомора в качестве темы для диссертаций в европейских университетах, создание Мирного оркестра из музыкантов из бывших советских республик.

- Хотите что-то сказать украинцам?

- Прошло 22 года с тех пор, как Украина обрела независимость. Настала пора для мирного высказывания против косных социальных, экономических и политических структур. Всем сердцем желаю, чтобы украинцы наконец обрели уверенность в своей способности действовать независимо. Как писал Эдмунд Берк (Edmund Burke), «для торжества зла необходимо только одно условие — чтобы хорошие люди сидели сложа руки».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.