Киев — В последний день сентября Трехсторонняя контактная группа сообщила о достигнутой договоренности относительно отвода оружия калибром до 100 мм в зоне АТО.  Вооружение должно отводиться в последовательности «танки-артиллерия-минометы». И должно пройти в два этапа: по 15 и 24 дня соответственно.

Примечательна реакция российских (умеренных) СМИ. Обсуждая отвод вооружений, аналитики успокаивали зрителей РФ, что это, мол, носит условный характер, что оружие будет спрятано по кустам, зарыто, «переделано» в дзоты, что два российских корпуса, дислоцированные в Особой зоне, — достаточная сила, чтобы контролировать ситуацию.

Не получится ли так, что отвод оружия, которого мы так ждали, станет всего лишь имитацией, «картинкой» для новостей в западных СМИ? Мы действительно зачехляем стволы, или пятимся, не снимая пальцев со спусковых крючков?  Значит ли отвод вооружения то, что мы со временем получим контроль над границей? Значит ли это, что Путин отказался от мысли получить Мариуполь (российские аналитики говорят, что проект «Новороссия» похоронен). Все эти вопросы Укринформ обсудил с экспертами.

Оружие в считанные часы могут подтянуть обратно

Николай Сунгуровский, директор военных программ центра Разумкова:

— Если по большому счету, отвод вооружений скорее имитация. Если говорить не о перемирии, а о разрешении конфликта, то необходимо было бы говорить не об отводе вооружений, а об отводе войск. Когда мы начнем отводить войска под наблюдением ОБСЕ, то это было бы признаком попытки разрешения конфликта. Без отвода войск говорить о разрешении конфликта рано. Ну, отводится вооружение, но его ведь в считанные часы могут подтянуть обратно.

Но позитивом в данном случае является то, что интенсивность обстрелов падает, и снижаются риски для мирного населения. Отказался ли Путин от мысли получить Мариуполь? Думаю, что Путин не отказался от идеи получить всю Украину. Мариуполь просто тактическая точка в его плане. Уменьшение уровня изоляции и снижение уровня санкций Путину просто развяжет руки. Никакой роли в получении нами контроля над границей иметь не будет. Пока я не вижу признаков, чтобы Путин отказался от своих целей.

В портфеле средств решения этого конфликта  достаточно много инструментов. Это и силовая компонента, жесткая оборона, это санкции, и изоляция, и дипломатия, и стабилизация ситуации внутри Украины (проведение реформ, борьба с коррупцией). Только совокупность всех этих факторов может дать результат. Если каждая из мер будет применяться по отдельности, не скоординированно, то толку не будет. И Украина, и друзья Украины должны всем этим заняться.

Что касается текущей ситуации. Военный потенциал Украины на линии соприкосновения  несколько превосходил российский. Если бы Путин имел преимущества, он пошел бы дальше. Путина сдерживало то, что он видел: мы создали сильную оборону. А насколько долго будет сохраняться паритет, настолько долгим будет и перемирие. Поэтому когда мы говорим о предоставлении Украине оборонного вооружения, то это одно из средств поддержания такого паритета.

Отвод вооружения имеет политический смысл

Дмитрий Тымчук
, руководитель центра «Информационное сопротивление»:


— На самом деле, отвод вооружений имеет больше политический смысл, чем сугубо военный. Речь идет о 15-километровой зоне в каждую сторону от линии разграничения. Вернуть боевую технику на позиции можно в течение получаса. В течение пары часов можно вернуть на позиции  артиллерию, и ствольную и походную, и бронетехнику. Но в политическом смысле такой отвод скорее демонстрирует готовность к мирному диалогу. Полный отвод вооружений начнется 18 октября.

Но тут остро стоит вопрос мониторинга ситуации и подтверждения отводов. ОБСЕ говорит, что у них нет сил и средств контролировать каждый километр линии разграничения. Что касается нашей военной и пограничной разведки, то я не уверен, что даже, если разведка будет давать правдивую информацию о случаях неотвода, то столичным военным руководством это не будет замалчиваться. Но если эта картина будет массовой, то есть боевики будут рапортовать об отводе, а сами на всех участках будут вооружение оставлять, то вряд ли Киев будет «играть в мир». Со своей стороны наша группа продолжает мониторить ситуацию. «Информационное сопротивление» констатирует переброску на новоазовском направлении к линии  разграничения большого количества бронетехники и артиллерии.

Интересная картина. Такие вещи, как отвод можно вполне контролировать с помощью беспилотников. Я знаю, что генштаб даст указания не применять беспилотные летательные аппараты. Как бы, противник со своей стороны не демонстрирует разведдеятельности, а мы со своей. При этом контроль на пунктах пропусков, опорные пункты и блок-посты остаются. И при любом развитии сценария они должны оставаться. Не думаю, что вопрос наступления россиян на мариупольском направлении закрыт. Хотя впервые за полтора года приказ прекратить обстрелы де-факто выполняется. Ранее мы фиксировали, что на территориях, контролируемых бандформированиями, там, где действуют корпуса так называемых ЛНР и ДНР, мы слышали только декларации: вот, мол, прекращаем обстрелы. В реальности обстрелы шли полным ходом. Сейчас приказ на прекращение огня выполняется.

Насколько далеко пойдет выполнение соглашения? Будет ли передан Украине контроль над границей? Сомневаюсь. Заметно, что для боевиков главное — провести под дулами автоматов выборы в ДНР, ЛНР. Те люди, которые займут выборные должности, их нельзя будет легко снять. То есть у Путина будет полностью контролируемая местная власть. Я с трудом могу представить, как можно будет провести выборы по украинскому законодательству. И с трудом представляю, как мы получим границу. Все пока выглядит странно, и технически маловероятно, что мы проводим там выборы, избираем тех, кого поддерживает население.  Тем более, кандидаты на выборные должности назначены. И я не вижу, какие шансы у Киева контролировать весь этот процесс. Но посмотрим.

Многое зависит от того, какими будут выборы на Донбассе. А может быть, в Администрации президента найдут такие сверхэффективные шаги для проведения выборов, что мы удивимся. Думаю, что сейчас всплывут другие вопросы, и контроль границы отойдет на второй план. Сейчас проведут выборы, где будут расставлены люди Захарченко. Потом будет обсуждаться вопрос амнистии и создания местной «милиции». В этой ситуации говорить о нашем контроле над территориями очень проблематично. По сути это будет закрытый анклав.

Уже было: мы отвели, а российские войска захватили землю

Григорий Перепелица, директор Института внешней политики:

— По Минским соглашениям в марте этого года уже было задекларировано отведение тяжелых вооружений калибром 100 мм на 30 километров. Мы тогда отвели, а российские войска захватили те тридцать километров, на которые мы отвели. Если вы посмотрите рубеж  размещения тяжелой техники, то увидите, что он и так уже находится на административной границе между Донецкой и Харьковской и Днепропетровской областями. Это «ползучие шаги», которые вытесняют Вооруженные силы с территории Донецкой и Луганской областей. Мы сейчас говорим, мы, мол, начали отвод. А насколько отвели оружие российские войска и сепаратисты? Они еще больше наращивают группировки. Они создали два армейских корпуса, которые при желании могут прорвать нашу оборону. У них стратегическая инициатива, и они могут позволить себе и выполнять и не выполнять соглашения. Нам же, чтобы стрелять, нужно разрешение сверху.

Сепаратисты «молотят» и «кошмарят» наших, а мы соблюдаем перемирие. Какие гарантии отведения вооружения есть сейчас, если на протяжении полутора лет ничего не соблюдалось? Наша группировка на линии соприкосновения не меньше российской. Другое дело, насколько хорошо мы подготовлены. Пока боевики тренировались, наши занимались контрабандой. Контроль над границей мы можем получить только военным путем. А поскольку президент сказал, что военного пути решения конфликта нет, то пока шансов я не вижу.

Если русские будут махлевать с отводом, то Запад будет бить их по «наглой рыжей морде»

Александр Палий, историк:

— На Донетчине отвод вооружений начинается в день так называемых выборов террористов. Это будет длится долго, наши войска неплохо укрепились на Донетчине и Луганщине. И если они попробуют смахлевать с отводом, во-первых, наши успеют добежать назад. Риторика и похвальба российских экспертов про то, что якобы оружие никуда не отведут, а просто спрячут, рассчитаны на браваду перед Западом. Но Запад в таком случае усилит санкции, и россиян будут «бить по наглой рыжей морде». Для нас это отведение вооружений и вообще вся эта история интересна наложением на РФ санкций. Все это имеет смысл, как инструмент санкций.  По большому счету, мы воюем не с «ДНР-ЛНР», а с Россией. И нам надо изнурять Россию. Что касается мнения «лучше воевать», чем отводить, то будь у нас ядерное оружие и куча денег, тогда можно было бы игнорировать мнение Запада. А пока призывают воевать те, кто точно не в армии.