Москва — В возрасте пятнадцати лет Исраил Мирзаханов оказался на перепутье: оставаться дома, на Кавказе, где нескольких его друзей уже забрали из дома, а потом нашли мертвыми на улице, — или рискнуть и отправиться в Москву, где буйствует дискриминация.

Спустя четыре года этот рослый и здоровый с виду студент стал чем-то вроде парии: выходя на заснеженные улицы столицы, он старается не смотреть людям в глаза, потому что знает, что в них увидит. Страх. Гнев. В лучшем случае — равнодушие.

Когда он садится в поезд метро, иногда сосед отодвигается от него в другой конец вагона.

На этой неделе, после очередного теракта, вину за который немедленно возложили на экстремистов с Кавказа, Мирзаханов опять столкнулся с тем же самым. Во вторник он с четырьмя друзьями вышел из милицейского участка при станции метро и сказал, что ему повезло — задержали всего на полчаса.

Уже больше десяти лет российские власти активно применяют жесткие меры против боевиков-исламистов и сепаратистов в многочисленных республиках Северного Кавказа. Звучат критические замечания, что подход президента Дмитрием Медведева и в особенности его политического наставника премьер-министра Владимира Путина лишь еще больше завлекает людей в ряды повстанцев.

В то же время утверждается, что насилие на Кавказе и ответные террористические акты в самой России заставляют людей ожесточиться по отношению к выходцам с Кавказа, а Кремль не выказывает особенного желания бороться с дискриминацией.

«Я как иностранец в собственной стране, — жалуется Мирзаханов. — Меня никогда не примут как обычного россиянина, потому что у меня темные волосы и глаза».

Неделей раньше, по его словам, его задержали в милицейском участке в центре Москвы на шесть часов. «Я спросил, в чем моя проблема, а милиционер заорал: „В зеркало посмотри и поймешь, в чем проблема!“» — рассказывает он.

Мирзаханов имеет российское гражданство, но родился в дагестанском городе возле границы с Чечней. Он рассказал, что там, в Хасавюрте, шестеро его друзей в возрасте от тринадцати до семнадцати лет уже погибли. В основном, их обвиняли в причастности к подпольному движению, люди в форме приходили их арестовать, а потом кто-нибудь находил их мертвыми.

По его словам, на прошлой неделе пришло известие, что в его родном городе взорваны два магазина и одно кафе.

С такими перспективами родители решили отправить единственного сына к двоюродному брату в Москву, и вот теперь, спустя четыре года, он учится здесь на курсах менеджмента. История его скорее обычная: жить в Москве тяжело, но выручают крепкие семейные узы. А перспектива найти работу в Москве хотя и смутная, но в родном городе еще хуже.

При этом многие россияне считают выходцев с Кавказа потенциальными террористами или обычными преступниками. Из всех организованных преступных группировок больше всего боятся чеченских.

«Откройте любое популярное московское издание, почитайте рубрику о преступлениях, или посмотрите передачу на ту же тему по федеральному телевидению, и вы увидите, что подавляющее большинство преступлений совершается представителями кавказских диаспор, — комментирует издатель националистической газеты «Русская правда» Александр Аратов. — Раз уж эти кавказцы приезжают к нам жить, пусть ведут себя хорошо, или пусть едут обратно».


Банды молодых русских националистов нападают на людей с Кавказа и из Средней Азии, избивают их, грабят, иногда и убивают.

Мирзаханов уже знает некоторые хитрости. Не надо выходить из дома в одиночку. Не надо носить сумки и чемоданы. Не надо подолгу стоять на одном месте. Не надо ездить в пригороды, где собираются банды скинхедов, особенно по ночам. Не надо спорить с милицией. И всегда иметь при себе нужные и правильно оформленные документы.

Армянка Нарине Туманова — менеджер банка — понимает, что из-за терактов москвичи начинают нервничать, но их беспокойство, с ее точки зрения, идет из примитивного понимания обстановки и объясняется «ежедневным промыванием мозгов».

«У терроризма нет национальности, потому что это политический феномен, и это надо тщательно объяснять людям, пока эта нарастающая ксенофобия не вышла из-под контроля», — считает Туманова.

По словам критически настроенных комментаторов, политика Кремля усугубила ситуацию на Кавказе и вынудила Мирзаханова и подобных ему людей уезжать из родных городов в Москву или другие города. Чечня пережила две войны, теперь бои почти прекратились, но насилие распространилось на другие места. По словам оппозиционеров, местные власти, назначенные Москвой с целью удержания региона под контролем, без разбора средств пользуются силой, чтобы остаться у власти.

Во вторник Медведев заявил руководителям ФСБ, что виновные в совершении теракта в домодедовском аэропорту в понедельник (погибли 35 человек) должны быть «выявлены, изобличены и преданы суду». «А гнезда этих бандитов, как бы они ни зарывались, должны быть ликвидированы», — сказал он. Также Медведев признал, что количество терактов, совершенных в России в 2010 году, увеличилось.

«Кремль в очередной раз заявляет о своей упорной приверженности тупым неизбирательным насильственным методам», — заявил лидер оппозиции и сопредседатель Партии народной свободы Владимир Рыжков. Он считает, что результатом этого могут стать дальнейшие теракты.

Кремль вливает в Кавказ миллионы долларов, в частности, модернизирует горнолыжные курорты. Эксперты утверждают, что деньги на самом деле уходят на оплату преданности продажных военизированных группировок, которые и удерживают власть в регионе.

«Они полностью игнорируют российские законы и делают в своих республиках все, что захотят, — утверждает сотрудница правозащитной организации «Правовая инициатива России». — Это вынуждает людей, особенно молодых людей, загнанных в подполье, находить убежище в исламском фундаментализме. И это безумие — одной рукой превращать территорию в поле битвы, а другой — позиционировать ее как курортную зону, если только не стоит цель зря потратить гигантскую сумму денег».

Директор аналитического центра «Сова», занимающегося, в частности, феноменом ксенофобии, Александр Верховский, считает, что дискриминация по этническому признаку в России — это «повседневное зло», но по политическим причинам кремлевские лидеры не вводят справедливого жилищного законодательства и вообще не принимают никаких подобных мер.

В декабре, когда митинговали русские националисты, Мирзаханов не выходил на улицу. Каких-то его друзей побили на станции метро.
«Их долго избивали, жестоко били ногами, и ни один милиционер не вмешался, — рассказывает он. — Мы знаем, кто враг. Враг — это мы, чужаки в своей стране, в своей же столице».