Редакция не рекомендует этот текст для прочтения лицам моложе 18-ти лет

Ты подросток. Твои сверстники влюбляются в одноклассников и взрослых. А ты мечтаешь о сексе с маленькими мальчиками. Что ты будешь делать?

О чем идет речь?

Тимо (Timo) и Нестори (Nestori) − педофилы, которые не хотят, чтобы их обвинили в сексуальном растлении малолетних. Они совсем не хотят причинить детям вред.

Согласно данным полиции, ни один из них не совершил правонарушения сексуального характера. Это, однако, не обязательно означает, что никто из них не прикоснулся к ребенку. Большая часть сексуальных преступлений в отношении малолетних не доводится до сведения полиции.
 
Тимо и Нестори хотят, чтобы с педофилами проводилась профилактическая терапия.
 
Имена мужчин в статье изменены.

Тимо смотрит прямо в глаза, сидит на самом краешке стула и быстро говорит. На нем трикотажная рубашка и штаны с карманами.

Мы встречаемся с ним на приеме у его терапевта. Тимо нервничает.

Это уже третий раз, когда Тимо рассказывает кому-то, что он педофил.

«Если бы кто-нибудь узнал — друзья, знакомые или родственники — все бы отвернулись от меня. И кто-нибудь наверняка захотел бы меня убить».

Тимо учился в старших классах, когда понял, что его интересуют дети. Его интересовали мальчики младше его по возрасту, а точнее − 10-13 лет. Хотя сам он взрослел, его сексуальные интересы не менялись. Тимо думал, что он − чудовище.


«Я ненавидел себя и боялся, что причиню вред ребенку».

Тимо выглыдит как обыкновенный 35-летний мужчина. Он рассказывает, что учится в институте и работает. Больше он ничего не хочет рассказывать о своей жизни. Мы пришли говорить только о том, о чем обычно не говорят.

«Лучше я покончу с собой»

Многие педофилы осознают очевидный факт: секс взрослого с ребенком травматичен и опасен для ребенка. Но педофил не обязательно опасен для ребенка, как и каждый гетеросексуальный мужчина не обязательно является опасным для женщины.

Многие годы Тимо боялся совершить сексуальное преступление. У него были навязчивые фантазии об изнасиловании маленьких мальчиков, и он задумывался о самоубийстве. И, в конце концов, он решил нанести себе увечье.

«Я взял нож и попытался порезать себя, но не смог нанести даже небольшой царапины. Я думал, что лучше покончу с собой, чем причиню вред ребенку. Но как я смогу себя убить, если даже поцарапать не смог? Тогда я стал искать помощи».

Сексуальный интерес педофилов в большинстве случаев направлен на детей младшего подросткового возраста.

Как и Тимо, подавляющее большинство педофилов являются мужчинами. 1-5 процентов взрослых мужчин регулярно представляют себе секс с детьми. Таким образом, в стране размером с Финляндию могут, с большой вероятностью, проживать десятки тысяч педофилов.

ЕС обязывает страны, являющиеся его членами, оказывать профилактическую помощь людям, которые подвержены риску совершения сексуального преступления в отношении ребенка или несовершеннолетнего. Однако в Финляндии государственный сектор не предоставляет такие услуги.

В Финляндии за пределами тюрьмы педофил может получить помощь в фонде Sexpo. Тимо нашел себе терапевта именно через Sexpo. Результатом пятилетней психотерапии стала уверенность Тимо в том, что он не опасен для детей. Результатом терапии является и то, что в разговоре он использует такие выражения как «склонность к педофилии», «сексуальность, направленная на детей» и «сексуальный акт».

Программа STOP, существующая в тюрьме финского города Риихимяки, разработана для предотвращения рецидивов сексуальных преступлений. С теми, кто участвует в этой программе, самое плохое уже произошло.

Большую часть расходов по оказанию терапевтической помощи Тимо оплатил сам. У него были на это средства, да и живет он не слишком далеко от хороших специалистов. Однако такое лечение не все могут себе позволить.

«Не решился бы сделать ничего противозаконного»

Нестори — 39-летний застенчиво улыбающийся мужчина. Он очень заботится о том, чтобы его не узнали. Мы встречаемся с ним в большом оживленном отеле через четыре месяца после того, как впервые обменялись электронными сообщениями. Нестори одет по-летнему: в майку, шорты и сандалии. Сначала ему трудно подобрать слова для того, чтобы ответить на вопросы о своей жизни. Предложения обрываются на середине, взгляд блуждает по стенам.

Так же, как и Тимо, Нестори заметил у себя склонность к педофилии в подростковом возрасте, но, в отличие от Тимо, его фантазии не были связаны с образами насилия.


«В 90-х я влюбился в одного ребенка-актера. Чувство влюбленности не давало покоя, каждый день я думал об этом. А вечером в постели я мечтал о том, чтобы он был рядом со мной. Это совершенно точно была влюбленность, а не просто сексуальная страсть. В принципе, это было бы совершенно нормально, если бы речь не шла о ребенке».

В школьные годы Нестори беседовал с психологом. Он хотел узнать, почему его так интересуют дети, и есть ли опасность, что когда-нибудь он превратится в насильника. У психолога, однако, ответов не было. Неcтори говорит, что для него было очень важно поговорить с кем-нибудь, кто отличается от него. Но вопрос показался психологу странным.

«Разговор все время возвращался к тому, хочу ли я сознаться в чем-нибудь. Предрассудки стали препятствием».

По мнению Нестори, персонал в большинстве случаев не может помочь педофилам. Поэтому Нестори изливает свои мысли в своем блоге и чате для педофилов. В анонимной группе, созданной в сети Tor, обсуждаются сексуальные чувства, которые вызывают дети. К детскому порно и сексуальным связям с детьми относятся холодно.

Нестори отвечает на вопросы о своей сексуальности коротко и после тщательного обдумывания. Он говорит, что не считает сексуальную связь взрослого и ребенка обязательно неправильной. По мнению Нестори, 14-летний подросток понимает много в сексе. Однако его самого интересовали более юные девочки 7-12 лет.

«Что считалось бы нормальным? Многое зависит от возраста. Если ребенок сам проявляет инициативу, он, наверное, хочет что-то попробовать. Если это оказывается не тем, что он представлял себе, тогда надо прекратить».

Нестори подчеркивает, что никогда не решился бы совершить что-то противозаконное. После интервью он рассказывает в электронном сообщении, что считает, что «ничего такого, что называют сексом, не считалось бы приемлемым» с теми, кем он интересуется.

Большая часть друзей Нестори − педофилы, с которыми он познакомился в сети. Тимо же избегает общества себе подобных.

«Когда-то я прочитал, что педофилы совершают групповые изнасилования. Я боялся, что знакомство с ними понизит порог совершения насилия».

Угрозы расправы и призывы совершить самоубийство

По словам Нестори, задача блога состоит в распространении реальной информации о педофилии. Помимо научной информации и документов, Нестори демонстрирует в своем блоге видео о детских конкурсах песни. Поэтому нет ничего удивительного в том, что чувства некоторых читателей накаляются. Часто Нестори получает агрессивные отклики.

«В сети часто встречаются такие люди, которые не хотят понимать, о чем идет речь», − говорит Нестори.

В последние годы в нескольких статьях высказывались требования более строгого наказания для совершивших сексуальные преступления в отношении детей. Предотвращения преступлений с таким же пылом не требуют.

Нестори не решается дать длинное интервью, потому что не может быть уверен, что за просьбой дать интервью стоит журналист, а не «какой-нибудь Парантайнен». Интернет-активист из города Ээнекоски Микко Парантайнен (Mikko Parantainen) известен в Финляндии как «охотник за педофилами».

Парантайнен был одним из создателей группы под названием «Имена осужденных ПЕДОФИЛОВ передавайте сюда» (Tuomittujen PEDOFIILIEN nimet tänne) в Facebook, но сейчас он в ней не состоит. В группу входят 7 тысяч человек, и, в соответствии с названием, ее целью является публикация имен и фотографий финнов, осужденных за сексуальные преступления против детей. Страница группы полна угрозами в адрес обвиненных в насилии. В некоторых комментариях требуют введение смертной казни в отношении насильников
.
Другая группа в Facebook под названием «В защиту педофилов» (Pedofiilien puolesta) придерживается другого мнения. Ее члены хотят, чтобы «педофилы получили возможность профилактической поддержки», и чтобы к педофилам относились нейтральнее. В составе группы − 300 человек. В адрес анонимных администраторов этой страницы поступает много угроз расправы и призывов к «заботящимся о педофилах» совершить самоубийство, несмотря на то, что группа осуждает детское порно и насилие над детьми.

В Финляндии уже два года идет обсуждение программы оказания профилактической помощи педофилам. В программе под названием «Предотврати вовремя» (Estä ajoissa) участвуют фонд Sexpo, Университет Турку, Фонд криминалистики и организация «Спасите Детей». Но программа до сих пор не получает финансирования.

«Вопрос очень важен с точки зрения защиты детей, поэтому ситуация, конечно, тревожит. Тема − непростая, и финансирования пока добиться не удалось», − говорит председатель правления Sexpo Й.Туомас Харвинайнен (J.Tuomas Harviainen).


Целью проекта «Предотврати вовремя» является создание в Финляндии широкой сети поддержки, с помощью которой можно было бы предотвращать сексуальные преступления, направленные против детей. Проект создается по подобию немецкого проекта Dunkelfeld, с помощью которого удалось успешно предотвратить сексуальные преступления. В Германии государство занимается финансированием проекта уже с 2008 года, и он работает в данный момент в 11 городах.

Педофилию нельзя вылечить


Педофилия − заболевание, официальное название которого звучит как «сексуальное расстройство, направленное на детей». Педофилию можно рассматривать и как сексуальную ориентацию. В зависимости от того, о ком идет речь. Если спросить у самого педофила, название не имеет значения.

«Это такое выражение. Почему бы и нет», − говорит Нестори.

Речь, однако, идет о существенном различии. Причину болезни можно определить. Болезнь можно предотвратить и ее можно вылечить. Сексуальная ориентация − довольно устойчивая и врожденная особенность.

Психотерапевт Юсси Ниссинен (Jussi Nissinen) долгое время работал с педофилами и представителями различных сексуальных меньшинств. Ниссинен − один из основателей Seta. Также он работал в качестве руководителя по организационным вопросам фонда Sexpo. Ниссинен очень хорошо помнит свою первую встречу с педофилом в 1980-х. Тогда в офис финской правозащитной организации сексуальных меньшинств Seta пришел мужчина среднего возраста и сказал, что он педофил. По его словам, он никогда не причинял зла ребенку.

«Сейчас, когда вы, гомосексуалы, защитили свои права здесь в Финляндии, можете ли вы сделать что-нибудь, чтобы защитить и мои права?» − спросил мужчина.

Педофилию и гомосексуальность традиционно объединяют. Сексуальные меньшинства считают эту тему очень щекотливой и не подлежащей вмешательству. Особенно гомосексуалы и бисексуалы боятся ярлыка «педофила». Seta не стала заниматься этим вопросом, но Ниссинен занимается им в личном порядке. Он работает с педофилами как психотерапевт уже 15 лет.

По словам Ниссинена, педофилию нельзя исторгнуть из человека. С другой стороны, сексуальные интересы можно расширить таким образом, что педофил сможет испытывать чувства и ко взрослым людям.

После пятилетней терапии Тимо удалось научиться проявлять интерес и ко взрослым. Короткое время он встречался с мужчиной и хочет, чтобы когда-нибудь у него были постоянные отношения. Однако фантазии в отношении детей все-таки присутствуют в повседневной жизни Тимо. Он говорит, что испытывает стыд от этого, но надеется, что они не будут отражаться на его поведении.

Тимо не знает, почему ему нравятся именно маленькие мальчики.

«Наверное, потому что они такие красивые и сексуально привлекательные. Это примерно так же, как я не могу сказать, почему мне нравится кофе или мороженое».

Нестори вспоминает случай из детства, когда он стал объектом интереса взрослого мужчины. По словам Нестори, он плохо помнит, что произошло.

«Не знаю, повлияло ли это на то, что я стал таким».

«Риск совершить сексуальное преступление в отношении ребенка в некоторой степени возрастает, если в детском возрасте ребенок сам подвергся сексуальному насилию. Но жертва насилия не становится насильником автоматически», − говорит Юсси Ниссинен.

«Часто молодые жертвы сексуального насилия страдают еще и из-за того, что к ним относятся как к будущим педофилам».

Педофилами являются менее половины совершивших насилие над детьми. Что же заставляет человека с нормальной ориентацией покалечить ребенка? По мнению Ниссинена, принятие решения о совершении насилия складывается из суммы многих факторов.

«За этим могут стоять проблемы душевного здоровья, наркотики или желание наказать супруга. Во многих случаях инцеста речь не идет о педофилии, причина − другая. Для кого-то это новый опыт, который кажется более безопасным с ребенком, чем со взрослым. Такие люди в каком-то смысле подобны детям».


Педофил не решается довериться даже своим близким

Согласно информации полиции, Тимо и Нестори не совершали правонарушения сексуального характера. Это, однако, не обязательно означает, что никто из них не прикоснулся к ребенку, потому что о большей части сексуальных преступлений в отношении малолетних в полицию не сообщается.

В полицию Финляндии ежегодно сообщают более чем о тысяче случаев насилия над детьми. О большей части сексуальных преступлений не сообщается.

По сводкам полиции, опубликованным в 2014 году, в полицию поступает информация только о четверти всех преступлений сексуального характера, идет ли речь о взрослых или о детях.

Преступления, направленные против ребенка, часто остаются незамеченными, потому что маленькие дети нередко неспособны рассказать о случившемся.

По словам Ниссинена, успешнее всего случаи насилия можно предотвратить, если вовремя предложить педофилу профилактическое лечение или сформировать такое окружение, где ему будет легко выговориться. На эту тему надо серьезно разговаривать с детьми и молодежью.

«В школах о педофилах говорят как о внешней угрозе, но в классе может быть человек, который замечает у себя такие же черты».

По мнению Ниссинена, каждый педофил, обладающий чувством ответственности, должен рассказать о своей ориентации, по крайней мере, одному человеку, который сам не является педофилом.

«Если человек, интересующийся детьми, начинает представлять для них угрозу, хорошо, чтобы рядом с ним были люди, которые смогли бы предотвратить преступление».

Тимо и Нестори рассказали о своих склонностях только терапевту и журналистам, которые обязаны хранить врачебную тайну и не разглашать источник информации. В этой статье личность рассказчиков тоже не раскрывается.

Рассказ близким о проблемах потребовал бы создания такой атмосферы, в которой слово «педофил» не носило бы бичующего характера. По мнению Нестори, это невозможно. Тимо настроен более оптимистично.

«Я хотел бы выразить одно пожелание. Когда мы говорим о педофилах, мы должны четко понимать, говорим ли мы о насильниках или о людях с другой ориентацией, которые, возможно, страдают от этого. Надеюсь, что на моем веку это изменение все же произойдет».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.