Российская фигуристка Евгения Медведева уже дважды была чемпионкой мира и, по общему мнению, была главной претенденткой на золото Зимней Олимпиады 2018 год. Так считали за несколько недель до ее восемнадцатилетия осенью прошлого года.


На проходивших в октябре соревнованиях в Москве она непринужденно смеялась. За несколько месяцев до этого она воплотила на льду образ аниме-персонажа Сейлор Мун в костюме японской школьницы, превращающейся в супергероиню. Затем она была трагической героиней Толстого Анной Карениной и шутила: «В этой программе я показываю, что не буду старой девой».


Она носила игрушечную кошку как амулет и стала ярким представителем российских олимпийцев. Она страстно и успешно утверждала на декабрьском заседании Международного олимпийского комитета, что нельзя запрещать всем российским атлетам участвовать в Олимпийских играх 2018 года из-за государственной системы допинга на играх 2014 года в Сочи.


Медведева и ее 15-летняя партнерша по команде Алина Загитова считаются основными претендентками на две из трех возможных медалей в одиночном женском катании на Зимней Олимпиаде, именно они должны сделать Россию фаворитом в зачете по золоту в командных состязаниях. Но Медведева уже не кажется непобедимой. Как, впрочем, и российское фигурное катание в целом.


Спустя почти три десятилетия после краха Советского Союза российские женщины внезапно оказались в авангарде, как и теннисистки в 2000-х годах. А функционеры в мире фигурного катания осознают, как именно это отражается на уровне исполнения и на состоянии здоровья спортсменок.


На льду Медведева казалась развивающейся спортсменкой, новатором в плане техники, катавшейся с неуклонным упорством. Когда она упала, выполняя двойной аксель на московских соревнованиях в октябре, в первую очередь это стало неожиданностью для самой спортсменки. Она назвала свое падение «моральной слабостью».


«Я слишком рано начала радоваться», — сказала она.
Оглядываясь назад, можно предположить, что это падение было связано, скорее, с травмой правой ноги, которое потом определили как перелом, а не с преждевременной радостью.


Медведева — третья знаменитая российская фигуристка, вынужденная прервать свою карьеру за последнее время из-за травмы или болезней, связанных с нарушением пищевого поведения.


Ее травма вызвала вопросы о том, не послужила ли ставка России на юных фигуристок — лучше всего выполняющих трудные прыжки, необходимые в нынешней системе оценок — причиной того, что некоторые лучшие спортсменки рискуют своим здоровьем и карьерой еще в подростковом возрасте.


Аделина Сотникова, в 2014 году получившая первую российскую золотую медаль в женском фигурном катании, когда ей было 17 лет, пропустила весь этот олимпийский сезон из-за травмы.


Юлия Липницкая, получившая золотую медаль в 2014 году в первых командных соревнованиях, когда ей было 15 лет, заявила об уходе из спорта в августе 2017 года, признавшись, что ей пришлось бороться с анорексией.


«Такой ситуации у нас раньше не было, — рассказал Александр Лакерник, российский вице-президент Международного союза конькобежцев, управляющего органа фигурного катания. — Мы должны понять, что происходит с этим поколением девочек».


В начале ноября Медведева получила приз NHK, Гран-при Японии. Но, вернувшись домой, она рассказала, что ей пришлось принимать обезболивающие на выступлении в Москве в октябре, а в Японии она соревновалась, получив перелом плюсневой кости на правой ноге.


Она рисковала, приняв участие в соревнованиях при наличии травмы, по ее словам, потому что: «…это олимпийский сезон».


Травмы и нарушение питания — обычные явления в фигурном катании, от них страдают фигуристы из многих стран. Грейси Голд (Gracie Gold) из Соединенных Штатов, занявшая четвертое место на Олимпийских играх 2014 года в одиночном катании и получившая бронзовую медаль в командных соревнованиях, на данный момент не занимается фигурным катанием, по ее словам, из-за депрессии, тревожности и нарушения пищевого поведения.


Необходимость поддерживать небольшой вес, чтобы искусно прыгать, является тяжким давлением для фигуристок. «Я не могу есть то, что мне хочется, после шести часов вечера, как это было раньше, — рассказывала Медведева в октябре. — Все изменилось по сравнению с тем, как было два-три года назад.


Главный секрет — это дисциплина. Наш вид спорта действительно требует постоянного самоконтроля».
Это подтверждает и существующая система оценок в фигурном катании, в которой ставится балл за каждый элемент от прыжков до вращений, работы ног и интерпретации музыки, и при этом особое предпочтение оказывается очень сложным прыжкам.


Россия невероятно расширила возможности системы оценивания. Например, десятипроцентный бонус фигурист получает за каждый прыжок во второй половине своего номера, когда ноги уже устали. Загитова делает все прыжки во второй половине своей композиции. Медведева выполняет несколько прыжков, подняв одну руку над головой, чтобы повысить уровень сложности.


В российской централизованной тренировочной системе, где несколько лучших фигуристов тренируются вместе, ежедневно стимулируя друг друга, девочки 10, 11, 12 лет выполняют ряд трудных прыжков, где необходимо сделать три оборота. Прыгать проще, пока тело не сформировалось и не пополнело из-за переходного возраста. Александра Трусова, получившая Гран-при в декабре, в свои 13 лет может выполнить четверной сальхов, пусть и небезупречно.


Однако, несмотря на гибкость и податливость молодых тел, они все равно продолжают расти, и спортсмены могут травмировать суставы и мягкие ткани.
Осенью прошлого года Медведева отказывалась отвечать на вопросы о травмах у молодых российских фигуристов. Прыжки с четырьмя вращениями, которые уже давно выполняют мужчины, но редко женщины, должны стать «следующим шагом» в эволюции этого спорта, обещала она, добавив: «Через несколько лет это станет нормой».


Джонни Уир (Johnny Weir), дважды олимпийский чемпион из Соединенных Штатов, тренировавшийся с русскими в ходе своей карьеры, говорил, что, несмотря на постоянно существующий риск избыточных тренировок или выполнения прыжков, к которым спортсмен еще не готов, российские тренеры и чиновники действовали систематично и осторожно в своем подходе к обучению.
«У американцев травм гораздо больше, на мой взгляд», — рассказал он.


Но из-за повышения уровня сложности прыжков для мужчин и женщин фигурное катание стало «неизведанной территорией» в том, что касается рисков для здоровья, говорит Том Закрайсек (Tom Zakrajsek), знаменитый американский тренер.


«В медицинских кругах Международного союза конькобежцев на этот счет существует большое беспокойство, — сказал он, добавив, что именно поэтому некоторые выступают за ограничение разрешенных прыжков и присужденных баллов. — Вероятно, это имеет смысл. Если мы делаем это ради спорта, мы хотим сохранить и здоровье спортсменов».
В беспокойное время, последовавшее за распадом советского блока, в бывших советских республиках закрылось множество катков, и многие тренеры переехали в Соединенные Штаты.


Теперь в Москве существуют десятки катков, некоторые частные, другие находятся в собственности государства, тренеров и чиновников. Появилось новое поколение тренеров, в их число входят бывшие олимпийские чемпионы Евгений Плющенко и Артур Дмитриев, а также последняя сенсация, Этери Тутберидзе, тренирующая Медведеву, Загитову и других знаменитых фигуристов в Москве.


43-летняя Тутберидзе, прожившая некоторое время в США, характеризует себя как бескомпромиссного и серьезного тренера. «Иногда фигуристы достигают возраста, когда они перестают любить спорт, тогда все, до свидания, — говорит она. — Я не изменюсь».
Когда Медведева была младше, на одной тренировке она постоянно падала, и Тутберидзе толкала ее на льду так, что спортсменка каталась по нему кувырком.
«Может, тебе просто нравится падать?— спрашивала тренер. — Я могу тебе в этом помочь».
«Я не хочу падать», — ответила Медведева.
«Ладно, я помогу тебе перестать», — сказала Тутберидзе.


Несколько лучших фигуристов со всей России направили в ее клуб фигурного катания в Москве, который Рафаэль Арутюнян, почти 20 лет тренировавший там спортсменов, называет «конвейером».


Это не значит, что фигуристы — роботы. Но к возрасту четырех-пяти лет некоторые из них уже тренируются в условиях, которые можно назвать профессиональными, говорит Арутюнян, тренирующий сейчас нескольких американских звезд, в том числе Нейтан Чен (Nathan Chen).


Конкуренция жесткая. Медведева, говорит Арутюнян, «знает, что, если она немного сдаст позиции, ее место займет кто-то другой».


Чен, выступавшая в ледовом шоу с Медведевой в Японии, сказала, что она часто выполняла по три тройных прыжка подряд во время тренировок. Иногда, пропустив прыжок, она повторяла его без передышки по шесть, по десять раз, один за другим.


«Это невероятно», — говорит Чен.


Это также напоминает тренировки Тары Липински (Tara
Lipinski) из Соединенных Штатов, одержавшей победу на Зимней Олимпиаде в 1998 году в 15 лет, но которой потребовалась впоследствии операция бедра после неустанных, постоянно повторявшихся прыжков.


Когда Медведева вернулась на лед, восстановившись после перелома, на Европейском чемпионате в январе, она выглядела не совсем готовой и не очень уверенной в прыжках. Заняв второе место после Загитовой, Медведева закрыла глаза от разочарования в зоне ожидания результатов. Это было ее первое поражение с ноября 2015 года.


«Серебро есть серебро, — сказала она репортерам. — Ценность медали не изменить».


Но по прошествии двух месяцев она сказала: «Это не так уж и плохо».


Она надеялась, что у нее есть время на восстановление перед Олимпиадой.


«Моя главная победа — в том, что я сейчас здесь», — сказала она.