В больших магазинах начала появляться новогодняя выкладка товара — гирлянды, елки, игрушки. Даже петушки в фольге на золотой ниточке смотрятся как исключительно новогодний десерт. И от этого новогоднего убранства радостно и счастливо, как бывает каждый год в канун новогодних праздников — с верой в непременно счастливые перемены к лучшему и ощущением детства, которое не могут омрачить ни годы, ни опыт, ни трудности или катаклизмы… Даже найденный в магазине лимонный джем по космической цене кажется атрибутом Нового года, и урезая бюджет он находит свое место в моей корзине, а потом и на обеденном столе. Просто так. Потому что хочется праздника, как в детстве, и чудес, верится в лучшее и каждая такая вот спонтанная покупка приближает еще немного к чуду…  Каждый год. Вопреки и не смотря ни на что.

На рынке продавец кофе по-восточному демонстрирует чудеса. В огромной сумке он носит переносное устройство — огромный агрегат — на котором варит кофе в турке прямо на глазах у присутствующих. Каждый день этот мужчина варит кофе для всех, кто любит настоящий крепкий напиток. Негромко сообщает, проходя по торговым рядам этого рынка: «Кофе по-восточному, кому кофе по-восточному?» Я хочу поглазеть на этот аппарат в неподъемной сумке и процесс приготовления, но понимаю, что подойдя, не смогу не купить, а купив, мне придется комкать удовольствие от горячего и наверняка вкусного кофе прямо на пронизывающем ветру. Ветер сегодня почти сказочный — подбрасывает мусор, сдувает легкий товар и норовит сбить с ног.

А конкурентка продавца кофе бежит между рядами и тараторит почти речитативом: «Пьем чай?» Так мило — будто каждую чашку чая она разделит с каждым ее купившим. Иногда я встречаю тех, кто носит между прилавками полноценные обеды, продавая их таким же продавцам. Свой клан и свое сообщество избранных — кто торгует вопреки ветру, пронизывающему холоду, красным рукам, в семи свитерах-жилетках и мужских сапогах. И даже в этом рыночном дресс-коде тема войны: на продавцах то там, то здесь армейская одежда, а иногда витрины застелены камуфляжной тканью. И уж совсем из удивительного — зеленый деревянный ящик из-под снарядов на обычной городской помойке возле спальных многоэтажек. Наверное, кто-то хранил в нем овощи, а потом выставил за ненадобностью…

Тема войны вошла в жизнь так плотно, что мужчина в форме, ждущий беременную жену у женской консультации, не удивляет уже никого — вырвался на час «со службы». Иногда можно увидеть их в цирке с детьми, в «Стройцентре» за выбором техники — тоже в «форме» — вырвались на час, чтобы подарить этот час близким и решить какой-то насущный семейный вопрос. Еще немного удивляют надписи на шинах военных грузовиков с номерными знаками «ЛК» — Луганская комендатура — «Омскшина»: откуда и как они у нас? Из такой-то дали? Но это если быть очень внимательным и наблюдательным человеком… Если же жмуриться от встречного ветра, вытирая тыльной стороной ладони глаза от слез, мир почти не поменялся.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.