Промзона на окраине Авдеевки на востоке Украины на протяжении нескольких лет была полузаброшенным пустырем с бетонными развалинами. Сегодня она служит стратегическим форпостом на линии фронта в условиях незатихающей войны между вооруженными силами Украины и пророссийскими сепаратистами, которая этим летом снова разгоралась с удвоенной силой.

6 июля в 2 часа дня обычную дневную тишину нарушил пулеметный огонь. 81-я бригада украинской армии выдвинулась из пустого склада, чтобы отбить наступление ополченцев, когда, пробив потолок, разорвалась 120-миллиметровая минометная мина, и обломки бетонных плит обрушились на землю.

Из-под завалов товарищи достали погибшего на месте 31-летнего фельдшера Олега Лысевича и тяжелораненого солдата Владимира Сергеева. Этот 23-летний парень получил осколочные ранения головы, живота, обеих ног и рук. Пока Сергееву оказывали помощь, взорвался еще один снаряд, ранив еще одного солдата. В тот день в машине скорой помощи в сопровождении бронетранспортера в больницу были срочно доставлены четыре человека. Не прошло и часа, как медики сообщили, что Сергеев умер.

Спустя два дня украинский новостной интернет-канал «Громадське ТВ» («Общественное ТВ»), аккредитованные журналисты которого находились в расположении 81-й бригады, выложил свой репортаж с места событий на YouTube. В видеоматериале было снято, как журналистка «Громадського» Настя Станко накладывает Сергееву жгут на ногу, из которой льется кровь. А ее оператор Константин Реуцкий несет другого раненого солдата к машине скорой помощи. Ни расположение склада, ни маршрут эвакуации солдат в сюжете показаны не были. На сайте российской оппозиционной «Новой газеты» вышла статья под названием «Война вернулась» с фотографиями и видеокадрами боя.

В Киеве власти пришли в негодование. В штабе «Антитеррористической операции» (АТО), которую проводит Украина против пророссийских сепаратистов, работает свой пресс-центр, и на своей странице в Facebook он фактически обвинил «Громадське ТВ» в измене. Он обвинил телеканал в том, что тот выдал позиции армии, осудил его за сотрудничество с российскими СМИ (группу «Громадське ТВ» сопровождал журналист «Новой газеты») и потребовал наказать журналистов. «На данном видео хорошо видны позиции десантников, их лица и оружие, предметы, которые могут стать ориентирами для врага, — говорится на странице штаба АТО в Facebook. — Это является грубым нарушением правил работы журналистов в зоне АТО».

Но что стало еще большей неожиданностью, общественность тоже обрушилась с нападками на «Громадське ТВ». Публикация пресс-центра получила более 3 тысяч «лайков» и перепостов — что абсолютно не соответствует обычной реакции на заявления пресс-центра штаба АТО. Пользователи высказывали обвинения в адрес канала — часто в оскорбительных тонах. «Тут не аккредитации надо лишать, а свободы — как пособников террористов, закрывать их на замок и не пускать к нашим ребятам», — написала пользователь Facebook Ирина Осипенко.

Через три часа после размещения этого сюжета «Громадське ТВ» удалило видео. Но ущерб уже был нанесен. 11 июля аккредитация журналистов на работу в зоне проведения АТО была приостановлена до окончания изучения всех обстоятельств проведения съемок и получения результатов экспертизы снятого сюжета.

Эти события ознаменовали конец эпохи телеканала «Громадське ТВ» — и, возможно, Украины. Когда телеканал был запущен в 2013 году, он быстро стал неофициальным рупором Майдана, протестного движения, в ходе которого был свергнут президент Виктор Янукович. Точно так же, как Майдан принес в украинскую политику новые веяния — стремление к прозрачности — так «Громадське» вселяло надежду на что-то новое в украинских СМИ — приверженность фактам. Канал откровенно и бескомпромиссно освещал события в ходе политического переворота на Украине и последующего прокремлевского мятежа на востоке. И такое освещение событий помогало поддерживать демократические преобразования в стране благодаря актуальным репортажам о борьбе за реформы и о громких расследованиях должностной коррупции.

Но теперь, спустя три года преобразования, начавшиеся в стране после Майдана, застопорились. Особых политических реформ проведено не было, а коррупция по-прежнему процветает. Ключевые посты в правительстве по-прежнему занимают чиновники из бывшей администрации Януковича. Войне на востоке Украины не видно конца. И та гармония, которая характеризовала работу самого амбициозного украинского медиа-проекта в условиях новой политической жизни страны, теперь превратилась в противоречия. «Громадське ТВ» сейчас испытывает растущее давление со стороны общественности и властей и вынуждено выбрать между своей лояльностью к государству и своими журналистскими идеалами.

«Обстановка изменилась, — говорит Станко, которая освещает военный конфликт с мая 2014 года. — СМИ захлестнула „патриотическая“ волна. Журналисты теперь либо предатели, либо слуги государства. Такое ощущение, что правда уже не так и важна».

Телевизионную индустрию Украины в посткоммунистическую эпоху традиционно контролируют олигархи страны. Несколько десятков человек, которые воспользовались активной приватизацией 1990-х годов и на пепелище советской системы построили бизнес-империи, также получили и контроль над телеэфиром. И с тех пор они используют его для сведения счетов в бизнесе и поддержки тех политиков, которые гарантируют сохранность их богатств.

Миллиардер Игорь Коломойский контролирует телекомпанию «1+1» и принадлежащий ей англоязычный канал Ukraine Today. Стальному магнату Виктору Пинчуку принадлежит телеканал ICTV. Ринат Ахметов, самый богатый человек Украины, является владельцем медиа-группы «Украина», а беглый олигарх Дмитрий Фирташ владеет телеканалом «Интер». Эти люди финансируют 10 самых популярных телеканалов Украины. Миллиардер и шоколадный магнат Петр Порошенко был избран президентом в 2014 году после того, как пообещал продать свой бизнес и «сосредоточиться на благополучии нации»; сегодня он по-прежнему контролирует «5 канал», в эфире которого любой человек за соответствующую плату может высказывать свои идеи. Это то информационное пространство, которое украинская экономическая элита создала для продвижения своих интересов. И которое политическая элита страны научилась использовать в своих собственных интересах за счет тех 90% украинцев, для которых телевидение является источником новостей.

«Громадське ТВ» появилось в этом информационном пространстве в апреле 2013 года. Тогда телеканал TVi, известный своими журналистскими расследованиями, только что перешел к новому владельцу после получившего широкую огласку спора о праве собственности. Владелец Константин Кагаловский обвинил бизнесмена Александра Альтмана в рейдерском захвате канала, осуществленном с помощью спецслужб Украины. После увольнения известных работников телеканала и обвинений в цензуре с телеканала уволились более 30 журналистов. В июне некоторые из них объединились и создали «Громадське ТВ».

Создатели нового телеканала выбрали совершенно новую бизнес-модель. Анонсируя проект, телеведущий Мустафа Найем пообещал, что это будет «действительно прозрачный» новостной канал, потому, что «там не будет олигархов». Имея небольшой стартовый капитал, создатели зарегистрировали телеканал как неправительственную организацию (НПО) в надежде, что некоммерческий статус позволит оградить его от вмешательства властей или олигархов. Этот шаг также означал, что, конкурируя с медиа-компаниями, бюджет которых составляет миллиарды долларов, «Громадське» будет работать, полагаясь исключительно на средства спонсоров с хорошей репутацией.

Сбор средств на краудфандинговой платформе среди украинцев набирал обороты медленно, зато на выручку сразу же пришел Запад. Удержать канал на плаву с самого начала и впоследствии помогли различные европейские и североамериканские государственные и частные организации. В июле и августе 2013 года для запуска проекта значительные средства выделили украинское отделение Международного фонда Джорджа Сороса «Возрождение» и посольство США в Киеве, а источником регулярных грантов стало министерство иностранных дел и международной торговли Канады. («Громадське ТВ» в определенном смысле представляет собой украинскую экономику в миниатюре, которая зависит от западной поддержки, позволяющей избежать краха)

Телеканал «Громадське ТВ» планировал выйти в эфир 22 ноября 2013 года в 18:00, но после 11-часовых споров было принято решение перенести выход на четыре часа. Накануне тогдашний президент Янукович под давлением России отказался подписывать соглашение о более тесных торговых связях с Евросоюзом. В последующие часы вспыхнули протесты — на центральной площади Киева, Майдане, собралось около 2 тысяч активистов, и Украина оказалась на пороге полномасштабного политического кризиса.

Телеканал «Громадське ТВ» следил за революционными событиями с самых первых часов, ведя круглосуточную прямую трансляцию развития протестного движения и того насилия, в которое это движение вскоре превратилось. Если другие каналы вели репортажи за счет прямой связи с журналистами, находившимися на мостах с видом на Майдан или за пределами правительственных зданий, то «Громадське ТВ» шло «в бой», посылая своих журналистов в самую гущу событий. С самого начала телеканал «Громадське ТВ» однозначно заявил о своей поддержке революции; его основатели даже сыграли в ней ключевую роль. Найему, который с тех пор занялся оппозиционной политикой, многие ставят в заслугу то, что он разместил пост в Facebook, вдохновивший десятки тысяч людей собраться на Майдане, что вызвало протесты, приведшие к свержению Януковича в феврале 2014 года.

Благодаря репортажам, которые журналисты «Громадське ТВ» вели с места событий, и доступному анализу происходящего канал быстро завоевал аудиторию. К декабрю 2013 года он стал источником информации для украинцев и иностранных наблюдателей, пытавшихся понять смысл набиравшей обороты революции. Его регулярные прямые трансляции охватывали аудиторию в 100 тысяч зрителей, и от граждан поступали взносы; в первом полугодии 2014 года телеканал получил пожертвований на общую сумму более 120 тысяч долларов. В сентябре того же года канал запустил сервис под названием Hromadske International. Его англо- и русскоязычные контент был создан с тем, чтобы расширить международную аудиторию канала и, как предполагали многие украинцы, чтобы противостоять информационной войне, которую (как они подозревали) ведет в их стране Россия.

Но для Наталии Гуменюк, руководителя «Громадське ТВ», главным в работе телеканала всегда является предоставление украинской общественности фактического материала. По ее словам, примером для канала служит Би-би-си. «Борьба с пропагандой — это задача государства, — сказала она. — Журналисты же должны обеспечивать новости и факты. Мы можем опровергать их, разоблачать ложь или проверять факты на достоверность, но всегда наша основная цель — быть на местах событий первыми, находить то, о чем почти не сообщают».

При таком подходе не обходилось без риска. 29 ноября 2013 года, через неделю после выхода канала в эфир, в центре Киева двух журналистов «Громадське ТВ» избили, а их аппаратуру отобрали. Дмитрий Гнап и Яков Любчич впоследствии заявили, что на них напала группа нанятых властями хулиганов-«титушек», которые агрессивно отреагировали на вопрос журналистов. В июне 2014 года Настю Станко схватили во время журналистской командировки в район, расположенный вблизи границы с Россией, и три дня продержали в подвале, после чего отпустили при обмене пленными.

В тесном помещении редакции «Громадське ТВ» на 13-м этаже многоэтажного дома по улице Суворова в Киеве многое напоминает о жестоких столкновениях на Майдане и о журналистских командировках в истерзанные войной районы на востоке страны. НПО занимает еще три комнаты в здании, в которое она переехала в декабре 2013 года из скромного района на окраине столицы. Телестудия занимает просторное помещение с небольшим количеством мебели и потрясающим видом на город.

Несмотря на то, что канал выстраивает свою работу в соответствии со стандартами западных СМИ, из-за причастности «Громадське ТВ» к бурным событиям, охватившим Украину в 2014 году, его журналистам порой бывает трудно быть выше новостей. В июле 2014 года телеведущий Данило Яневский прервал интервью с Таней Локшиной, авторитетным научным сотрудником московского офиса Human Rights Watch, когда она в ответ на его агрессивные вопросы отказалась признать военное вмешательство России на Украине. Локшина сослалась на официальную позицию Human Rights Watch, согласно которой, по ее словам, война на востоке является внутренним вооруженным конфликтом. Написав об этом интервью в Facebook, Яневский заявил, что было ошибкой приглашать в эфир человека, который «унижает наших солдат, проливающих кровь на востоке Украины». Разговоры о войне в студии «Громадське ТВ» зачастую превращались в жаркие споры — особенно в первые месяцы.

По мере распространения украинского кризиса на восток страны, а с киевских улиц — в коридоры власти, тематика репортажей на «Громадське ТВ» расширилась. Журналисты выкладывали фото- и видеорепортажи из районов Донбасса, стараясь давать как можно меньше текста и комментариев, чтобы дать возможность высказаться местным игрокам и обычным жертвам конфликта. Опубликовав ряд нелицеприятных репортажей о журналистских расследованиях, журналисты следили за ходом борьбы с коррупцией и освещали борьбу за власть в рядах новой элиты Украины.

Эти репортажи иногда могли не соответствовать традиционным стандартам журналистской объективности. Одним их таких случаев было расследование дела об офшорной компании, тайно созданной Порошенко, которое журналистка Анна Бабинец провела на основе панамских документов — огромного массива просочившихся в прессу документов, украденных у панамской юридической фирмы Mossack Fonseca. В ее репортаже она чередует страшные видеоматериалы о боях, проходивших в августе 2014 года в городе Иловайске, превратившихся в массовую бойню, которую устроили украинским солдатам сепаратисты при поддержке регулярных российских войск, с разоблачениями и подробным рассказом о сомнительных переводах на имя президента. Автор репортажа недвусмысленно дает понять, какие именно первоочередные вопросы занимали Порошенко в то время.

К концу 2014 года революция превратилась в рутину и зашла в тупик — как и война на востоке. Новостные каналы, подобные «Громадське ТВ», начали терять аудиторию, разочаровавшуюся из-за того, что реформы буксуют, а с фронта ежедневно приходят сообщения о новых потерях. (По словам руководства «Громадське ТВ», его присутствие на разных платформах означает, что реальное количество просмотров определить невозможно). После событий на Майдане канал пытается найти свою нишу. Кроме того, он испытывает трудности из-за высокой текучки кадров. В декабре 2015 года ушел соучредитель Роман Скрыпин. После этого НПО завела против него судебное дело, обвиняя его в краже средств, поступивших на безвозмездной основе из-за рубежа, на сумму порядка 250 тысяч долларов, что сам Скрыпин отрицает. В январе этого года в рамках реорганизации и кадровых перестановок на вновь созданную должность генерального директора телеканала была назначена Катя Горчинская, известная своими журналистскими расследованиями. По ее словам, она возглавила новостной канал, бюджетная дыра которого составляет 120 тысяч долларов (при этом телеканал все же пытается эту дыру залатать).

Сегодня канал пользуется поддержкой постоянных западных доноров — как государственных, так и частных. Однако пожертвования от представителей украинской общественности сократились с более чем 156 тысяч долларов в 2014 году до 16 тысяч долларов в 2015 году. Назначение Горчинской совпало и с сокращением телеаудитории. Она считает сокращение аудитории естественным для средства массовой информации, которое создавала свою базу поддержки, как онлайн-платформа для освещения событий в период революции, но признает, что «Громадське ТВ» изо всех сил пытается приспособиться к новым условиям.

За этими проблемами может скрываться более глубокая тенденция. Негативная реакция на репортаж, снятый в Авдеевке, свидетельствуют о том, что в стране, смирившейся с затянувшейся войной, понятие журналистика может означать разные вещи. Не исключено, что «Громадське ТВ» хочет предложить Украине независимую журналистику, но неясно, нужно ли это сейчас Украине.

Утром 20 июля был убит Павел Шеремет — он ехал на работу в центре Киева, и в его автомобиле взорвалась бомба. Журналист украинского популярного новостного портала «Украинская правда» Шеремет — родившийся в Белоруссии и русский по национальности — открыто критиковал власти этих трех государств. Его убийство всколыхнуло журналистское сообщество Украины.

В тот вечер его коллеги и друзья собрались в студии «Громадське ТВ». Шеремет был на канале постоянным гостем и поддерживал близкие отношения со многими из его сотрудников. Среди присутствовавших была и заместитель главы украинского министерства информационной политики Татьяна Попова. Попова предупредила, что среди украинских политиков ширится кампания по дискредитации средств массовой информации.

Через две недели после своего выступления на канале Попова официально подала в отставку со своего поста в министерстве. В открытом письме от 3 августа она перечислила факты «нападения на журналистов и покушения на свободу слова со стороны политических организаций и отдельных политических деятелей» и осудила власти за недостаточную реакцию.

Попова сказала мне, что впервые она подала заявление в мае в ответ на утечку информации, организованную киевской хакерской группой «Миротворец», которая был создана в декабре 2014 года для расследования «преступлений против национальной безопасности Украины». (На своем веб-сайте группа опубликовала список, в который посетители сайта могут добавлять данные о личностях предполагаемых «предателей родины», антиукраинских пропагандистов, террористов и военных преступников). В мае «Миротворец» обнародовал имена, адреса, номера телефонов и другие личные данные нескольких тысяч журналистов, примерно половина из которых представляют западные СМИ и получили аккредитацию в Донецкой народной республике — самопровозглашенном государстве, заявившем о своем создании при поддержке Москвы в 2014 году.

Утечка вызвала международный резонанс, как факт нарушения неприкосновенности частной жизни — но особое негодование она вызвала у украинских националистов, которые и без того подозревают журналистов в сотрудничестве с властями сепаратистов. По словам Поповой, нападения на украинских журналистов в той или иной форме происходят сейчас каждые три дня, и после тщетных попыток добиться расследования этих случаев она все больше ощущает свое бессилие.

«Обстановка кардинально изменилась. Министры начали открыто нападать на журналистов, и я не готова представлять правительство, члены которого действуют таким образом, — сказала она.

Администрация Порошенко высказалась против самосуда, который устраивает «Миротворец», но многие из его высокопоставленных чиновников администрации выступили за. Советник министра внутренних дел Арсена Авакова Антон Геращенко использует похищенную информацию для того, чтобы вести войну со средствами массовой информации Украины. В мае он поделился частью скачанной информации с персональными данными журналистов с 160 тысячами своих подписчиков в Facebook. 27 июля он назвал очередную публикацию данных на сайте «Миротворца» «очередной блестящей информационно-психологической операцией в тылу противника».

В телефонном интервью Геращенко назвал некоторых журналистов угрозой национальной безопасности. «Есть профессиональные журналисты, которые пишут правду, а есть те, которые прикрываются этим названием и работают на подрыв безопасности нашей страны. Мы имеем право осуждать это», — сказал он.

Геращенко, возможно, высказывается больше других, но в воюющей стране он не единственный, кто проводит черту между журналистами-«патриотами» и теми, кто предает доверие людей. В социальных сетях развернулась полемика: должен ли украинский журналист писать о соотечественниках, использующих оружие, запрещенное в соответствии с соглашением о прекращении огня? считается ли изменой сотрудничество с российскими СМИ? может ли журналист писать о взглядах тех, с кем его страна воюет? В таких ветках форумов часто упоминается «Громадське ТВ».

По словам российского медиа-аналитика Василия Гатова, складывающаяся на Украине обстановка напоминает настроения, которые получили широкое распространение после распада СССР, особенно в России и странах Балтии. В дебатах о СМИ и журналистике в 1990-е годы часто звучали обвинения в измене, и «руку Москвы» видели в каждой статье, в которой высказывалось сожаление в связи с распадом СССР или выражалось сочувствие по поводу попытки возобновить региональную интеграцию. Журналистов вроде Анны Политковской, критиковавших в своих статьях власти страны, объявляли предателями и обвиняли в том, что они создают угрозу для страны. Такие настроения, в частности, способствовали созданию такой атмосферы, в условиях которой правительству президента Владимира Путина удалось подавить большинство независимых СМИ в России, и многие журналисты, у которых брали интервью для этой статьи, обеспокоены, что подобные изменения, возможно, предстоит пережить и Украине.

Алексей Панич, бывший профессор Донецкого национального технического университета, считает, что роль журналиста должна измениться, когда его или ее страна оказывается в состоянии войны. Панич уже столкнулся с Горчинской в социальных сетях и неоднократно подвергал критике цель телеканала «Громадське ТВ» соблюдать нейтралитет подобно Би-би-си. В военное время, сказал Панич, поиск истины и стремление представлять противоположные точки зрения должны отступать на второй план, и главной должна быть задача противодействия пропаганде, распространяемой противником — особенно, когда идет война с Россией.

«Россия уже продемонстрировала свою способность манипулировать западными стандартами журналистики. Попытки применить эти стандарты не дают особых результатов, когда твоя страна находится в состоянии войны. Война несет с собой другую этику», — сказал он.

Панич является членом правления Национальной общественной телерадиокомпании Украины, государственной вещательной компании, которую планируется запустить до конца этого года. Он предлагает создать комиссию по военной цензуре, которая регулировала бы деятельность журналистов в зоне боевых действий и определяла бы разрешенные темы для освещения. Он утверждает, что уже обсуждал это лично с главнокомандующим вооруженных сил Украины Виктором Муженко. По его словам, он понял, что такая инициатива необходима, именно после просмотра репортажа из Авдеевки, снятого телеканалом «Громадське ТВ».

«Люди отворачиваются от телеканала — я это ясно вижу. Когда они запустили свой проект, мы считали их телеканалом нового типа, примером для подражания. Но они со своим пацифизмом обманули наши ожидания», — сказал Панич.

Первое в истории исследование аудитории, проведенное каналом «Громадське ТВ» в этом году, показало, что зрителей по-прежнему интересует война и ее влияние на украинское общество; больший интерес вызывает только тема экономики. К наиболее популярным по-прежнему относятся материалы о политических реформах и борьбе с коррупцией.


Канал стремится реагировать на изменение ситуации, предлагая новые программы. Он запускает реалити-шоу об инициативах снизу в различных регионах Украины, программу о создании новых бизнес-проектов, а также сатирическое новостное шоу, созданное совместно с государственным телеканалом «Первый национальный». Он также принимает участие в обмене программами новостей на русском языке (Russian-Language News Exchange) — общеевропейском медиа-проекте, направленном на совершенствование независимого производства новостей на русском языке.

Пожалуй, наиболее смелым на сегодняшний день проектом канала «Громадське ТВ» является программа «Раны». Совместно с американским фотографом украинского происхождения Джозефом Сивеньким канал делает фотографии раненых на фронте украинских солдат и создает на их основе документальный сериал о повседневной жизни этих людей, о том, как, преодолевая огромные трудности, они пытаются вернуться в общество. В рамках этого проекта «Громадське ТВ» планирует внедрить на Украине видеоустройства виртуальной реальности.

В мае после затянувшегося процесса оформления, канал получил 10-летнюю лицензию на телевещание. Руководство успешно отстояло интересы телеканала в лицензирующей организации страны, и «Громадське ТВ» стало первым на Украине некоммерческим средством массовой информации, способным осуществлять вещание по спутниковым сетям для широкой аудитории. Возможно, прежде чем спутниковые передачи выйдут в прямой эфир, потребуется какое-то время — каналу по-прежнему нужна техническая модернизация и технические средства для передачи сигнала, однако ничего из этого канал позволить себе пока не может. Но для начинающего телеканала это важная веха, поскольку он работает для того, чтобы помогать ориентироваться в сложностях политики после Майдана, оставаясь при этом верным своей первоначальной миссии.

26 июля телеканал «Громадське ТВ», наконец, опубликовал свой полный репортаж о боях в Авдеевке. Несмотря на требования руководства АТО, весь исходный текст был сохранен, хотя панорамные съемки были вырезаны, а звук из радиоприемного устройства искажен. По словам Станко, работники «Громадське ТВ» пошли на такие уступки впервые.

Девятиминутный видеосюжет заканчивается сценой, которую снимали за 12 часов до начала боя. На видео украинские солдаты шутят с журналистами, готовя еду в кладовке в здании склада. Когда свет гаснет, командир объясняет, что у них мало газа для генератора. Сергеева, 23-летнего солдата, спрашивают, почему он не обратился за медицинской помощью и не лечит ногу, в которую попал осколок. Он отвечает, что остался на линии фронта из-за нехватки бойцов — суровая правда, услышать которую многим в Киеве, наверняка, будет трудно. На следующий день его убьют.