Карабаново - Отец Георгий Эдельштейн, похожий на Моисея своей копной непокорных седых волос, пытается пройти по глубокому сероватому снегу - неотъемлемой части весеннего пейзажа этой забытой деревни, к своей церкви на службу в Страстную  Пятницу.

Когда он доходит до маленького, темного главного зала церкви, 79-летний священник надевает простой серебряный крест поверх своего облачения и начинает произносить молитвы в один из самых важных праздников Русской православной церкви. Его аудитория — его помощник и один деревенский житель.

Два дня спустя лидер РПЦ патриарх Кирилл обменивается душевными пасхальными поцелуями с избранным президентом Владимиром Путиным посреди роскошных интерьеров московского храма Христа Спасителя - его усыпанный драгоценностями крест и одеяние из золотой парчи блестит под прожекторами телевизионщиков.

Разделенные 220 милями на карте, но гораздо большей пропастью в обстоятельствах, эти две сцены представляют собой яркий портрет церкви, которая, как говорят некоторые критики, переживает духовный кризис.

Открытая поддержка Путина со стороны патриарха Кирилла на недавних президентских выборах, а также скандал с часами стоимостью в 30 тысяч долларов, надетыми на руку патриарха и затем загадочно испарившимися на одной фотографии, вызывают у некоторых критиков озабоченность, что Церковь потеряла связь с обычными россиянами, но при этом слишком близка к национальным лидерам.

«Мы так надеялись, что в новой России церковные лидеры будут нести в общество настоящее слово правды Божьей, но наши надежды не сбылись», -говорит Александр Нежный, российский писатель и эксперт по церкви.

Веками церковь была послушным приспешником российских правителей, и это почтение к правительству стало более выраженным после свирепых репрессий Сталина. Критики, такие как Нежный, говорят, что за два десятилетия демократической России в этом отношении ничего не изменилось.

В призыве к общественной демонстрации поддержки церкви в воскресенье даже звучали некоторые атрибуты правительственной риторики Путина - предупреждение о темных силах, нацеленных на подрывание старейшего института страны.

Во время массовых антипутинских протестов в этом году некоторые россияне оценили попытки патриарха Кирилла примирить обе стороны. Он предупредил Кремль, чтобы тот не игнорировал растущее недовольство народа, но также предупредил и участников митингов, что страна «исчерпала лимит конфронтации и … всякую возможность осуществлять революционную перестройку жизни нашего общества».

Другие наблюдатели выразили озабоченность тем, что церковь пытается играть политическую роль после того, как она столетиями держалась в стороне.

В середине президентской избирательной кампании Кирилл публично поддержал Путина, сказав: «Я совершенно открыто должен сказать как Патриарх, который призван говорить правду, не обращая внимания ни на политическую конъюнктуру, ни на пропагандистские акценты, о том, что огромную роль в исправлении ... кривизны нашей истории сыграли лично Вы, Владимир Владимирович».

В документе, выпущенном в этом месяце, патриарх говорит о «противостоянии  Церкви и антихристианских сил», которое становится все «более очевидным и острым».

«Антицерковные силы опасаются усиления Православия в стране, - говорится в сообщении. -  Их пугает возрождение национального самосознания и массовой народной инициативы. Такие люди немногочисленны, но некоторые из них обладают влиянием и готовы использовать свои финансовые, информационные и административные ресурсы для дискредитации иерархов и клириков, для порождения расколов и отторжения людей от храмов».

В документе текущие «атаки» на Церковь сравниваются с трагическими событиями советских времен, в которых десятки тысяч священников погибли и тысячи церквей были закрыты или разрушены.

Затем – что стало беспрецедентным шагом - патриарх призвал верующих выразить их преданность Церкви в общем молебне при храме Христа Спасителя и при других соборах в России.

«Патриарх - видный общественный деятель, и ничего необычного в его призыве к массовой демонстрации поддержки Церкви нет, - говорит Максим Шевченко, популярный телеведущий и член президентской Общественной палаты, кремлевского консультативного органа. - Конечно, нужно дать решительный ответ этой продолжающейся возмутительной и непристойной кампании против церкви и патриарха».

Большинство экспертов скептически относится к идее существования организованной кампании против церкви, но соглашаются, что полемика началась в феврале.

Именно тогда группа молодых женщин ворвалась в храм Христа Спасителя в экстравагантной одежде и мешках с прорезями для глаз на головах, и исполнила песню и танец, которые интерпретируются как некая молитва, направленная против неизбежной президентской победы Путина и против церковной иерархии за их помощь в ее достижении.

Трое из группы были скоро арестованы и ожидают суда в тюрьме по обвинению в хулиганстве, которое может означать срок до семи лет в случае, если их признают виновными. Московская патриархия обвинила их в грубом богохульстве и публично потребовала безоговорочного наказания.

А затем произошел случай с исчезающими часами. В начале апреля блогеры и журналисты заметили часы на запястье Кирилла на одной из протокольных фотографий на веб-сайте патриархии. На следующий день часы с фотографии были вырезаны, но их отражение на поверхности стола осталось, что вызвало еще больший скандал.

«Это была глупость, которая не должна была произойти», - сказал пресс-секретарь РПЦ Всеволод Чаплин по поводу отредактированной фотографии. Он сказал, что часы были подарком одного верующего.

«Люди всегда несли священникам и епископам самое дорогое, что у них есть, и я ничего не вижу дурного в том, что лидер самой большой конфессии в России получает от людей дорогие подарки».

Вскоре после эпизода с часами выяснилось, что у патриарха, который по статусу является монахом и не должен владеть недвижимостью, есть роскошная квартира стоимостью в миллионы, с видом на Кремль и храм Христа Спасителя.

Патриархия встала на защиту того, что у Кирилла есть квартира.

«Множество монахов, даже тех, кто живут в монастырях, сохраняют свое жилье на случай, если вдруг изменятся обстоятельства и им оно, возможно, снова понадобится, - говорит Чаплин. - Патриарх жил в течение 15 лет в Москве, не имея собственной квартиры, и затем он ее получил. Там живут его родственники, и ничего плохого в этом нет».

Чаплин заявил, что вся эта шумиха и несколько недавно произошедших акций, в которых были осквернены церкви и иконы и по меньшей мере один священник был избит, являются частью отвратительной кампании, направленной против Русской православной церкви и самого государства, и что кампания, возможно, финансируется и контролируется из за границы.

«Я убежден, что это организованная кампания, которая, в свою очередь, является частью еще более крупной кампании, которая направлена на дестабилизацию ситуации в стране, которая также направлена против народа, против армии, полиции, против правительства и так далее, - сказал Чаплин. - В сердце этой кампании - маленькая группа прозападно настроенных москвичей и жителей других больших городов, прозападная часть российских финансовых кругов, политических институтов и медийной элиты».

Православный священник Эдельштейн отказывается принимать участие в воскресной демонстрации поддержки церкви, говоря, что он не станет просить своих прихожан «приходить на акцию защиты церкви, которая не нуждается ни в какой защите».

Эдельштейн, потерявший четыре пальца и глаз, когда бандиты пытались его ограбить, толкнув под проходящий поезд в 1948 году, говорит, что не верит ни в какие кампании против церкви.

«Церковь на протяжении всей своей истории никогда не боялась никаких врагов снаружи, поскольку им никогда не удавалось сместить даже маленький камешек в фундаменте нашей церкви, - объясняет священник, находясь в своем маленьком деревянном домике в середине деревни, у которой нет даже дорожного знака с названием. - Главные наши враги - внутри церкви».

Этот священник знает кое-что о диссидентстве. Будучи еврейского происхождения, он должен был бороться за то, чтобы стать православным священником в 1970-е, и был временно отстранен от службы в течение почти двух лет в 1980-е за «политическое инакомыслие», пока с ним не встретился во время своего визита в Москву президент Рейган, и Кремль решил, что слишком скандально не позволять священнику вести службы. «Так что меня Рейган благословил на работу», - говорит он с усмешкой.

Сейчас его старший сын, Юлий, является Министром информации и диаспоры в израильском правительстве, но Эдельштейн все еще проповедует здесь, в диких лесах центральной России. Он сказал, что научился отличать «церковь-мать» от «ее лидеров советского типа».

День подходил к концу, дождь барабанил по позолоченным железным куполам его церкви, а священник все еще служил - его лицо было строгим, но в единственном глазу отражался огонь его души. «Мы молимся за отца нашего, патриарха Кирилла».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.