«Демократия — наихудшая форма правления, если не считать всех остальных». Этот афоризм Уинстона Черчилля до сих пор активно применяется в политике. 11 мая французский премьер Мануэль Вальс воспользовался им в Twitter-переписке с…аккаунтом сериала «Карточный домик»: 

— @manuelvalls Демократия переоценена.
— @HouseOfCards Уважаемый Фрэнк, демократия — наихудшая форма правления, если не считать всех остальных;) не забывайте об этом!


Цитата прекрасно всем известна, чего не сказать о ее контексте. Вопреки распространенному мнению Черчилль произнес ее не как всемогущий глава победившей во Второй мировой британской демократии, а как проигравший лидер. Эти слова прозвучали 11 ноября 1947 года в Палате общин, когда Черчилль был «всего лишь» лидером оппозиции после неожиданного, но сокрушительного поражения от лейбориста Клемента Эттли на выборах в июле 1945 года. В тот момент он критиковал стремительно терявшее рейтинги правительство, которое стремилось ограничить полномочия парламента и в частности право вето Палаты лордов: 

«Как благородный джентльмен воспринимает демократию? Позвольте мне, господин председатель, объяснить ему это или, хотя бы самые основные моменты. Демократия — это не то, когда получают мандат на основе одних обещаний, а потом делают с ним все, что вздумается. Мы считаем, что между руководством и народом должны быть прочные отношения. «Правительство из народа, созданное народом и для народа» — вот суверенное определение демократии. (…) Едва ли я должен объяснять министру, что демократия не означает: «Мы получили большинство, причем неважно как, и срок на пять лет. Что нам с ним делать?» Это не демократия, а партийная болтовня, которая не касается основной массы жителей нашей страны.

[…]
Править должен не парламент, а народ через парламент. 
[…]

Многие формы правления испытывались и еще будут испытаны в этом мире грехов и страданий. Никто не утверждает, что демократия совершенна или всеведуща. На самом деле, можно сказать, что она худшая форма правления, если не считать всех остальных, что были испытаны с течением времени. Однако существует мнение, и оно широко распространено в нашей стране, что народ должен быть суверенным, причем преемственным образом, и что общественное мнение, выражаемое всеми конституционными средствами, должно формировать, направлять и контролировать действия министров, которые являются служителями, а не хозяевами.
[…]
У контролирующей аппарат группы людей и парламентского большинства, без сомнения, есть полномочия, чтобы предлагать все, что им вздумается без оглядки на отношение к этому народа или упоминание этого в предвыборной программе.
[…]
Нужно ли позволить противной стороне принимать законы, которые влияют на суть нашей страны, в последние годы этого парламента без обращения к праву голоса народа? Нет, господин, демократия гласит: «Нет, тысячу раз нет. Вы не имеете право проводить на последнем этапе мандата законы, которые не кажутся приемлемыми и желанными народному большинству».


Разумеется, речь Черчилля, в которой тот пытается одновременно отстоять права Палаты лордов и британского народа (для него он требует досрочных выборов), не лишена оппортунизма. Конечно же, это не означает, что он думал о статье 49 Конституции или же реформе трудового законодательства, которая сейчас вызывает такую бурю во Франции.

В любом случае, все это напоминает нам, что контекст «великих фаз» в истории зачастую гораздо сложнее, чем это можно было бы подумать, глядя на красивую и звучную фразу. Что касается победного жеста V (Манюэль Вальс приложил фотографию к своему «твиту»), отметим, что у него может быть и иное, оскорбительное значение в зависимости от положения ладони.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.